Сердце не обмануть

Размер шрифта: - +

Глава 7

Марфе не понравилось, как вела себя нынче барышня, оттого и решила приглядеть за ней.
Нрав у Татьяны Владимировны был изменчив и легкомыслен, неровен час, сотворит какую-нибудь глупость, – думала служанка, разыскивая барышню в ночном парке, а увидев, мигом заподозрила неладное и кинулась на помощь.
Татьяна сидела на коленях, пытаясь провести барина в чувства.
В её глазах явно читался испуг, а пеньюар, бывший на ней, был безнадежно испорчен.
– Барышня, вы бы шли подобру-поздорову, а то, неровен час увидит кто, – заметила преданная горничная.
– А с ним-то что делать? – с недоумением спросила Таня, указывая на Игнатьева. Девушка дрожала, и от того её язык заплетался. Правая щека кровоточила, и уже начинала синеть.
Татьяна не знала, как Марфа оказалась тут, но была ей очень рада.
– О Господи, ирод-то какой, – стала сетовать служанка, глядя на хозяйку, – а ещё из благородных! Я сейчас Василию скажу, он быстро барина домой доставит.
Василий, их кучер, был неравнодушен к Марфе, и она могла попросить о подобном одолжении.
– Спасибо Марфа, уж не знаю, что бы я делала, если бы не ты.
– Вы, барышня, кончайте глупости говорить, возвращайтесь в свою комнату, я вскоре вам ванну приготовлю. Вот только со всем управлюсь и приду.
Тата подчинилась, не видя иного выхода. Ещё раз взглянув на Александра, она встала и направилась в свои покои.
Ударенная щека жгла, доставляя невыносимую боль. Подойдя к зеркалу, девушка решила полюбоваться на то, как она теперь выглядит. На её лице появился ужас, стоило лишь взглянуть на себя! Опухоль охватила всю правую часть лица, а маленькие струйки крови уже запеклись. Татьяна не верила, что всё это происходит с ней! Казалось, это страшный сон, но стоит проснуться, и всё тут же изменится. Как же она заблуждалась!
Теперь её единственным желанием было оказывается как можно дальше отсюда! Чтобы забыть весь этот кошмар и быть как можно дальше от Александра

Татьяна проснулась и сев на постели, тревожно огляделась вокруг. Девушка вздохнула с облегчением, когда поняла, что это был всего лишь страшный сон. Но Боже, отчего он казался таким реальным?...
Ночью она долго не могла уснуть, а когда сон, наконец, сморил её, увидела это кошмарное видение.
[i]Серый холодный день, она стоит одна на большой тропе. Пытается найти кого-то глазами, но не выходит.
– Саша милый, не уходи, прошу,– говорит, пытаясь вернуть ушедшую тень.
Александр подходит ближе, и она, уткнувшись ему в грудь, шепчет:
– Никогда не оставляй меня одну, слышишь! 
Подняв голову, нежно проводит рукой по его русым волосам, стараясь быть как можно ближе к нему.
– Никогда, мой Ангел, – он нежно целует её висок. – Даже если бы я захотел, не смог бы этого сделать!
Татьяна чувствовала себя защищенной в его крепких объятиях, казалось, что вот так все должно и быть.
Но тут видение растворилось, и Таня услышала, как клинки шпаг звучат где-то у неё над головой. Вокруг так и веяло бедой, и вдруг она увидела кровь на своём собственном платье, отчего ей даже во сне сделалось дурно.
Люди вокруг смотрели на неё и говорили много разных слов. Почти ни единого она не смогла разобрать, но несколько услышала четко, "Это ты во всем виновата, только ты".[/i]
От того она и проснулась в холодном поту, понимая, что кошмар, который во сне казался явью, так и останется сном.
Поднявшись с постели, умылась холодной водой, которая осталась с ночи.
Марфа долго хлопотала над раной, намазав какие-то мази, чтобы сошёл отек.
И действительно, глядя в зеркало, Татьяна заметила, что опухоль спала. Девушка понимала, что надо как-то объяснить родным, откуда на её лице появилось сие украшение. Решив, что ничего дурного не будет сказать родным, что ночью ей захотелось воды, и в темноте пытаясь подойти к графину, она споткнулась и ударилась лицом. Врать было неприятно, но не могла же она сказать правду! Увиденный сон до сих пор не давал покоя! Мысль о том что она вот так может переживать о Игнатьеве казалась ей нынче смешной. Не иначе как сказалось волнение минувших дней!
