Шаман-2. Родительская любовь

Глава 3. Испорченный мальчишник

Камлать к духам, чтобы помогли рассмотреть проклятия, шаману пришлось прямо в кабинете директора.

— Нормально тут будет? — с тревогой спросил Соколовский.

— Сойдёт, — вполголоса ответил Изга, — мне в городе везде «так себе», а здесь хотя бы серьёзного оборудования нет. Офисная техника не в счет, её можно оставить, а вот телефоны лучше выключить.

Говорил тихо, однако Станислав услышал. С послушностью отличника достал телефон и зажал кнопку питания, чтобы выключить. Соколовский поступил так же. Шаман свой телефон тоже вынул из кармана, но прежде, чем отключить набрал Ирине сообщение в чат.

«Буду поздно, работаю. Не жди меня. Ужинай и спать ложись».

Завтра это сообщение с небольшими поправками придётся повторить. Друзья настояли на полноценном мальчишнике.

«Чтоб со стриптизёршей из торта, — шутил женатый Конт, — нужно достойно проводить холостяцкую жизнь».

Самое обидное, что все его поддержали. У Андрея Соколовского при упоминании женщин глаза горели, как у Чеширского кота. Исчезало всё — улыбка, звук голоса, а задорный блеск глаз оставался.

«Растратишь ты себя, — вздыхал шаман, — когда слишком много, то ни одной нет».

— А я всю жизнь её ищу, — парировал Андрей. — Ищу, чтобы только её любить. Но мне не везёт. С бизнесом прёт, с увлечениями, а там, где действительно нужно — никак».

У Изги руки чесались в его судьбу заглянуть. Азыкгая хотел попросить, когда учитель ещё был жив, но Соколовский сам отказался.

«Не интересно станет жить. Ненавижу, когда за меня решают. Даже если речь о вселенском замысле. Не надо».

Шаман промолчал в ответ. Андрей встречался с женщинами, словно их фотографии в телефоне перелистывал. Не задерживался взглядом на лицах, не запоминал имена. Вихрь красок, карусель образов. Когда-нибудь среди них мелькнёт та самая. Настоящая. Появится, как другие, на краткий миг. Оставалось верить, что Соколовскому этого мига хватит.

— Вы долго будете работать? — спросил над ухом Станислав. — Мне нужно помощницу отпустить?

— До вечера. Отпускайте, — кивнул Изга.

Уже переоделся в костюм из натуральных тканей и по одному вешал на шею шаманские амулеты. Полное облачение с собой никогда в поездки не брал. Медвежья шкура вместе с птичьей маской ждали дома.

Директор выглянул в приёмную, предупредил, что его ни для кого нет, и тихо вернулся обратно.

Чудо ждал. У всех просителей, приходящих к шаманам, и у пациентов больниц перед операцией был одинаковый взгляд. Хмурая сосредоточенность, неустанное внимание к каждому движению врача. Не важно, раскладывает ли он хирургические инструменты или перебирает бусины-черепа.

— Они натуральные?

— Вырезанные из кости, — вместо шамана ответил Андрей. — Начинаем?

— Да, — финальным аккордом Изга взял бубен и вышел на середину кабинета.

Стол для совещаний вместе со стульями уже сдвинули к стене. Свободно стало, но Соколовский всё равно встал так, чтобы не приведи боги, не оказаться на пути у шамана.

— Мне нужно разглядеть метки, — начал объяснять Изга. — Узнаю, как они устроены — смогу снять. Пока вхожу в транс, постарайтесь сидеть молча.

— Не мешать, — с готовностью кивнул Станислав.

Его стул шаман разрешил оставить на прежнем месте, но он сам выкатил его поближе к основному действию. Хороший признак. Рабочий стол — зона комфорта и одновременно дистанция между директором и всеми остальными. Станислав её преодолел. Небольшой аванс доверия есть. Теперь его нужно оправдать.

Изга поднял колотушку и ударил в бубен.             

 

***

 

Глядя на беременный живот мачехи, я почему-то вспоминала Золушку. То семь мешков фасоли мерещились, то руки, перепачканные золой.

— Твою комнату никто не трогал, — щебетала Альбина, неожиданно легко поднимаясь по лестнице. — Всё оставили так, как было, когда ты переехала. Карл сказал, это и твой дом тоже. Я не возражала, естественно. Комнат много, всем хватит.

Последнее должно было прозвучать тонкой иронией, но я не оценила. Не для того Альбина прибрала к рукам строительную империю отца, чтобы с кем-то делиться домом, деньгами, положением. Не нужна я ей здесь ни в каком статусе. «Золушек» среди прислуги хватало. Было кому отделять тёмную фасоль от светлой и чистить камин. Нянька для ребёнка? Смешно. Будущему наследнику наверняка уже подготовили двух или даже трёх гувернанток: педиатров высшей категории, психологов. Отец открывал новый «проект», инвестировал в будущее.

А со старым что делать? Со мной, в смысле?

— Мы ведь подругами были, — с непонятным пока для меня тоном сказала Альбина, остановившись посреди коридора. — Неплохо общались до того, как всё случилось. Почему бы не продолжить? Моё отношение к тебе не изменилось.

— Зато я со своим не могу определиться. Да, до сих пор. Дядя Паша, мой крестный папа, заказал меня киллерам, чтобы твой сын стал наследником, в том числе этого дома. Есть, знаешь ли, отчего поехать крышей.



Дэлия Мор

Отредактировано: 16.06.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться