Серый пилигрим

Часть 5: Леонард. Глава 5

Каменный пол был холодным и гладким, как лед, и долго сидеть на нём не получилось. Поднявшись, Леонард поводил руками в темноте и осторожно, мелкими шажками, отошел от плиты с барельефом. Глаза привыкли к темноте, и впереди, на расстоянии десятка шагов, он видел на стене ровный голубоватый отсвет. Похоже, коридор резко поворачивал налево, и источник света находился там, за углом.

Леонард медленно, будто превозмогая толщу воды, шагнул дальше, но страх тысячами невидимых нитей тянул назад. Покидать площадку у входа не хотелось – казалось, стоит только отойти на несколько шагов, и тьма проглотит тебя целиком, и никогда не найти дороги обратно.

Но торчать на месте юноша тоже долго не мог. Непрерывно загребая перед собой руками, как пловец, чтобы ни на что не наткнуться в темноте, он мелкими скользящими шажками преодолел расстояние до поворота.

Осторожно выглянул за угол, готовый тут же отпрянуть назад и броситься к выходу. Но увиденное настолько поразило его, что он, сам того не замечая, выпрямился и, раскрыв рот, сделал несколько шагов навстречу открывшейся картине.

У самых ног Леонарда разверзлась бездонная пропасть, над которой нависла ажурная паутина узких мостиков из плит белого камня, пестреющих пятнами бурого и зеленоватого мха. Мосты были переброшены между крошечными островками, представляющими собой вершины исполинских каменных столбов, основания которых терялись во мраке. Куполообразный потолок пещеры ощерился гроздьями свисающих вниз сталактитов, во многие из которых были вмурованы массивные железные кольца, с которых свисали на цепях продолговатые ажурные клетки с заточенными в них огромными полупрозрачными кристаллами неправильной формы, испускающие голубоватый свет. Каждая такая клетка была в добрых два человеческих роста высотой, а цепи, их удерживающие, толщиной могли сравниться с запястьем Леонарда.

Такие же кристаллы, но поменьше, размером с человеческую голову, располагались через равные промежутки на перилах мостов, чётко обозначая их светящимся пунктиром.

Кристаллов было много – пожалуй, сотни. Но, несмотря на обилие источников света, их хватало только на то, чтобы хорошо были видны сами мосты и небольшие ротонды на каждом из островков. Основная же часть каверны тонула во мраке. Она была слишком огромна. Леонард прикинул, что при таком раскладе весь утёс, на котором выстроен Кастл-Кроу, похож на скорлупу выеденного яйца – внутри он пуст, и если бы не твёрдость верхней части скалы, замок попросту провалился бы вниз.

Он осторожно ступил на мост. Тот был узкий – едва разминуться двоим, а перила едва доходили до середины бедра. Пропасть внизу раскинулась во всей красе, и хотя высоты Леонард никогда не боялся, в груди неприятно похолодело. Назло своему страху он подошел ближе к краю и, перегнувшись через перила, заглянул вниз. Хотел было крикнуть что-нибудь, чтобы послушать эхо, но нарушать первозданную тишину пещеры казалось кощунством. Да и попросту было страшновато. Жаль, факелов нет – сбросить бы вниз, посмотреть, насколько глубока пропасть.

Он коснулся светящегося кристалла, вмонтированного в вершину одного из столбиков перил. На ощупь тот оказался очень холодным и будто бы колючим – пальцы неприятно занемели от прикосновения. Леонард, придерживаясь за перила, попробовал пихнуть его ногой. После пары ударов кристалл накренился, шатаясь в своем гнезде. Юноша поддал сильнее, и по гладкой, как зеркало, поверхности пошла сеть мелких трещин, отчего кристалл засветился заметно ярче. Ещё удар – и он, вырвавшись из крепления, кувыркнулся вниз.

Леонард проводил его взглядом. Светящееся пятно, стремительно уменьшаясь в размерах, исчезло, но потом снизу донёсся хлопок, и ослепительная вспышка на миг высветила дно пропасти, ощерившееся длинными копьями сталагмитов. От неожиданности Леонард отпрянул назад, прикрывая глаза ладонью, ударился о перила на противоположной стороне моста. Опасно накренился назад, едва не переваливаясь через них, но сумел сохранить равновесие.

Тело обдала горячая волна ужаса. Он, с трудом разжав пальцы, мертвой хваткой вцепившиеся в перила, отошёл от края. Сердце колотилось так, будто он пробежал по крайней мере лигу. Впрочем, испуг прошёл быстро, и его сменила жгучая злость на собственную глупость.

Он вернулся назад, на естественный карниз, опоясывающий стену пещеры. Заметил сложенную неподалеку от входа связку факелов, табурет, флягу для вина, какие-то тряпки, веревки, видимо, тоже оставленные отцом. Граф, похоже, основательно принялся за исследование этой пещеры. Непонятно только, почему он делал это в одиночку, и держал само существование пещеры втайне.

Возможно, ответ скрывается в тех записях, что Леонарду удалось спасти. Юноша бережно достал из-за пазухи тяжелый фолиант. Расположившись у входа на мост, рядом с одним из столбиков, увенчанных светящимся кристаллом, он раскрыл книгу, один за другим извлекая помятые и обгоревшие листки.

Свет, исходящий от кристалла, был блёклым и окрашивал кожу на руках в мертвецки-белый цвет, а бумажные страницы в нем казались серыми, будто присыпанными пеплом. Впрочем, главное, что его хватало на то, чтобы можно было бегло читать.

Он сразу узнал в набросках отца схему этой огромной пещеры. Вот вход, вот мосты с одного островка на другой… В центре пещеры – островок побольше, и похоже, ради него и выстраивалось всё это хитроумное сооружение в пещере. Все дорожки вели в центр, и для части из них отец на схеме оставил заметки.

- Перевёртыш… Булава… Шипы… - читал Леонард.

Со схемой всё было понятно. Отец, обследуя подступы к строению в центре пещеры, отмечал на карте обнаруженные ловушки. Одна из них и оказалась роковой. Не было никакого таинственного убийцы. Стрела, убившая графа Кроу, была заложена неведомыми инженерами пещеры, наверное, сотни лет назад. Но даже века спустя она исправно выполнила своё предназначение. Не пропустила незваного гостя туда, к центру лабиринта.