Сердце не обмануть

Размер шрифта: - +

Глава 1

Владимирская губерния, Покровский уезд, 1843 год.

 

В небольшом уезде жизнь текла своим чередом. Татьяна Владимировна Захарова готовилась к своему первому балу. И пусть сей бал должен состояться не в Петербурге, а в имении их ближайших соседей, но для Тани это событие имело столь же огромное значение, как если бы она собиралась в столицу.

Неспешно идя по тропинке, Татьяна рассматривала только что распустившиеся астры. Буйное многоцветье этих земных звёзд радовало глаз.

По левую сторону от цветника находился небольшой пруд. Он был не природного происхождения, а выкопан когда-то по приказу прадеда Татьяны в русле небольшой речушки, протекавшей через имение. В середине пруда имелся небольшой островок, попасть на который можно было, перейдя через небольшой горбатый мостик.

Бродя по тенистым аллеям парка, девушка думала о том, чего ей ожидать от нынешнего вечера. Мысли в голове мелькали самые разные и отнюдь не подобающие невинной девице.

В парке располагалась красивая беседка, к которой и направилась Тата, чтобы предаться размышлениям о своём будущем.

Не слишком радостным казалось то, что могло ожидать бесприданницу. А то, что она является именно таковой, сомневаться не приходилось.

Около года назад скоропостижно скончались её родители, и теперь старший брат пытался наладить дела.

Всё чаще она видела, как брат ходит мрачный и обеспокоенный, но он и словом не обмолвился с ней о своих переживаниях.

Татьяне вспомнилось, что недавно из столицы вернулся их сосед по имению, Александр, граф Игнатьев. Она знала его с детства и с сестрой его водила дружбу, вот только, что толку... В ней он видел только подругу сестры, дебютантку, каких он повидал немало, живя в Петербурге.

Сама девушка испытывала к нему противоречивые чувства. С одной стороны, она принимала все как должное, но с другой – такое пренебрежение к собственной персоне больно ранило. При последнем посещении подруги Татьяна испытала на себе все прелести ядовитого сарказма Александра.

Татьяна вместе с Ангелиной, сестрой графа, сидела в удобной гостиной Игнатьевых, обсуждая предстоящий бал. Наклонив хорошенькие головки, девушки не заметили, как на пороге появился граф. Думая, что находятся наедине, молодые барышни не очень лестно отзывались об одной молодой особе. Разговор завела Тата, поэтому она широко раскрыла глаза, стоило ей увидеть Александра, смотрящего на неё с кривой усмешкой на устах.

Растерявшись, она несколько секунд находилась в недоумении, но быстро взяв себя в руки, одарила Игнатьева своей самой милой улыбкой.

– Александр Васильевич, вы так незаметно вошли, – смущённо сказала она, немного потупив взор, от чего её тёмные ресницы опустились, прикрыв глаза, словно вуалью.

– Татьяна Владимировна, это не я появился неожиданно, это вы были столь поглощены беседой, что не замечали ничего вокруг. Хотя я не удивляюсь, ведь вам никогда не приходилось задумываться о том, чего стоят случайно оброненные вами слова.

Татьяна густо покраснела. Гнев моментально охватил её. Как он посмел так разговаривать с ней?

Желая закончить свой визит, она поспешно распрощалась с подругой.

Уже вернувшись домой и оказавшись в своих покоях, Таня дала волю рвавшимся наружу слезам. Она понимала, что в какой-то степени граф прав, и она ведёт себя как глупый ребёнок, но её оскорбленное самолюбие не желало признавать сей факт.

Игнатьев был груб и бестактен по отношению к ней, то и дело, говоря ей колкости.

А вот с Полин он был очень мил, хоть она и не была чистокровной дворянкой. Её отец женился на дочери фабриканта, получив в приданое фарфоровый завод её отца. Татьяна понимала, что девушка ей не ровня, но её богатство с лихвой покрывало сей недостаток.

Такой мезальянс в высшем свете считался дурным тоном, но девушку принимали в светских гостиных благодаря фамилии её отца.

И именно с тех пор, как в присутствии этой девицы, как про себя называла Татьяна Полин, Александр посмел заметить, что она недостаточно воспитана, чтобы быть среди благородного общества, девушка затаила обиду на красавца графа.

Она знала, что очень красива, поэтому не понимала, как кто-то может быть равнодушным к её чарам. Поставив себе цель видеть графа у своих ног, Таня думала о том, как стоит себя вести в его присутствии.

Попытаться быть милой? Но это наверняка не тот случай. Изобразить холодное безразличие? Да, это, пожалуй, было ей более по душе. Пусть он сам попытается завоевать её благосклонность.

Ещё немного посидев в беседке, Татьяна отправилась в дом. Она поздно вспомнила о том, что уже пора собираться.

Господский дом, построенный в середине прошлого века, заменил старый, который сгорел во время пожара ещё в конце правления Ивана Грозного.

Долгое время это место пустовало, но прадед Татьяны, Виктор Николаевич, устав от столичной суматохи, решил перебраться в родные края. Отстроив усадьбу, он не поскупился на роскошную отделку, оставив ее последующим поколениям.

Деревянный, но выдержанный в формах каменной архитектуры раннего классицизма, барский дом был гордостью семьи Захаровых.

Минуя вестибюль, Тата поднялась в свои покои. Она посмотрела на кровать, на которой уже лежало готовое к вечеру платье.

Белоснежная ткань была очень красива, и девушка легонько провела ладошкой по гладкому атласу.

В дверь тихо постучали. Обронив негромкое «войдите», - Татьяна подошла к зеркалу.

На пороге появилась её горничная Марфа, молодая девушка с темной толстой косой, перекинутой через плечо.

– Барыня велела справиться, изволите ли вы собираться? - обратилась она к хозяйке.

Тата лишь кивнула в ответ.

Облачившись с помощью горничной в изысканное творение модистки, Татьяна осталась довольна. Белый цвет как нельзя лучше подчеркивал её нетронутую красоту.



Марьяша

Отредактировано: 11.09.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться