Сердцеграмма. Проклятие. [редактируется]

Пролог.

Наверное, каждому моєму знакомому, будет интересно узнать историю моей жизни. Началось всё семнадцать лет назад... Глубокой ночью, в полнолуние из палаты номер 117 донёсся детский плач, это родилась я, в пятнадцать минут первого, в начале сентбря. Мама говорила, что я безумно громко рыдала и махала ручками во все стороны. Отец забрал нас спустя три дня после родов. Мое детство проходило беззаботно, в семье меня любили.

В шесть лет моя жизнь изменилась из-за трагедии -- отец как обычно ехал на работу и, подъезжая к  мосту, должен был сбавить скорость, но тормоза отказали и он врезался в перила, сломав их. Естественно, джип проломил так называемую преграду и полетел в пучину невозврата вместе с моим отцом. Сестёр или братьев не было, собственно, по этой самой причине.

Мы с мамой  остались жить в старой квартире, около центра мегаполиса. На окраине Эвина поселилась моя бабушка – мать моего папы. Единственная ниточка, связывающая меня с воспоминаниями об отце. Жили не бедно, позволить себе квартиру и две машины мы могли. Да, я вожу автомобиль, и имею водительские права, в чём большая заслуга мамы. Именно она обучала меня вождению (на разных игрушках и книгах) с детства, благодаря чему в будущем я с легкостью сдала все экзамены в автошколе. Не знаю откуда у неё такое пристрастие к машинам, ведь в нашей семье никто больше не увлекается гонками.

Мы с двумя котами и собакой прекрасно помещались в нашей обитель. Одна кошка жила у нас временно. В отсутствие бабушки Оли, Роза переезжала к нам.

Мамин начальник был на редкость добрым, вежливым и отзывчивым человеком. В его компании она проработала более пяти лет.

Если говорить о моей личной жизни, то парня никогда не было, нравились пару мальчишек года так три, четыре назад и то, до сих пор не понимаю, как эти люди с низким уровнем развития могли у меня вызывать хоть каплю симпатии.

Есть, а точнее были лучшие друзья - Николь, Самаэль и Анни, но не судьба, как говорится было нам сдружится. Ох, прямо стихами заговорила. Короче объясняя, мне нравился Самаэль, и Анни с Николь об этом прекрасно знали, но вот Анни (как позже оказалось) стала его девушкой уже тогда, когда я готовилась признаться в любви парню. Собственно, мне она нагло врала. Из-за чего мне страшно стыдно, так это из-за моих ей рассказов про Самаэля и таком яром описывание его достоинств. До сих пор иногда представляю, как Анни всё это пересказывала парню, и они вместе смеялись над глупышкой Изи. Но всё было ложью, а её я ненавижу больше всего в жизни, поэтому наши пути с ‘‘друзьями’’ разошлись. Сейчас не понимаю причины кончины нашей дружбы с Николь, наверное, мы слишком долго были вчетвером и образ Ники стал напоминать мне о двух предателях.

Переходя от давнишнего к последним событиям, хочу сказать, что в этот день абсолютно ничего не изменилось и не говорило о такой резкой смене обстановки в жизни.  В один ‘‘прекрасный’’ день я дожидалась, уставшую после работы маму. На столе в кухне её ждал вкусный ужин, а у дверей я. Ровно в пять часов вечера по квартире пронесся звук сигнала домофона, и я тут же помчалась ко входной двери чтобы встретить маму. Щелчок замка подсказал мне о готовности двери открыться, и я быстро потянула ручку на себя. Моя улыбка исчезла без следа, когда я увидела вид родительницы. Она стояла со строгим, полным решимости идти на крайние меры и в то же время отчаянным лицом; с трудом сдерживала слезы, чтобы не разрыдаться при мне. Только переступила порог квартиры, как сразу рванула в гардеробную. А я всё ещё стояла в дверном пролёте. Что вообще произошло? Мне кто-нибудь объяснит, что случилось? Мама моталась по помещению как сумасшедшая, впопыхах собирая вещи. Когда ступор прошёл, а ноги согласились слушать команды мозга, я зашла в зал. Увиденное меня не на шутку напугало. Мы что уезжаем куда-то?

 

– Мама, что происходит? Мы едим к бабушке? – ответа я не дождалась – Мама! Объясни, что происходит? — впервые я так кричала на неё.

 

— Бель, меня уволили с работы. Я попала под сокращение... — она говорила это так спокойно, будто это – мелочь!

 

— Но, ты ведь лучший сотрудник! Тебя не могли уволить! Там сидит столько бездарей которых можно выгнать без вреда для компании, но не ты!

 

— Бель, дослушай меня до конца, это ещё не всё... Из-за потери работы, нам придется уехать на неопределённое время.

 

Сказать, что я была в шоке, это не сказать ровным счетом ничего! Я была в ужасе! В этом городе вся моя жизнь! Дом, любимая машина, бабушка, питомцы... Все семнадцать лет жизни мне надо бросить?! Нет! Я на такое не подписывалась!

 

— Ты не можешь так поступить! Здесь моё «всё»! — гнев одолевал меня изнутри, а гонор не позволял смириться.

 

— У нас нет выбора... Теперь, быстро собирай все необходимое и вызывай такси в аэропорт! — если бы физически возможно было разбить стекло голосом, то сейчас от её криков все окна в доме разбились на мельчайшие кусочки, как и мои надежды на изменение маминого решения.

 

Видимо, ничего не поделать. Мама всегда взвешивает все «за» и «против» перед тем, как принять решение. Значит это что-то серьезное. Спорить – бессмысленно, всё, чего я добьюсь – ссора. Возможно, скоро мы вернёмся в Эвин, мама найдёт себе новую работу, и жизнь наладится.



Izabella Laily-Nik

Отредактировано: 26.07.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться