Серебряные крылья любви

Глава 17

Разумовский открыл двери дома и медленно вошёл в прихожую. Свет на первом этаже был погашен, и только в холле горела одна лампа настенного бра. Он зашёл в кухню, включил свет над рабочей поверхностью и, засыпав измельчённый кофе в холдер, нажал на кнопку запуска кофемашины.

Олег обвёл взглядом кухню. Рассыпанный сахар на полу, грязная посуда в раковине и отсутствие приготовленного ужина. Он открыл холодильник и, сообразив нехитрые бутерброды, налил в кружку кофе, и присел за столом.

Алина появилась на пороге кухни бесшумно, спустя пару минут. Она включила верхний свет над столом, и присела рядом с Разумовским.

— Привет. Извини, ужин не успела приготовить. Писала в мастерской картину и время пролетело незаметно.

— Привет. Ничего страшного. Я нашёл, что перекусить. Ты сама ела?

— Да. Жарила яичницу и делала тосты. Как твоя работа?

— Нормально. Как чувствуешь себя?

— Нормально.

Молчание затянулось. Им впервые за несколько месяцев не, о чем было говорить. Хотя ещё совсем недавно, они болтали ежедневно без умолку до полуночи. Не было необходимости искать темы для разговоров и вытягивать ответы на свои вопросы друг у друга.

Алина осторожно коснулась его руки.

— Олег, я тут погорячилась немного в прошлый раз. Надеюсь, ты на меня не сердишься?

Он поднял на неё глаза.

— Нет, не сержусь, — Разумовский поднялся на ноги и направился к раковине. Ополоснув чашку под струёй воды, он повернулся к Алине. — Если ты не возражаешь, я пойду спать.

— Я хотела поговорить с тобой, относительно подготовки к свадьбе. Нам нужно выбрать свадебный торт. Я привезла сегодня фотографии с изображением образцов.

Олег обречённо посмотрел на неё.

— Посмотрим завтра утром. Хорошо?

— Хорошо. И ещё, мой отец ушёл с работы, и девчонки стюардессы, решили устроить для него прощальный вечер и подготовить сюрприз. Нас тоже пригласили. Послезавтра в семь часов вечера.

— Я не смогу пойти. Извини.

— Почему?

— У меня назначена съёмка на шесть часов. Я не успею освободиться.

— Но, разве ты не можешь перенести это на другое время или день? Мы и так с тобой практически нигде не бываем вместе.

— Не могу. У меня уже арендовано помещение для съёмок. Приглашены модели, да и Анатолий с Оксаной отменили всех своих клиентов на это время, чтобы помогать мне. Так что я не смогу пойти с тобой, при всём моём желании.

— Понятно. Снова работа. А я опять одна.

Разумовский внимательно на неё посмотрел.

— Прости…

— И это всё?

— А что ты ещё хочешь услышать? Я сожалею, что не смогу пойти с тобой. Сходи сама. Там будут все твои подруги. Я думаю, тебе и без меня там будет весело.

— Мне и так весело от нашей каждодневной жизни. Так весело, что плакать хочется.

— Послушай, Алина, не начинай. Я устал от твоих истерик и вечного недовольства.

— Истерик? Да ты сам меня…

Разумовский остановил её жестом своей руки.

— Всё, замолчи. Я не хочу больше ничего слушать. Сказал не поеду и всё. Я больше не намерен перед тобой оправдываться. Спокойной ночи! — он вышел из кухни.

Алина сосредоточенно смотрела перед собой, на закрывшуюся дверь за спиной Олега. Она медленно опустила глаза на стол, и с яростью толкнула, стоявший перед ней стакан. Стекло издало мерный звон о поверхность, и апельсиновый сок медленно расплылся длинной оранжевой лужицей по прозрачной столешнице.

Олег лёг в постель, но заснуть не получилось. Его веки были прикрыты, но он отчётливо слышал тихие шаги Алины в спальне. Она открывала и закрывала дверцы шкафа, выбрасывала на постель какие-то вещи. Ходила по комнате из угла в угол, выходила в коридор, и возвращалась вновь.

Олег не реагировал на её движение. Прикрыв глаза, и отвернувшись в сторону, ему хотелось только одного, как можно быстрее заснуть.

Последующие два дня пролетели стремительно. Они почти не общались. Утром, когда Разумовский рано уходил на работу, Алина ещё спала. Днём у каждого были свои дела. И лишь вечером, они встречались за ужином. Несколько сухих фраз о работе и делах, ограничивали их общение в стенах этого дома. Словно какое-то чудовищное проклятие, в один миг вселилось в эти стены. И уничтожило былую нежность, трепетность и страсть в отношениях между этими двумя людьми. Которые производили сейчас впечатление не влюблённых друг в друга жениха и невесту, готовящихся к свадьбе, а просто были вынужденными соседями на одной жилой площади.

****

В пятницу Алина собиралась к родителям на объявленную вечеринку, по поводу ухода отца с работы.

Она долго стояла у зеркала, с интересом рассматривая со всех сторон своё новое коктейльное платье приталенного силуэта в привлекательном дизайне, с рукавами длиной три четверти и украшенное нежным кружевом. Она поправила браслет на руке и, оставшись довольна своим образом, вышла из комнаты и, спустившись по лестнице, направилась на улицу. Она села в машину, и достав телефон из сумочки, набрала номер Разумовского. Он ответил не сразу.