Тата не переставала думать  и об Алексее и том, как дурно вела себя при их последней встрече. Она нанесла ему оскорбление колкими замечаниями и обидными словами. Он молча сносил её издевки, не говоря ни слова в ответ.
Таня вспомнила, какой нежностью светились его глаза, когда он целовал её. Ей было ужасно стыдно. Она не знала, как сможет спокойно взглянуть в тёмные глаза Алексея, при этом забыть о своих проступках. Девушка корила себя за легкомыслие, за то, что так ошиблась, поверив Александру! Она чувствовала потребность пойти в церковь и вымолить у Господа прощение, понимая, что лишь чудом смогла избежать участи падшей женщины. В то же время она прекрасно понимала , что с таким лицом ещё долго не сможет выйти из дома.
Переодевшись с помощью Марфы в домашнее платье, которое на этот раз было очень скромным, Тата направилась в будуар. Её любимым занятием было вышивание. За последнюю неделю Татьяна успела закончить начатую ранее работу и теперь решила начать новую. Взяв корзинку с рукоделием, она села возле окна.
Увидев всадника на вороном коне, девушка пришла в ужас. Неужели у Александра хватило наглости прийти в дом её брата? В дом, где он чуть не лишил её чести?
Метнувшись в комнату, она пыталась перевести дыхание. Может, не к ней приехал Игнатьев, а по другим делам. Но она сама понимала, как глупа эта мысль. В коридоре послышались шаги и вскоре на пороге появилась Марфа: – Барышня, там,– начала она но Татьяна её остановила.
– Передай графу, что я никого не принимаю. И Владимиру Владимировичу скажи, чтобы гостя названного выдворил.
Марфа кивнула и отправилась выполнять поручение.
Вернулась она немного погодя с конвертом в руках.
– Вот, через дворецкого передал. Злой был, будто черт.
Взяв из её рук конверт, Татьяна даже не взглянув отправила его в камин. – Ненавижу! – воскликнула девушка, сжав тонкую ладонь в кулак,-да как он посмел писать мне, после... после того. Из её голубых глаз потекли слезы, и Тата закрыла лицо руками.
– Вы не убивайтесь так барышня. Вот в город приедете, ваш жених вас в обиду не даст!
Татьяна утерла слезы. Отчего-то упоминание об Алексее принесло ей столь желанный покой, что Таня сама себе удивилась. Раньше ей было неприятно любое упоминание об этом браке, а теперь она хватается за него как за соломинку.
Видимо, это её судьба, а от судьбы не убежишь!
***
Позже в будуар Татьяны зашёл Владимир. Ему показалось странным, что сестра не захотела принять Игнатьева, который привёз записку от Ангелины. Татьяна передала через горничную, что никого не принимает. А затем сказала, чтобы Владимир как можно скорей избавился от нежеланного гостя.
Девушка сидела над вышиванием, не поднимая голову. Её золотистые локоны были собраны в строгий пучок, делая её намного старше.
Захаров был удивлён, отчего сестра одета столь скромно, обычно она любила носить яркие наряды, хотя это и не пристало невинной девице.
И все же даже дома Таня любила принарядиться. Сегодня же на ней было тёмно-коричневое платье с высоким воротом, что делала одеяние похожим на монашеское.
– Ma chère,– окликнул он сестру.
Татьяна повернулась к нему лицом, и Владимир не смог вымолвить ни слова.
Правая щека Татьяны была синей и сильно опухшей.
– Боже мой, что стряслось?!– он не сдержав удивления.
– Пустое, Вальдемар, я ночью встала воды попить, да в темноте не разглядела и споткнулась. Марфа обработала рану мазями. Теперь мне намного лучше, – непринужденно махнув рукой, Таня вернулась к своему занятию.
– Танюша, отчего Игнатьева не приняла? Он привозил письмо от сестры, и заодно справлялся о твоём здоровье,– Владимир вопросительно поднял бровь, давая понять, что ожидает ответа.
– Comment pouvez-vous! il est pas bien frère.(фр. как можно неприлично это, братец.)
Владимир знал, что если Татьяна перешла на французский, значит, пытается увернуться от разговора.
«Так тому и быть, – подумал Захаров. – Главное, смирилась с мыслью о том, что Езерзкий её жених, а там пусть всё идёт своим чередом».
Вскоре у Татьяны день рождения, и он рассчитывал встретить его в столице.
– Я вижу, твоя нога уже оправилась, когда можем отправляться в путь?
Глаза Татьяны загорелись, она хотела как можно скорее уехать отсюда, чтобы стереть из памяти все грустные воспоминания и начать жизнь с чистого листа.
– Может, через неделю? Тогда и щека заживет? Не могу же я предстать перед женихом в таком виде!
– Опять язвишь, моя милая, – пожурил сестру Владимир, но не смог сдержать улыбки.
– Я говорю вполне искренне, мне очень хочется в Петербург! – Она улыбнулась брату, хотя далось ей это с большим трудом.
– Est-il possible?(фр. Неужели) ? – недоверчиво спросил Захаров, сверля сестру взглядом.
– Oui, il est! (фр. Да это так!), – также резко ответила Татьяна. Её сильно обидел тон брата.
– Heureux de l'entendre! (фр. Рад это слышать!), – ответил Владимир, чувствуя, как между ними возникает пропасть. Сестра так и не простила ему проигрыш, оттого и держит на него обиду, но он был уверен, что со временем Татьяна простит. Ведь не могла же она порвать ту связь, которая была меж ними!
– Maintenant, vous pouvez me laisser , je veux être seul?(фр.Теперь ты можешь оставить меня, я хочу побыть одна?)– резко спросила Татьяна.
– Il était agréable de rester!(фр. Конечно, приятно оставаться!)
Выходя, Владимир громко хлопнул дверью.
Отложив вышивание, Тата закрыла лицо руками. Отчего весь мир, к которому она так привыкла, рушится у неё на глазах? Почему она не может наладить отношения с единственно близким человеком?
Они с Владимиром часто устраивали проказы и отнюдь не он был главным. Таня с её неугомонным нравом часто была лидером во всех их детских забавах. И даже разница в пять лет не была им преградой!
А теперь, теперь они будто чужие друг другу.
Татьяна чувствовала, что если она сама не сделает первый шаг, то тот маленький фитиль что остался, и вовсе погаснет.
Но пойти на уступку первой было так тяжело. Она должна перебороть свою гордыню, дабы помириться с братом. И стоит это сделать ради них обоих. ***
Неделю спустя Таня сидела в удобном экипаже запряженными самыми лучшими лошадьми, готовыми умчать ее в Петербург. К новой жизни, которая пока казалась Татьяне неясной. За то время, что она провела в стенах своих покоев, девушка много размышляла. Думала о том, что ей, видимо, суждено приносить огорчение своим близким. Бабушка, услышав о падении, слегла, и теперь только начала приходить в себя.
Она приедет в Петербург позже, как только немного окрепнет.
Просматривать за Татьяной будет бабушка Езерского, которая очень обрадовалась, услышав о том, что её шалопай внук наконец решил остепениться. Об этом она лично написала Татьяне. А также предупредила её о том, что ей не следует брать с собой много вещей. О её гардеробе она сама позаботиться, как только девушка приедет.
Таня не переставала думать о сне, что так сильно напугал её. Неужели она ещё кому-то принесёт страдание и беду? Она решила, что отныне будет вести себя здраво. Сердце болело, но не оттого, что разбито, а оттого, что девушка боялась быть отвергнутой. Таня не знала, как её примет Алексей. В их последнюю встречу она допустила много ошибок и теперь была не намерена их повторять. Она хотела увидеть, как будут светиться глаза Езерского, когда он увидит её. Хотела сказать, как сильно была неправа. Но оставалось терпеливо ждать и надеяться. La vie va montrer! (фр.Жизнь покажет!).
Несколько дней в пути отвлекли Татьяну от грустных мыслей. Пейзаж за окном был дивным, и Таня с природным увлечением смотрела на всё, широко раскрыв глаза. Всё увиденное казалось необычным и новым. Она бывала на Кавказе лишь у детстве, а в последнее годы  и вовсе  не выезжала за пределы родной губернии. Поэтому, когда показалась Петропавловская крепость вместе со своим высоким шпилем, девушка не смогла сдержать восторженного вздоха. Всё было так красиво! Когда же Владимир показал ей Казанский собор, она решила непременно туда отправиться. Наконец, они поехали к особняку Езерских. У Татьяны замерло сердце, когда она вступила на порог это грандиозного здания.
Построенный в стиле барокко, особняк имел высокие колонны, искусную резьбу, от вида которой захватывало дух! Это дом её жениха, дом, где ей предстоит жить. Татьяна подала дворецкому свой капор, и направилась в гостиную, где, как сказал он, её ожидают. Владимир следовал за ней, не отступая ни на шаг.
– Вот и вы моя дорогая! – воскликнула пожилая женщина, вставшая навстречу.
– Bonjur, – смущено ответила Тата, удивленная таким теплым приемом.
– Подойдите же ближе, дитя моё, – ласково позвала её женщина.
Татьяна неуверенно двинулась вперёд.
Тут она заметила Алексея, и все мысли вылетели из головы. Её жених стоял возле камина, держа в руках бокал.
Он был так красив, что Татьяна удивлялась, отчего она не заметила этого раньше.
Их глаза встретились, и девушка заметила в них ту же самую нежность, что и прежде.
Оттого сердце радостно подпрыгнуло в груди и на душе стало так легко.
Но тут их зрительный контакт нарушила бабушка Алексея.
– Алёша, ты так и будешь смотреть на свою нареченную, или же всё же представишь её мне?
Алексей улыбнулся, отчего его лицо стало ещё красивее. Он поставил стакан и направился к Татьяне.
– Ну что вы бабушка, – сказал он, подходя к Татьяне и беря её под руку. Подводя её к женщине, произнес:
– Позвольте представить вам мою нареченную , Татьяну Владимировну.
Таня сделала реверс и тепло улыбнулась Галине Николаевне.
– Рада познакомиться, дитя. Вы ещё красивее, чем описал мне внук,– она нежно чмокнула её в щеку и осмотрела вновь.
– Я обязана заняться вашим гардеробом!Невеста графа Езерского должна быть самой красивой!
Она направилась из комнаты, прихватив с собой Владимира.
– Пойдёмте со мной, молодой человек, – тихо сказала она ведя его за собой, – давайте дадим им возможность получше узнать друг друга. Она заговорщески моргнула, закрывая дверь.
Оставшись наедине с Алексеем, Тата опустила взгляд. Она поняла, что их намеренно оставили вместе, но не решалась поднять взгляд. Дорожное платье было вновь довольно скромным, ибо желание красоваться более не пленило Татьяну, ей хотелось, чтобы только один человек смотрел на неё так, чтобы замирало сердце. Тёмная материя, однако, не портила чистый цвет лица, а строгая причёска ей очень шла.
Алексей пытался понять, что же изменилось в Татьяне. Её красота так и осталась прежней, но не было а ней того, что портило её. Не было той кокетливости, которую он увидел вначале. Перед ним стояла серьёзная молодая особа, которая смотрела на него и, в тоже время, когда они остались одни, отвела от него взгляд. Он подошёл к ней, нежно беря её за руку, побуждая поднять на него глаза, и она подняла их. Он не увидел той ненависти, что сверкала в них при последний встречи. Сейчас они светились подобно двум топазам, а маленькие слезинки обрамляли их как бриллианты.
– Я рад вас видеть,– начал Алексей, чувствуя, как слова застревают в горле.
– Я тоже, – раскрыв уста, Татьяна поняла, что хочет, чтобы он её поцеловал. Конечно, это было неправильно, и шло вразрез с тем, что решила для себя Таня, но она не могла понять, что с ней происходит.
Алексей нежно обнял её за плечи, будто понимая то, что она не решилась высказать словами. Он целовал её нежно, будто хрупкую вещь, которую боится сломать или нанести малейший вред. Таня ответила искренне непринужденно, давая без слов понять, что отныне этот брак для неё не противен. Алексей целовал Татьяну, поражаясь тому, как искренне она отвечала. Она обняла его за плечи, будто боялась, что он её отпустит. Такая перемена пришлась ему по душе, но и столь же интересна была и причина. Он на секунду оторвался от девичьих губ, и взглянул на невесту. Татьяна подняла глаза, чувствуя что ей чего-то не хватает. Заглянув в голубые очи, которые светились радостью, Алексей понял, что ему неважно, что стало причиной сих перемен, он готов отдать всё, чтобы Татьяна была счастлива.



Марьяша

Отредактировано: 11.09.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться