Сердце королевы степей

Размер шрифта: - +

Глава одиннадцатая. Новая легенда

Два дня до выходного пролетели незаметно. На становище орков курсанты попали через личный портал Главы академии. Вышли неподалёку от шатров, возле которых суетились их обитатели. Помимо многочисленного семейства Элбана, здесь жили его сёстры, родные и несколько двоюродных с мужьями и детьми.

— Нам одним отец никогда портал не открывал, — поделился с Ровеной Ник. — Всегда своим ходом домой добирались.

Лан только кивнул, подтверждая. Земляника неосознанно к нему прижалась. Эрика и Дирк, в последнюю минуту напросившийся в компанию, разглядывали обстановку с каким-то детским восторгом. А посмотреть жительнице Северного края и выходцу из центральной части Имбора было на что. Прямо — бескрайняя степь, море травы, уже слегка иссушенной к концу лета, идущей волнами от порывистого ветра. Справа — весёлые разноцветные шатры, гомонящая ребятня и спешащие навстречу гостям взрослые. Слева — пасущийся табун коротконогих лошадей, охраняемый лохматыми огромными псами. Сзади перелесок и виднеющаяся сквозь редкие деревья серебристая гладь реки.

Элбан представил Эрику, Землянику и Дирка своим жёнам и родне. Братья и Ровена тут же попали в тёплые материнские объятия Лилии и Незабудки, такие имена носили прекрасные супруги Главы академии. Остальные гости удостоились приветливых улыбок дриад и настойчивого приглашения присоединиться к пиршеству.

На небольшой площадке под навесом обнаружились расстеленные на земле красочные скатерти, заставленные разнообразными яствами. Вокруг необычного стола лежали тоже цветные куски войлока, заменяющие стулья.

Гостей усадили на почётное место — по правую руку от хозяина становища. Ровена уже привычно уселась, скрестив ноги. Подруги, а следом и Дирк последовали её примеру. Они с интересом разглядывали окружающих: в основном становище населяли орки, но имелись дриады и люди. Отмечался праздник окончания лета, и большинство обитателей степи надели национальные наряды, пестревшие причудливыми узорами.

Колоритней всех выглядел шаман. Древний, но не потерявший живости в движениях и блеска в глазах старик, в одеждах из звериных шкур и, с венчавшей голову вместо шапки, оскаленной волчьей мордой. С его появлением стих гомон, даже детвора притихла, выжидающе уставившись на шамана. Старик, опираясь на посох и выбивая ритм на привязанном к поясу барабане, обтянутом телячьей кожей, трижды обошёл собравшихся на пир. Он издавал горловые звуки, сливающиеся в диковатую, завораживающую песню без слов. Гости и сами не заметили, как вместе с жителями становища принялись покачиваться в такт.

Шаман внезапно замолчал, вскинул к небу руки, потряс посохом, на котором засиял под солнечными лучами голубой камень. Затем вознёс благодарность духам степи за богатые урожаи и знатный приплод в стадах. После чего чинно уселся напротив Элбана и склонил голову, разрешая приступать к еде.

О гостях позаботились среди разнообразия мясных блюд, имелись и традиционные для Сангрина овощи и запеченная по-имборски птица. Около Эрики оказалось блюдо с жареной, пахнущей костром рыбой и с варёными раками. Причём хозяйки пояснили, что всё только речное, ведь дары моря привозят лишь по зиме. Северная дева даже расчувствовалась, видимо, такая забота оказалась для фоморки в новинку.

Сразу после застолья братья повели Эрику и Землянику знакомиться с окрестностями. Дирка увёл с собой шаман, которому Элбан посетовал на вспыльчивость парня и неумение удержать магию. А Ровену утащили с собой ребятишки. Вскоре над становищем парили иллюзии: волки и лисы, единороги и пегасы, драконы и разнообразные птицы. Художница сумела прикрепить свои творения к верёвочкам, как воздушные шарики, на радость детворе.

Обратно в академию курсанты попали поздно вечером. Но сначала они, вместе с обитателями становища провожая лето, зажгли большой костёр. И также вместе со всеми кидали в него веточки полыни, отпугивая злых духов.

Вернулись порталом, весёлые, возбуждённые. Комендант встретил их у дверей в общежитие, убедился, что все на месте и отправился в свой домик, даже не прочитав нотаций. Такое благодушие объяснялось отсутствием в течение целого дня Дирка, которого комендант считал чуть ли не главной угрозой целостности крепости и собственному спокойствию.

Ранним утром следующего дня настал черёд братьев держать данное подруге слово. Ровена, как и обещала, спряталась за валун. В течение полутора часов она изредка обнаруживала своё присутствие короткими репликами: «Повернитесь спиной», «Ник, распусти волосы», «Лан, подойди ближе к воде», «Прекратите дёргаться, это всего лишь комары», «Сейчас окунитесь. Волосы можно не мочить. Немного постойте, чтоб я зарисовала капельки воды на коже».

После последнего распоряжения братья окунулись в довольно холодную воду. Немного постояли, стараясь не ёжиться от ветра. Ведь если художнице что-то не понравится, может, заставить нырнуть ещё пару раз. Разрешение: «Одевайтесь» так обрадовало, что орки, вытираясь, натягивая форму и весело переговариваясь, не заметили, как на берег вышел кое-кто ещё.

— Закаляетесь? Похвально! — одобрил парней Марвин дер Молл, кивая в знак приветствия.

Затем преподаватель снял с плеча полотенце, разделся до нага и пошёл к озеру. Братья рванули за валун, глубоко в душе, очень-очень глубоко, надеясь, что подруга, как положено благовоспитанной дире, скромно отвернулась от берега.

Ровена не просто не отвернулась. Она быстро водила карандашом по бумаге, тихо приговаривая:

— Великолепное сложение... Да, ещё разок вынырни... А теперь повернись... О, да! Вот замечательный ракурс.

— Ро, — дружно зашипели братья.

Только тогда художница отвернулась от озера с купающимся в нём Марвином. Она уселась на землю, устроив на коленях альбом, и принялась создавать на основе набросков иллюзию. Одновременно Ровена рассказывала легенду, словно завораживая друзей своим голосом:



Наталья Алфёрова

Отредактировано: 11.02.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться