Сестра реки (черный рай, т.3)

11.8

Так начнем,
Просто потеряй контроль
И позволь своему телу сдаться в плен

Ритму твоего сердца,
Пока моя рука касается твоей кожи.

Это любовь
или просто влечение?
Зажжем этот огонь!
(Ryan Star – «Start a fire»)

Она меня защекотала! Не ожидавший такой подставы, дернул рукой. Эрика тут же воспользовалась этим и потянула меня к себе. Потеряв равновесие, повалился в ванну.

Эрика закашлялась, заглотнув воды. 

– Ты в порядке? – спросил я, снимая свой немалый вес с нее, упираясь руками в дно.

– Конечно, – вытирая мокрое лицо, вдруг начала смеяться. – Это просто неизбежно, – говорила она сквозь хохот. – Как ни попаду в БронТасуил, так обязательно нахлебаюсь воды.

Я тоже было засмеялся, но взгляд наткнулся на обнаженную грудь. Пены больше не было, и она предстала во всей красе. Прямо. Передо. Мной.

Еще полмгновения, и я схвачу Эрику за голую задницу, – схвачу жестко, так, что на ее сливочной коже останутся красные следы – и посажу ее сверху, прямо на изнывающий пах, и буду целовать эти… 

Все. Пора брать ситуацию под контроль. 

Я на пике моей самой высокой горы. Чувствую пронизывающий ветер, принесший холодный снег. Он облепляет меня, охлаждая разгоряченное тело и кипящий разум, из последних сил старающийся призвать меня сдержать слово.

– Вот уж не думала, что ты боишься щекоток! – продолжала хихикать хулиганка, потемневшими глазами наблюдая, как я неловко вылезаю из ванны. Неловко потому, что тело сопротивляется, хочет остаться, а сознание плетью гонит его прочь.

– Я тоже. 

– Ты не знал?

– Как-то так вышло, что меня никто никогда не щекотал, – ответил, кое-как избавляясь от мокрой рубашки и продолжая концентрироваться на снеге. Впору наложить на себя настоящего снега. Чувствую в ладонях привычное морозное покалывание. А что? Я же могу. Но, пожалуй, не при Эрике.

Вроде удается погасить пламя одолевшего меня неимоверного возбуждения, как замечаю, что она разглядывает меня. И, судя по восхищенному блеску ее глаз, – мысли ее витают там же, где только что были мои, до того, как я взобрался на эти горные… мать их, вершины

– А теперь либо раздевайся и присоединяйся, либо дождись своей очереди снаружи, – опустилась на мгновение под воду. Вынырнув, подняла руки, убирая волосы назад, отчего грудь мелькнула над водой. 

– Я обещал себе, что даже не прикоснусь к тебе! 

Замечательно! Говорю одно, а сам уже избавился от рубашки и поймал себя на том, что начал расстегивать ремень брюк.

– Продолжай? – скрестив руки на бортике ванны, поставила на них подбородок. 

– Раздеваться? 

– Говорить. Ну или раздеваться, как пожелаешь.

Черт возьми, этот хитрый взгляд, подкрепленный соблазнительной улыбкой и движением плеч провоцируют меня так, что надо бежать отсюда прямо сейчас! Никакие морозные образы уже не помогут справиться с собой! 

– Я хотел найти способ начать все сначала, сделать это правильно. Как джентльмен, коим меня и воспитывал отец. И посмотри, до чего ты меня довела, мы снова пропустили все ухаживания! – быстро сказал, отступая к двери. 

– Зачем ты тогда со мной спишь? Точнее, лежишь со мной, когда спишь? 

– Потому что не могу без тебя, Эрика! Раньше одиночество было моим образом жизни, а теперь стало наказанием.

– Знаешь, что я думаю? Для ухаживаний никогда не поздно, – неопределенно ответила она. – Непонятно, почему большинство мужчин считают, что они нужны только в начале отношений. А потом живут по принципу «и так сойдет, все равно никуда не денется», – смотрит вопросительно, потом нерешительно добавляет: – Каким мужчиной для меня будешь ты?

Я умудрился поперхнуться воздухом. 

– Можешь не отвечать, – стушевалась она.

– Нет, я отвечу, – нас разделяло расстояние ванной комнаты, но  мы были связаны пристальными взглядами. – Я все никак не привыкну к твоей прямоте. Со мной никто не говорит откровенно: либо слишком боятся, либо лицемерят, надеясь выискать для себя выгоду. Ты ждешь от меня красивых слов. И поступков. Но это Виннард мастер любезностей и обольщения. А я… я буду жестким, дорогая. Требовательным и ненасытным. Ограждающим тебя от любых бед и тревог. Буду тем, кто последует за тобой куда угодно. Даже если не позовешь. В данный же момент я тот, кто желает тебя всем телом и душой, но связал себе руки обещанием, что в этот раз подойдет к тебе, как полагается. Мы познакомимся заново и сотрем тот злополучный вечер из памяти! Подумай, мы же почти ничего не знаем друг о друге! Потому я сдерживаю себя изо всех сил, хотя у меня скоро уже целых штанов не останется, все протерты из-за того, что я до одури хочу тебя! 

– Я не хочу забывать тот вечер. Особенно, зная, что все те эмоции, что ты мне подарил, были настоящими. 

Ее слова приятны, но подействовали на меня как пощечина. Глупец, Раденгар, какой ты глупец! Столько времени жил с этим обещанием, потом изводил нас обоих! Намеревался решить все сначала, и снова начал с чего? Все решил за нас двоих. Не спросил, чего она сама-то хочет! 



Мира Кейл

Отредактировано: 02.09.2021

Добавить в библиотеку


Пожаловаться