Шаг вперёд, два шага назад

Размер шрифта: - +

Глава 2

- Так и что у вас там со Стасиком-таракасиком? - прищурилась Нина и как-то недобро на меня посмотрела.

- Ничего, - честно призналась я. – И перестань его так называть, аппетит портит.

- Полезно для фигуры. Анька, неужели ты опять попадёшь в те же сети? Ты наконец-то освободилась от этого недоумка… Не позволяй ему снова войти в твою жизнь. Может, нам и правда не стоит ходить? – засомневалась она.

- Какой к чёрту Стасик, когда там будет Боровский! – наигранно весело воскликнула я. – И сколько времени у нас осталось? Надо ведь привести себя в порядок!

Мы решили тотчас этим заняться и поехали в салон красоты. Там мы побаловали себя кислородными масками, освежив в это время маникюр. Мы бы многое хотели ещё испробовать, но времени было в обрез. Потому пришлось ограничиться незатейливыми укладками.

Пышная каштановая шевелюра Нины легко поддавалась укладке, мастера любили её волосы, из них можно было соорудить журнальную прическу за минимум времени. Мои белокурые волосы, хоть и были не совсем уж жидкими, но тонкими, поэтому каждый раз вставал трудный выбор: укладка была им не на пользу, но при этом только с помощью всяких средств и изощрений, можно было придать им какой-то объём.

Моя красота требовала жертв, увы, но я старалась хотя бы не так часто их приносить. Сегодня, конечно, был особый случай – светское мероприятие, которое соберёт все сливки общества. Встреча с бывшим, которого избегаю уже почти месяц, общаясь незначительными фразами по телефону и в сообщениях. Ну и как тут не вспомнить главное: знакомство с новым похитителем девичьих сердец, господином Боровским.

И хотя из чувства упрямства и протеста хотелось наоборот выделиться антигламурностью, я расценила это желание как ту же попытку привлечь к себе внимания, чего не собиралась делать. А будучи гламурной фифочкой я не особо буду там выделяться, чего мне и надо. Под прощальную песню Патрисии Каас, с чарующей хрипотцой в голосе, навевавшую томные мысли о буржуазном Париже, мы с Ниной, такие все красивые и пахнущие миллионом парфюмерных отдушек от всяких лаков, спреев, пудр и прочих орудий красоты, покинули обитель красоты и неги и отправились покорять нашу местную столицу российской глубинки.

Когда вернулись ко мне на работу, секретарь Жанна передала оставленное на моё имя новое приглашение на две персоны. А также букет белых роз с запиской «Жду вечера с нетерпением». Нинка, глядя на это, только неодобрительно крякнула.

Мы поехали переодеваться, договорившись встретиться уже около Дома Художника. Я попросила Нину оставить сумку-вырви-глаз дома, потому что не хотела никаких приключений. Нина посмеялась над моими суевериями, но пообещала.

- Хотя, - добавила она, – это не значит, что я оденусь серо и уныло, обязательно добавлю яркий акцент!

Я закатила глаза, представив, что это значит в её понимании прекрасного.

- Ты тоже прибавь себе яркости, - посоветовала она. – Губы хоть алым накрась, - пробурчала она, видя мою реакцию на совет.

- Хорошо, где-то в недрах шкафа затерялись красные лодочки, - кивнула я послушно.

Нина неодобрительно хмыкнула. Зато она меня не разочаровала. Ярко-синее платье цвета электрик было обильно сдобрено аксессуарами цвета фуксии. Со всем этим у неё легко сочетались серьги и кольцо с изумрудами от бывшего ухажёра. Красоту ничем не испортишь, явно было девизом Нины.

- Какая скука, - осуждающе прокомментировала она мое чёрное простое, не считая фигурных вырезов на спине, платье. Правда красные туфли, как и было обещано, оживляли наряд.

- Зато мне нужно противоядие, - не удержалась я от подкола, но тут же себя одернула.

Нина не обиделась. К критике нарядов и внешности у неё был иммунитет, она свято верила в свою красоту и неотразимость, и эту веру ничто не могло поколебать, а все еретики отправлялись на костёр инквизиции снисходительного игнорирования.

Но не дай бог подвергнуть сомнению её профессионализм. Вот тут, не удостаивавшая даже взглядом своих критиков стиля, Нина превращалась в фурию и готова была разорвать в клочья любого, кто покусится на самое святое для неё. Поэтому на эту тему мы никогда не шутили.

- Ну что, пошли? – Нина взяла меня под локоток, и мы стали подниматься по мраморной лестнице с протёртыми ступенями к парадному входу особняка позапрошлого века, стуча каблучками туфелек так же, как двести лет назад спешащие на бал юные дебютантки.

На входе, как и ожидалось, стоял секьюрити Ванечка, в обязанности которого был и фейсконтроль. Довольно известная личность в нашем городе. Он знал всю нашу элиту, рукопожатную или нет, желанную на мероприятиях или нет. И поскольку такие характеристики могли измениться в любой момент для каждого, Ванечка держал нос строго по ветру. Вот уж кто был неиссякаемым источником информации и сплетен, почище иного журналиста.

Но у Вани было одно отличительное качество – язык за зубами он умел держать, как никто иной. Догадываюсь, что он довольно часто получал предложение в виде хороших сумм за некоторую информацию и услуги, но для Вани, как он говорил, репутация важнее всего. Я знала, что он один источников информации Мишки, они водили если не тесную дружбу, то приятельствовали точно. Но вместе их при этом не видела. Впрочем, возможно, там было обоюдное сотрудничество, и они его скрывали от ненужных глаз. В их дела я никогда не лезла, каждый имеет право на свои секреты, а уж тем более если речь идет о журналистской деятельности.



Маруся Хмельная

Отредактировано: 21.02.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться