Сфера

О встречах и воспоминаниях (Чуть менее сентиментальная, но точно раскрывающая предыдущие отношения героев)

Пыль билась под ногами. Я шла медленно, стараясь не сильно тревожить разорванные некогда мышцы. Большая часть голеностопа была перевязана эластичными бинтами – так легче переносилась резкая боль, возникающая при каждом движении. Я прошла зеленые и радостно-летние улицы, проковыляла сквозь незримую границу между самим городком и деревней, окружающей его. Деревянные дома купались в густых кустах отцветшей сирени.

Не знаю, чего я больше боялась: встретиться с Костей или не увидеть его. Я медленно приблизилась к высокому стальному забору, из-за которого тут же донесся лай собаки.

Глухая калитка скрипнула, выпуская человека.

Высокий. Плечи чуть ссутулены, но спина прямая. Волосы отросли и свисают на шею, лоб, скулы. Раньше он ненавидел длинные волосы. Всегда коротко стригся и прятал идеально правильный череп под капюшоном, а светлые глаза под сдвинутыми бровями.

Калитка захлопнулась.

Тень и золотистые капли солнца скользили по его бледному лицу.

Я прищурилась сильнее, выхватывая изменения в его внешности. Губы чуть плотнее сжаты, глаза потемнели и под ними залегла глубокая тень, скулы заострились и нос словно удлинился. Костя сильно похудел, хотя никогда не имел даже грамма лишнего веса. Сейчас он казался просто скелетом, обтянутым кожей.

Он обернулся и столкнулся со мной взглядом.

К моим губам приклеилась узкая ухмылка-улыбка. Я вглядывалась в него, чтобы успеть поймать выражение его лица от встречи со мной. Где-то в глубине меня сидела уверенность, что он узнает меня, как только мы увидимся.

Но чуда не случилось.

И не могло случиться, на самом деле.

Горло защипало.

Костя приподнял брови и мягко улыбнулся, смотря на меня одновременно жалостливо и понимающе.

- Привет, ты Катя?

- Привет, да.

Я смотрела в его отстраненное лицо и понимала, что стала для него совсем чужой.

- Я тебя не помню, прости.

Я качнула головой, стараясь, чтобы слезы не полились прямо сейчас и здесь. Чтобы не напугать чужака, занявшего место Кости. Чтобы не сорваться самой в ужасную истерику.

- Я поняла, - я глухо сглотнула, проталкивая комок размером со вселенную в горло. – Я бы хотела поговорить с тобой.

Костя нахмурился, сминая понимающее выражение под осторожной бесстрастностью.

- Я не уверен, что тебе стоит заходить ко мне в гости. Родители ужасно злы, что я решил встретиться с тобой. Они считают, что ты виновата в аварии, - и голос и тон были удивительно шелковистыми, словно он изо всех сил пытался смягчить свои слова. Раньше он никогда так не делал. Говорил, что в голову придет. Часто что-то едкое или просто резкое.

- Тут недалеко лавочка была, мы можем там посидеть, - я невесело засмеялась, чувствуя, насколько нелепо звучит моё предложение. – И я согласна с твоими родителями.

Мы развернулись и зашагали по пыльной улице.

- Зря, - обронил он. Я оглянулась на него. Костя снова свел брови. – Ну, я думаю, что не стал бы что-то делать, не приняв самостоятельное решение. Поэтому вряд ли ты виновата в чем-то серьёзнее меня.

- Но это я попросила подвезти меня до дома. Если бы не я, ты никогда не оказался бы там в тот момент, - я почувствовала растерянность и удивление.

Костя пожал плечами.

Каждое слово и каждый жест этого Кости противоречили всему, что было свойственно Косте-до-аварии. Словно кто-то не просто стер прежнего Костю, а полностью переписал его личность. Сделал добрее, ответственней, человечнее и потому сильнее.

Мы подошли к небольшой деревяшке, прибитой между двумя железными столбиками, и я устало опустилась, сняв тяжесть тела с горящих ног. Он осторожно присел рядом, словно боялся, что хлипкая скамейка не выдержит его вес. Слова жгли язык. Мне столько хотелось сказать, но я сдерживала себя, подбирая более верные слова, более точные аргументы. Я посмотрела на него. Его глаза, темно-серые, затянутые тенью от ресниц прятали в редких всполохах света усталость и обреченность, но морщинки, собравшиеся у краешков глаз, говорили только о приветливости и сдержанной осторожности.

Я отвела взгляд, не желая погружаться глубже в него.

- Ты хотела поговорить со мной, - напомнил Костя.

Я глубоко вздохнула и закрыла лицо руками, понимая, что так проще.

- Ты вообще ничего не помнишь? Как мы познакомились? Как подружились? Какие-нибудь странные случаи?

- Я ничего не помню, Катя, - его голос обнял меня, придавая больше уверенности.

- Тогда давай я просто буду рассказывать, а ты попытаешься вспомнить?

- Давай попробуем, - и снова снисходительный тон. Я отняла руки от лица, чтобы впитать каждое мгновение его настроения, не пропустить что-нибудь очень важное.

- Когда мы познакомились, мы гуляли в одной большой компании. Тогда началась мода на воркаут и мальчики из компании крутились на турниках. А у тебя не получалось…