Шёпот ветра

Глава 1.4.

- Пропустите! Разрешите! – то и дело выкрикивала я, пробивая путь к выходу. Паника, что необузданным смерчем бушевала внутри, только подстрекала двигаться дальше.

Не важно куда, лишь бы подальше от него.

Ориентироваться в толпе было трудно. В голове творился полный сумбур, а перед глазами всё еще маячил солист «Меридианов», зависший у края сцены. На какой-то безумный миг я действительно поверила, что Краснов прыгнет: слишком уж взгляд у него был решительным.

Имя её – любовь, крылья её – мрак,

Щелкнет курок у виска: «Что поверил, дурак?»

«Я не сбегаю. Мне просто нужно срочно уйти!» - говорят, самовнушение отличная штука. Так вот, со мной оно не работало. Мне никак не удавалось отделаться от ощущения измены. Будто сбегая сейчас, я опять повторяла прошлую ошибку.

Опять предавала Пашу...

- Стой! – Боль, вспыхнувшая в запястье, заставила обернуться.

- Краснов, я все конечно понимаю, но это уже...

Вместо Пашки, который по всем законам подлости должен был стоять напротив, я внезапно наткнулась на Стаса Сереброва. Девятого – по Лизкиной терминологии. Царька всея альма-матер – по моей, эксклюзивной. Золотого мальчика, для которого в жизни главное куда бы спустить папины денюшки и кого бы уложить в кроватку. Ну и как бы мячик половчее в корзину забросить. Последнее, кстати, не метафора. Венценосный, который по-прежнему удерживал меня за запястье и тупо ухмылялся в лицо, носил гордое звание капитана нашей университетской команды по баскетболу.

Тьфу ты! Ни дать ни взять кошмар во плоти.

- Отпустил! – пытаясь перекричать музыку, потребовала я у парня. «Меридианы» завершили выступление и дидижей принялся по новой развлекать толпу.

- А ты красивая! – продолжая тупо скалиться, похвалил меня царек.

- Отпустил! – я со всей силы рванула руку из захвата, но вместо того, чтобы оказаться на свободе, меня почему-то вжало в мажоришку.

- Люблю красивых.- Своего я все-таки добилась: запястье Серебров отпустил. – Очень, - его ладони собственнически огладили мою спину, вызывая гадливое отвращение.

- Ты что, больной?! –упершись руками в твердую грудь парня, я запрокинула голову и заглянула в пьяные глаза. – Или обдолбанный? – сделала вполне обоснованное предположение. – Отпусти меня, придурок!

Терпеть не могу когда нарушают мое личное пространство. Особенно такие заносчивые типы, как Серебров.

- Ммм...дерзкая, - мажоришка склонился ко мне, обдавая перегаром.

- Дай угадаю, любишь дерзких? – едко спросила я, раздумывая, куда в первую очередь ударить.

Видимо, царек решил доказать на деле свою любовь к дерзким, потому как в следующий миг в мою щеку впечатались слюнявым поцелуем.

Гадость! И что только Кузнецова нашла в этом типе?

Раздумывать, куда бить, больше не приходилось. Отлаженным движением – издержки профессии – я заехала мажорешке коленкой по самому ценному. К сожалению, в роли ценного выступали далеко не мозги, и даже не печень...

- Сука неадекватная! – бросили обиженное мне в спину.

«Это я-то неадекватная?!» - мысленно возмутилась я, поспешив в сторону туалетов – хотелось поскорее смыть с себя ДНК Сереброва.

Надо ли говорить, что до уборной я так и не дошла? Вселенная сегодня мне благоволила не иначе. Я успела миновать несколько коридорчиков, окончательно потеряться, и понять, почему клуб назвали «Ад». Помните про девять кругов у Данте? Так вот, я по ним как раз блуждала, когда мое запястье вновь оказалось в захвате...

Прохладное, невесомое касание. Такое бережное, что внутри все скручивало от боли. Лучше бы он прикасался ко мне как Серебров: грубо, бездушно, как к очередной пустоголовой кукле, которая не в состоянии что-то чувствовать.

Я-то знала.

Я сама стала такой куклой...

А он стал звездой.

Кто-то исполнял свои мечты, а кто-то хоронил.

- Привет, Кэти.

«Даже если тебе хочется сдохнуть, ты должна улыбаться!» - промелькнула в мыслях одна из любимых фраз «работодателя».

- Привет, Паш. - Спокойный голос, очаровательная улыбка и только глаза, что с жадностью оглядывали каждую черточку его лица, могли меня выдать. – Как жизнь? – я улыбнулась еще шире и, высвободив запястье из захвата, отступила на шаг, продолжая сохранять маску добродушной вежливости. Хотя внутри всё разрывало от эмоций.

Пашка нахмурился: меж черных бровей пролегла морщинка, а в серых глазах отразилось непонимание.

- Отличное выступление, кстати, - внутри еще тлела надежда, что Краснов отомрет и перестанет смотреть на меня, как на инопланетного гуманоида.

- Серьезно? - все-таки Пашка был умным парнем и не подвел. Правда, лучше бы он молчал...

- Мы не виделись три года, Сватова, а ты хочешь узнать «как жизнь»? - черная бровь иронично взлетела вверх, а моя маска упала вниз, разбиваясь о его слова.

- Вообще-то нормальные люди так и делают, Краснов! – раз уж учтивой беседы не намечалось, я решила рубить с плеча. В конце концов, этот парень был моим лучшим другом на протяжении десяти лет... - Извини, успела запамятовать, что ты у нас ненормальный! И хватит так лыбиться – раздражает! – сейчас на меня смотрели, как на забавную зверушку, бессовестно демонстрируя обаятельные ямочки на щеках.

- Ну вот, теперь ты меня оскорбляешь! – тоном отнюдь не оскобленного человека возмутился Краснов.

И почему он не может вести себя, как среднестатистический человек? Нужно всего-то притворяться и отвечать на вопросы «хорошо» и «нормально». Так нет же...

Собственно это-то я и собиралась высказать в лицо музыканту – наш диалог и так вышел за рамки адекватности — как поблизости раздалось два незнакомых девичьих голоса:

- Ты точно уверенна, что это был он? – с сомнением спросила первая. – В тот раз ты тоже...

- Достала уже! - возмутилась вторая. – Как его можно с кем-то спутать?! Метр восемьдесят пять, отпадная фигура, темные непокорные волосы и эти глаза цвета грозового неба ...

- Со-вер-шен-ство! – в один голос вздохнули девицы.



Ольга Заушицына

Отредактировано: 06.09.2021

Добавить в библиотеку


Пожаловаться