Шепот во тьме

ГЛАВА 2. Избавиться от всего.

Every day is like the previous day
Каждый день похож на предыдущий
All the seconds seem to me the same
Все секунды мне кажутся похожими
Is it happening in point of fact?
Это происходит на самом деле?
Or is this the hell, that I’d to create?
Или это ад, который я должен был создать?

I wanna wake!
Я хочу проснуться!
I wanna wake from all, that chains me.
Я хочу избавиться от всего, что сковывает меня.
I wanna wake!
Я хочу проснуться!
I wanna wake from all!
Я хочу освободиться от всего!

~песня " Wake" ("Избавиться")~ группа TRITIA☆


Прекрасная майская ночь сияла миллиардами звёзд, пахла дурманом и теплым ветром; шелест листвы деревьев и высокой травы походил на колдовской шепот. Пустынный перекрёсток в паре километров от города в это время суток зиял пустотой, но не сегодня. Не в Ночь Полной Луны. 
Этой ночью на перекрёстке творился кровавый ритуал. 
Три темные фигуры смертельно бледных женщин, чьи лица скрывали черные капюшоны, стояли рядом с точно высчитанным центром перекрестка, образуя ровный треугольник и вытянув вперед правые руки. Ведьмы удерживали заклинаниями трех пленников так, что те не могли пошевелить ни единым мускулом, не могли даже потерять сознание от охватившего их ужаса. Жертвы, трое мужчин, тоже стояли ровным треугольником вокруг небольшой рукотворной ямки в самом центре перекрестка. 
Вскоре, педантично следя за временем,  из тени выступил седьмой - и самый главный - участник ритуала. Семь - самое мощное магическое число. 
Этот седьмой на вид казался всего лишь обычным высоким молодым человеком, но мёртвенно-равнодушное лицо, хищный оскал и ставшие рубиново-алыми глаза выдавали в нем совершенно иное существо. Демона. 
Жертвы задохнулись бы от страха, если бы не заклинание. Все они были холоднокровными грешниками, не верящими ни во что, кроме удовлетворения собственного эгоизма, и все они в этот миг вспомнили о Боге. 
Александр по-звериному принюхался и удовлетворенно улыбнулся, облизнув чуть пересохшие губы. 
- Ммм... Как аппетитно пахнет страхом. - В кроваво-красных глазах заревом пожара вспыхнул алчный дьявольский огонь. 
Демон обвел взглядом трепещущих жертв, лениво размышляя о них в их последние минуты. Первый - лысеющий коррумпированный чиновник средних лет, с отвисшим брюшком и маленькими глазками-бусинками. Он - словно неприглядная карикатура на местную власть, ненасытный вор, пресмыкающиеся перед начальством, жалкий и жестокий паразит, балующийся педофилией. Второй - молодой человек, даже юноша, за плечами которого уже несколько убийств, ни одно из которых не повлекло за собой надлежащего наказания до сих пор. Таких называют "золотыми мальчиками": бесхребетный агрессивный нахлебник, привыкший к безнаказанности и вседозволенности за счёт родительского кошелька и связей. А третий - преуспевающий "бизнесмен", удачливый мошенник, без каких-либо угрызений совести "зарабатывающий" на сектах и сборах "для больных детей". У всех троих были разные судьбы, но их объединяло одно: они были мерзавцами,  упоенно передающимися греху гордыни. Такому вкусному греху, подвластному Александру. 
Наконец пришло время. Сверкнул кинжал, которым демон с хирургической аккуратностью вскрыл вену первой жертве. А затем достал кисточку и, обмакнув её в кровь, нарисовал на большой глиняной чаше какой-то замысловатый символ. То же самое повторилось с двумя другими жертвами, после чего их порезы затянулись прямо на глазах, а демон отбросил кинжал и кисть. Подняв чашу над головой так, чтобы в неё падал свет полной луны, демон начал читать длинное заклинание на латыни, а когда закончил, ведьмы синхронно вытянули свободные руки в сторону чаши, и с их ладоней непрерывным потоком полилось пламя, разгоняющее кромешный мрак. 
Пламя не опалило расписанную кровью чашу, а будто впиталось в неё; когда его поток прекратился, кровавые символы на чаше вдруг вспыхнули, словно налитые лавой. 
Демон, снова взглянув на жертв, произнес традиционную для демонов гордыни фразу-формулу: 
- Sic transit gloria mundi*.
В этот же миг тела жертв выгнулись под неестественным углом, раздался громкий хруст, и три ещё бьющиеся сердца полетели прямо в чашу. Равнодушно ступая по залитой кровью земле, демон опустил чашу в ямку и собственноручное её зарыл. Ритуал был завершён. 
Ощущая едва контролируемую темную мощь, Александр подобрал свой кинжал, вложил его в красивые инкрустированные драгоценными камнями ножны и уходя бросил ведьмам: 
- Приберитесь тут.
Конечно, они повиновались, ведь они - его верные слуги. Приобретённые ведьмы по мнению Александра были даже более жалкими существами, чем большая часть людей, но вместе с тем чрезвычайно полезными. Потому что приобретенная ведьма - своего рода аккумулятор тёмных сил для демона, который наделил её даром, ведь он может пользоваться силами этой ведьмы в любой момент, особенно если собственный резерв вдруг окажется опустошенным. И, что не менее приятно,  такая ведьма не может ослушаться ни единого приказа "своего" демона, иначе умрет на месте.
Александр презирал приобретённых ведьм за то, что те обрекали себя на рабское существование длиной в человеческую жизнь и вечные муки в аду, поведясь на простые уловки вроде обещания раскрытия всех тайн колдовства, ведовское могущество, возвышающее над остальными, и кучу более или менее мелких мотивов. 
Разумеется, соглашаясь на это, ведьмы редко когда знали все условия соглашения, и почти никогда не подписывались в адекватном состоянии, но тем не менее, они всегда понимали, с кем именно заключают сделку. 
Александр самодовольно ухмыльнулся: считалось, что низший демон может одарить силой лишь одну ведьму, но он, соблюдая и творчески дополняя все магические ритуалы, привязанные к лунному циклу, держал под контролем пятерых ведьм, и сам стал одним из самых могущественных демонов на земле, несмотря на относительную молодость. 
Глупость людей давно уже воспринималась им как нечто само собой разумеющееся, а вот глупость демонов - особенно тех, которые старше его самого на сотни лет - удивляла до сих пор. Александр пока ни разу не встретил демона, который так же, как он в своё время, открыл бы секрет могущества в древнейших лунных ритуалах, и презрительно фыркал, когда собратья по виду всеми способами пытались найти источник его силы. Конечно, встречались и серьёзные враги, так же, как он, желающие заполучить верховенство над самым сильными и многочисленным демонским кланом, однако все они рано или поздно оказывались повержеными. 
Запнувшись на этой мысли, Александр тонко и холодно улыбнулся. Н-да, не зря именно гордыня - подвластный ему грех.
Задумавшись об этом, невольно обратился к прошлому. К своему человеческому прошлому. 



Анастасия Акулова

Отредактировано: 26.03.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться