Шарэттэ

Глава 23

 

Ретроспектива, или новое явление Шарэттэ

 

Шарэттэ была недовольна. 

Она с негодованием матери, поймавшей нерадивого ребенка за реализацией опасных для жизни и здоровья экспериментов, пыталась заставить нас отступить и не совершать задуманное безумство. 

Кристально-прозрачное небо над нами вмиг затянулось мутными и плоскими облаками, превратив окружающее пространство в сумрачный каменный лес, а по песчаному полотну закружились мелкие ветряные смерчи, завлекая в свой невероятный танец красную пыль, царствующую на Шансу.

Артеш мало обращал внимания на произошедшие изменения, он уверенно и целенаправленно шел только ему известным маршрутом, моим ориентиром в пути служила его спина. 

Задерживаться у станции я не стала, во-первых, было страшно, во-вторых, имеющимися в комнате приборами я не умела пользоваться, кроме того жесткий взгляд недодемона мне, собственно, не оставил выбора. 

Продвигались медленно, шаги давались с трудом, ноги ощутимо проваливались, будто, пустынные пески сделались в одно мгновение зыбучими и тяжелопроходимыми. 

Когда я от изнеможения начала спотыкаться буквально о воздух, мой спутник объявил короткий привал.  Расположившись на огромном валуне, заботливо вытолкнутым из недр самой планетой в период далеких тектонических трансформаций, я аккуратно откинулась назад, приникла спиной к шероховатой теплой плоскости и раскинула руки в стороны, зачерпнув пальцами податливые песчинки.  Мысли вяло курсировали в голове, не выдвигая более-менее значимые идеи по спасению меня любимой.  Сознание растеклось внутри аналогичной морской звездой, симулируя полное отсутствие жизни в теле. 

-  Осталось немного.  За теми скалами слева будет узкое ущелье - нам туда,  -  через непродолжительное время откуда-то сбоку прозвучал голос Артеша,  -  вообще, эта станция самая близкая к нужному месту, но из-за разыгравшейся непогоды идем мы недостаточно быстро.

Сообщать мужчине, что в непогоде виноват он сам и его нелепая цель, я не стала.  Сам поймет, наверное. 

-  Хорошо,  - как можно равнодушнее ответила я. 

-  Поднимайся, нам пора. 

У, деспот!  Перекатившись на бок, я опустила ступни в постылый песок.  Диск Шэтта, еле видимый сквозь дымчатый небесный атлас, практически приблизился к горизонту, за которым в скором будущем намеревался скрыться совсем.  Ещё два-три часа и день уступит свои права в этой части мира. 

В этот момент в голову скользнула мысль, а имеется ли шанс, что Шран в обед решит прийти домой и обнаружит мое исчезновение?  Старательно сгенерировав желание возвратиться домой, я, сотворив из частички своей души белоснежного голубя, отправила его с данным посланием прямо в сердце моего демона.  Надеюсь, сработает…

Разлом, упомянутый Артешем, появился внезапно.  «Мальчик, который выжил», ставший популярным с изданием саги о юных волшебниках, удивился бы такому зрелищу.  Знакомо изогнутая молния острыми краями указывала на разные стороны света, она неравномерно расширялась к центру, извиваясь угловатой змеей, и именно в этом месте достаточно глубоко западала вниз.  При виде расщелины у меня возникло ощущение, что некое космическое чудовище, цепляясь за убегающую от нее планету, впилось когтем в этот участок земли, но удержаться не смогло, слетев на повороте со строптивого шара.

-  Нам необходимо спуститься,  - неожиданно раздалось за спиной.  Обернувшись к Шону, молчавшему с привала, я заметила, как он подошел к грани, разделяющей горизонтальную плоскость от той, что уходила вертикально к сердцевине мира, и заглянул в черную пропасть.  Не знаю, что или кого он там ожидал увидеть, но разочарование недодемона ясно дало понять, что его пожелание не исполнилось.

Спуск к самому низу был относительно недолог. ТрОпы кривой, а кое-где и оборванной лентой петляли по стенам разлома.  Иногда появлялись некие «балкончики», на которых мы останавливались и переводили дух. 

С каждым шагом мне становилось все страшнее, возвышавшиеся преграды начинали давить: они закрывали собой все, сгущали воздух, не давали должного для сознания простора, отчего возникла непреодолимая жажда запаниковать, а лучше - развернуться и убежать.  Однако скрыться я не могла, так как банально шла перед Артешем. 

Интересно, что когда мы достигли дна, в его центр ударил один из последних косых лучей уходящего на покой Шэтта.  Облачная пелена стала стремительно скручиваться в воздушные рулоны, просветляя небо, а ветряные юлы сюда не проникали, да и под нами - сплошь каменное крошево, а не извечный для пустыни легкий мелкий песок. 

Казалось, Шарэттэ, наконец, смирилась с присутствием проблемного сына на этой территории и с его, несомненно, бредовым замыслом вернуть то, что возвращению не подлежит.

-  Она умерла здесь,  -  тихо произнес Артеш,  -  моя Шаями….

Я обошла мужчину, что прошел вперед и теперь стоял около груды камней, хаотично разбросанных вдоль стены.  На его лице отсутствовали даже оттенки каких-либо эмоций.  Маска.  С разрезами глаз и рта, резкими выступами скул, выделяющейся горбинкой носа.  Глаза остекленели, скрывая живые отблески внутреннего пламени, но взор его был направлен в одну точку на камнях.



Лидия Бова

Отредактировано: 30.10.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться