Шепот Эдельвейса

Размер шрифта: - +

Глава девятая. Секрет Аннабель

Бургомистр жил рядом с Драконьей скалой, в старом замке с высокими башнями. 

— Конечно, этот замок мне не принадлежит, — заметил господин Гольд, когда указал Лине и Гвен на свое пристанище из окна экипажа. — Владелец любезно предоставил мне его в аренду. Сейчас он находится в Рейале и, боюсь, вернется сюда нескоро.

— А вы часто путешествуете? — поинтересовалась Гвен.

Гольд развел руками.

— Увы, я не могу покидать остров. Жизнь здесь течет медленно, без приключений, однако следить за порядком все же нужно.

Карета скоро выехала на подъездную дорожку к замку, прокатила меж ухоженных цветочных клумб и остановилась у парадного входа. 

Реджинальд Гольд помог Гвен и Лине выбраться из экипажа и сказал:

— Я не держу большой штат прислуги. Надеюсь, вас это не смутит.

— Разумеется, нет, — заверила его Гвен.

С первого взгляда на дом бургомистра стало понятно, что Гольд, несмотря на свой статус, не купался в золоте. Замок отчаянно нуждался в ремонте, внешнем и внутреннем. Парадный холл, с серыми обшарпанными стенами и заросшим паутиной потолком, выглядел совсем неприветливо. Коридор второго этажа, куда девушки поднялись вслед за хозяином, выглядел чуть получше, но бедная обстановка все же бросалась в глаза. 

— Могу ли я предложить вам что-нибудь? — спросил бургомистр, когда они оказались в гостиной. — Чаю?

— Если это возможно, я хотела бы сразу увидеть комнату, где жили мои родители, — выпалила Лина. Голос ее дрожал, и бургомистр понимающе улыбнулся. 

— Разумеется.

Вновь охваченная волнением, Лина вдруг почувствовала, как Гвен сжала ее руку, и благодарно улыбнулась подруге.

Они вновь вышли в холл и направились вслед за хозяином. Бургомистр остановился перед последней дверью в длинном коридоре и положил ладонь на позолоченную ручку.

— Здесь жили лорд и леди Вестфилд, когда я имел честь принимать их. Прошу, мисс Вестфилд.

Дверь распахнулась, и Лина на мгновенье зажмурилась от яркого солнечного света. Комната была довольно просторной, с огромными окнами и светлой мебелью, и, вместе с тем, она казалась пустынной и заброшенной. Лина шагнула вперед, потерянно оглядываясь по сторонам. Чувство острого одиночества, которое охватывало ее всякий раз после очередного отъезда родителей, сковало ее сердце вновь.

— Вам, вероятно, потребуется время, чтобы осмотреться, — предположил бургомистр. Лина рассеянно кивнула, и он с улыбкой повернулся к Гвен. — Мисс Дейл, позвольте предложить вам чашку чая.

— С удовольствием, господин Гольд.

В комнате воцарилась тишина. Лина с запозданием осознала, что за ее спиной давно закрылась дверь, и Гвен с бургомистром ушли. Она все еще осматривалась, и ее мысли путались от волнения. Значит, они были здесь, прежде чем бесследно исчезнуть. Интересно, они бы обрадовались, если бы узнали, что их дочь разыскивает их? Или были бы разочарованы из-за того, что она приступила к поискам так поздно?

Помедлив, Лина приблизилась к туалетному столику с зеркалом в красивой резной раме. Бургомистр сказал, что в комнате ничего не трогали после отъезда ее родителей, и Лина смутно надеялась увидеть что-нибудь, возможно, брошку или шпильку для волос, которую Аннабель могла забыть. Однако на туалетном столике ничего не было. И на письменном столе не оказалось ни единого намека на то, что Брайан и Аннабель были здесь. Лина медленно прошлась по комнате и наконец присела на кровати. На прикроватной тумбочке стоял небольшой деревянный ларец, очевидно, о нем и говорил бургомистр, когда сообщил, что родители оставили что-то для нее.

Лина устроила ларец на коленях и коснулась резьбы на крышке. Символ рода Вестфилдов — распустившаяся роза — был изображен здесь. На мгновенье девушка испытала странное сожаление. Род, о котором все давно забыли. В конце концов, разве преданность ее матери была вознаграждена? Лучше бы ее семья не имела никакого отношения к магическим орденам. Пусть она сама не была бы волшебницей. Ей бы не пришлось расстаться с родителями, не пришлось бы нести ответственность за печать на страшном портале. Другая дорога привела бы ее к Рэю. И сейчас у нее не было бы этого тягостного ощущения, будто она, как глупый котенок у камина, безмятежно проспала суматоху и не поняла, что ее дом горит.

Лина нажала на изящную защелку и открыла ларец. Сверху хранились бумаги, пожелтевшие от времени, и свитки, перехваченные лентами. Девушка стала перебирать документы и поняла, что в основном это были записи о расходах. Странно, что ее мать решила оставить ей старые счета. Свитки оказались интереснее, однако недоумение Лины лишь возросло. Пробежав глазами первый свиток, она поняла, что читает легенду о четырех драконах. К чему бы это?

Под бумагами на дне ларца, хранилась маленькая узкая шкатулка из черного дерева, которую Лина осмотрела со всех сторон, но не смогла открыть.

Когда она вертела в руках эту замысловатую вещицу, раздался негромкий стук в дверь, и горничная в сопровождении старого слуги вошла в комнату. В руках девушка держала поднос с чайником, чашкой и вазочкой с печеньем. Слуга нес саквояж Лины, который она забыла забрать из экипажа.

— Благодарю, — сказала Лина, поднимаясь. Горничная улыбнулась и поклонилась в ответ, слуга же не показал, что услышал ее.

Они покинули комнату, и Лина, вновь оказавшаяся в одиночестве, потерла виски, попыталась отогнать надвигающуюся мигрень. Чай, который ей принесли, сильно горчил. Лина не особо любила травяные чаи, поэтому осилила лишь половину чашки.

Комната, между тем, погрузилась в полумрак. Когда Лина осознала это, она приблизилась к окну, и увидела, что темные тучи заволокли небо. Прекрасная погода этого южного порта оказалась обманчивой; теперь на остров стремительно надвигался шторм, и тревога в сердце Лины только усиливалась. Девушка не услышала, как вновь открылась дверь, и вздрогнула, когда голос бургомистра зазвучал рядом с ней:



Фрейлейн Кросс

Отредактировано: 16.06.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться