Шаги

Размер шрифта: - +

Идти по пустыне

Ты обнаружил себя лежащим на горячем песке и глупо уставившемся в голубое небо. Его идеально ровный оттенок лазури были бесконечным и глубокими. Яркое солнце, что ты ощущал на своей коже, висело высоко, прячась в лёгкой дымке. 

Ты аккуратно поднялся, садясь на песке. Бескрайняя золотая пустыня ковром раскинулась, падая за горизонт. Дюны блестели под лучами, и воздух подрагивал от жары. Ты не мог понять сон это или реальность. Все ощущения были убедительны, тонкие светлые одежды из хлопка, раскалённая земля под ногами и жара, словно осязаемая и обволакивающая тело. Наползающая. Слишком реально для сна, но и слишком необычно для реальности. 

Ты знал своё имя, помнил родной город, факты из биографии и что делал два часа назад, ты – умирал. 

Долго и мучительно умирал от страшного заболевания. На последних стадиях боль была такой невыносимой, что даже морфин перестал помогать. Было больно лежать, моргать и даже дышать получалось с трудом. Последний месяц ты только и делал, что молил о скорейшей кончине, ты верил в Бога. Всегда верил, и будешь верить во всё, чему учила церковь. Ты – христианин. Всё не просто так. Потому может ты и отказался от эвтаназии. Нельзя, так говорят святые отцы, и ты терпел невыносимую боль, лишь бы душа твоя была чиста. Ведь, несомненно, всё, во что веровал – существует, оно прямо здесь.

Поднявшись на ноги, ты ошарашенно начал озираться по сторонам, всюду, куда может дотянуться взгляд – пустота. Никого. Ощущая, как жжётся песок, ты понял, что более ничего не болит. И не надо больше лекарств и наркотиков. Проиграв болезни – ты победил. Проиграв битву – выиграл войну за свою душу и оказался здесь, где бы это ни было.

Может рай? Не таким библия описывает рай, но и на ад место не похоже. Здесь хорошо без боли и страданий. Чистилище. Ты улыбнулся, зная, что так оно и должно быть. Ты не заслуживаешь рая или ада, но заслуживаешь чистилище. 

Ты идёшь по пустыне, куда глаза глядят, без смысла и без цели. Ничего неизвестно и непонятно, нет ориентиров только путь сквозь песок. Может в этом есть какой-то смысл, может это твоё очищение – просто идти по дороге. Но солнце это и песок этот сколь бы ни были горячи – лучше, чем невозможная боль и грусть, мысли о грядущем. 

Больше ничего не будет, ничего не случится, отныне эта пустыня твой покой и ты готов идти по ней хоть всю вечность. 

Не хочется пить, не болит голова, и пот не скатывается градом. Жара не изнуряет, она жжёт, но не убивает. Это твоя жара, твоя пустыня, твоё наказание. Ты всему рад и готов пройти путь, невзирая на его продолжительность.

И ты шёл, днями и ночами. Небо затягивалось тучами и снова становилось лазурным, падало и вставало солнце, дул ветер, вздымая пыль, дрожал и искрился воздух. Кричали птицы над головой, и была тишина. Был песок под ногами и крохкая земля, камни и золото. Ты шёл и улыбался, не болели ноги, и не ломило тело. Не было больше ничего кроме этого мира, так казалось изначально, но земля эта менялась изо дня в день. Ты видел ущелья и холмы, жухлые растеньица и даже воду. Не хотелось ничего, в бесконечной прогулке было наслаждение и урок. Ты думал много о прошлом, о том, что сделал или чего не сделал, о том чего не исправить и не вернуть. Думал о церкви, о Христе и о вере.

Сейчас ты здесь. Уже немного устал и как раз удачно вышел к скалам и камням, где есть тень и можно будет скрыться от солнца, может посидеть немного. Впервые тебе захотелось перевести дух. 

Вдали ты заметил тень человека, но не было встречено людей за несколько дней пути, и ты не сразу поверил своим глазам, увидев мужчину, что сидел на камнях и молился. 

Одиночество уже стало привычным и родным тебе. Да и не хотелось отвлекать человека от молитвы и понапрасну сотрясать воздух, он обратит на тебя внимание, когда ты сядешь рядом, и сам заведёт беседу, если захочет. 

Ты так и поступил, опустившись на камень и смотря в абсолютно противоположную сторону. Солнце снова клонилось к закату, мужчина молился далёкой линии горизонта разгорающейся золотом, а ты смотрел в сторону гаснущего неба и приближающейся ночной темноты.

Мужчина отвлёкся, посмотрев на тебя внимательно, помимо удивления в его глазах было что-то ещё. 

– Я не ожидал встретить кого-то в такой дали, – сказал он, вставая с колен. Он стоял спиной к тьме, что ты наблюдал, а ты сидел, не видя последнего света, что освещал его лицо. – Кто ты, путешественник? – у тебя не было нужного ответа.

– Я просто иду по пустыне, из неоткуда в никуда. 

– Без цели?

– У меня есть цель и я её пойму, когда приду, – мужчина улыбнулся, словно уловил потаённый смысл твоих слов, потаённый смысл, который ты и сам не знал. 

– У тебя нет ни сумки, ни вещей, как же так можно идти по пустыне?

– А что есть у тебя?

– Вода. 

– Много ли этого, а как же еда?

– У меня нет еды и я чрезвычайно голоден, но в этом и суть.

– Возможно, – тебе казались смутно знакомыми эти черты. Этот человек, словно старый друг, которого ты позабыл. Человек, который тоже идёт для чего-то по пустыне. – Ты не представился. – Сообщил ты встреченному пилигриму. Отчего-то тебе показалось это важным именно в данный момент.

– Моё имя не важно, важно, что я сын Божий, – ты улыбнулся, даже почти рассмеялся, подбирая камень.

– Если ты сын Божий, так обрати этот камень в хлеб и не мучай себя голодом. 

На мгновение повисла тишина. Подул лёгкий ветерок и через него в голову пришло осознание слов, что ты произнёс.

Мужчина стоящий рядом смотрит на тебя недоуменно, а ты обдумываешь брошенную фразу. 



Jan Florence Vetty

Отредактировано: 14.08.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться