Шёпот ветра

Размер шрифта: - +

Глава 5.1.

В понедельник на пары я шла злая, сонная и хромая. Опять какой-то мажор решил, что ему всё можно и отчаянно пытался стащить меня за ногу с тумбы. Через решетку. Ага…

Когда до желанной аудитории оставалось преодолеть всего ничего для обычного человека и бесконечную пропасть для больной меня, случилось страшное: я упала. Не сама, конечно. Мне помогли: здорово так толкнув в бок и умчавшись в неизвестном направлении.  Покалеченную и без того ногу обдало жгучей болью и стены родного журфака могли в полной мере оценить яркие примеры обсценной лексики в моем исполнении.

Но самое страшное случилось минутой позднее:

- Сватова, ты в порядке? – послышался где-то над головой голос Николая Сергеевича – нашего физрука.

- Ну…- оглянулась на звук и обомлела: физрук стоял не один, а в компании моего кошмара прошлой недели, а может, и всей жизни – Стаса Сереброва.

«Закончились видать его соревнования».

- Вижу, что не в порядке, - констатировал Николай Сергеевич, поняв, что вставать я не собираюсь. Он ведь не знал, что у меня от ясного лика царька ноги отняло. – Что болит? Голеностоп? – мужчина указал на увеченную конечность, на которой лежала моя рука.

«Что он тут вообще делает? Он ведь на юридическом должен быть!» -- язык похоже тоже отняло, я тупо продолжала разлеживаться на полу, в ногах Сереброва. И мажоришке, по ходу, это нравилось. Потому как иначе объяснить ехидную улыбочку?

- Понятно, - продолжал разговаривать сам с собой физрук. – Так, сейчас мы… - мужчина заозирался, как бы прикидывая, куда меня такую неподъемную деть и неожиданно нашел решение: - О, Серебров! Я не понял, ты чего тут стоишь, ворон считаешь? Быстро взял девушку на руки и в медпункт! Тоже мне «парень»! – последнее было сказано с подтекстом на наши «отношения», о которых мажоришка, судя по насмешливому взгляду, даже не подозревал.

Далее мы с физруком могли наблюдать удивительное событие: снисхождение царька к народу.

- Давай руку, – склонился надо мной его монаршество, проделав такой же жест со своей стороны.

 Вместо ухмылки, которая так бесила, губы Сереброва сжались в тонкую полоску, а зеленые глаза из насмешливых сделались серьезными и невозмутимыми. Прямо терминатор, честное слово!

Руку стало жалко.

Поэтому я продолжала отыгрывать роль безропотной амебы, валяясь на полу.

- Походу она и головой ударилась, – сделал вполне логичное предположение мажоришка, но я все равно обиделась.

- Может, и ударилась, - пожал плечами Николай Сергеевич, поглядывая на часы. В этот момент прозвенел звонок с пары. – Так, Серебров, я уже опаздываю. Команде передашь, что тренировка завтра, как обычно. Я на замене пока Юрий Михайлович не оклемается. Девушку, - кивнули на меня, - в медпункт. И что ты мнешься, как школьник? Взял на руки и понес!

И всё. Ушел.

А мы остались. Мы и толпы любопытных студентов, которые постепенно наполняли коридор, покидая аудитории.

«Надо бежать», - мелькнула в голове гениальная мысль, но было поздно: я взлетела.

- Уф, - скривился мажоришка, лапая меня своими ручонками. Впрочем, он не растерялся и тут же предложил полапать его в ответ: – Чего смотришь? За плечи возьмись! Неудобно.

«Тоже мне, ценитель комфорта», - я демонстративно сложила руки на груди.  Идти куда-либо с Серебровым я не собиралась, поэтому тактично потребовала:

- Поставь меня на место! Сама дойду!

- Оп-па, контуженные заговорили, - непонятно чему обрадовался парень, прижимая меня к себе теснее. – Успокойся, девочка, и не мешай мне тебя спасать.

Я так и уставилась на царька в немом шоке. А он, как ни в чем не бывало, рассекал со мной на руках, ловко лавируя в потоке студентов. При этом еще и обольстительные улыбочки посылал направо и налево.

«Спасатель Малибу, твою мать!»

- Серьезно, отпусти. Нога почти не болит, - чуть ли не по слогам произнесла я.

- Чтобы Сергеевич меня потом задалбывал? – хмыкнул парень, попутно подмигнув стайке первокурсниц. – Нет уж, сиди смирно и не порть мне репутацию, девочка.

- И кто из нас контуженный интересно?  – речи Сереброва наводили на мысль о глубокой травме головы. И если у него её не было, то я могла с радостью исправить сей факт.

- Хочешь, чтобы отпустил? – зеленые глаза опасно блеснули, и мы резко остановились, аккурат посреди лестничного пролета.

- Хочу! – нетерпеливо ответила я, ощущая на себе чужое внимание.

Казалось, наше с Серебровым шествие не заметил только слепой. Мне отчаянно хотелось провалиться сквозь землю или забиться в какой-то темный уголок, чтобы не видеть этих понимающих взглядов и не слышать восхищенные шепотки. Царек же, в своей обычной манере, никого и ничего не замечал, наслаждаясь минутой славы. В общем, неплохо ему было в неведенье, но я-то все знала. И четко понимала, чем наш марш-бросок  может обернуться…

«Ну уж нет! Мне предыдущей недели по горло хватило!»

- Хорошо, расскажешь потом.

- О чем расскажу? – не совсем поняла сути просьбы мажоришки.

«О том, как в медпункт сходила, что ли? Неужели, так о моем здоровье печется?»

Но восхищалась чуткостью Сереброва я недолго:

- Как оно, об бетонный пол ударяться, - хмыкнул этот недокоронованный, разжимая руки.

- Совсем больной?! – инстинкт выживания творил чудеса: я опомниться не успела, как стальной хваткой вцепилась в широкие плечи.

- Так-то лучше, - довольно заулыбался Серебров, продолжая свой героический поход.

 - Ты меня едва не уронил! – от всей души ударила парня по крепкому плечу.



Ольга Заушицына

Отредактировано: 22.10.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться