Шерше ля фам

Размер шрифта: - +

14. Залог хорошего результата – качественная организация.

 

Следующая задача логично вытекала из случившегося. Всю толпу стоило сразу разделить на воинов, лучников, вернее метальщиков, и носильщиков. Объяснение с замами прошло легко. Те, как бывалые вояки, сразу поняли замысел своего командира.

Кроме этого Мика приказал сдать на базу не только дубинки, но и мешочки с сонным порошком. Слишком расточительно было давать неучам расходовать его по пустякам.

Оставив замов выполнять задуманное, Мика, взяв парочку шустрых нубов, пошел добывать тару для гранат.

Еще вися на лианах, прежде чем окончательно свалиться вниз, Мика приметил крупные цветы билдониуса.

Не заметить их было невозможно. Красивые ярко-красные цветы, в полметра диаметром, легко выделялись в пестром ковре местной растительности. Билдониус любил воду и рос непосредственно на мелководье. Семена созревали в коробочке, которая могла вырасти и до метра в диаметре. После созревания коробочка с семенами падала в воду и плыла, пока не размокала полностью, теряя по пути свои набухшие от воды семена. Таков был жизненный цикл цветка.

Мика же рассчитывал коробочки, метрового диаметра, приспособить под корзины для плодов брурки.

Приказав подчиненным держаться строго позади себя, Мика, осторожно раздвигая траву, пошел в сторону ярко-красных цветов. Осторожность не была излишней, почему-то в эту сторону скопление флоксов заметно увеличивалось.

«Может уже жрут кого-то?»

Настороженно рассматривая пестрых обитателей местной флоры, Мика усиленно припоминал, какую еще нечисть растительного происхождения он может здесь встретить? Каньон они почему-то особенно сильно любили.

«Мурказы, дирбенки, - в голове вспыхивали описания по мере вспоминания местных растительных монстров. - Плевалки!» - резко вспомнил он, различив в густой траве характерные белые зигзаги.

«Вот же гадость!» - невольно скривился Мика.

Урбина была его самым нелюбимым растительным монстром, а все потому, что у нее был отвратительный способ убийства. Урбина была безобидна, пока цвела. Страшны были ее созревшие плоды.

Крупный, размером с хороший арбуз, плод напоминал собой кувшин с толстым пузом и узким горлышком. По сине-зеленой поверхности плода змеились характерные белые узоры, которые знающие замечали издалека. Белые узоры появлялись, когда плод созревал окончательно и был готов распространять свои семена. И если семенам билдониуса хватало для размножения всего лишь воды, то семенам урбины требовалась плоть. И способ ее добычи был крайне мерзким.

Урбина сканировала окружающее пространство и, когда движущаяся жертва оказывалась на расстоянии не более трех метров, делала залп из горлышка плода. Слизь вместе с семенами попадала на тело будущего субстрата. Токсин парализовал жертву в течение нескольких секунд. Слизь прорастала внутрь, образовывая корневую систему и давая жизнь семенам.

Вот только жертва не умирала мгновенно. Жизнь могла теплиться еще очень и очень долго. Урбине, для зарождения нового жизненного цикла, требовалась температура значительно выше той, что была в почве, вот она и создавала ее за счет поддержания жизни своего субстрата.

В Сиге хватало невезучих игроков, испытавших на себе всю прелесть урбины. Игрок мог уйти на респ, только если он окончательно умер. Но если ты парализован и добить тебя некому, то процесс становился мучительно долгим.

Конечно, если есть, кого позвать на помощь, то все отлично. Но в игре было и много одиночек, без привязок к внутрикомандным чатам. А ради чужака мало кто попрется в неведомую и опасную даль. Так что, кроме сочувствия от одних и стеба от других, такие страдальцы в общем чате больше ничего не получали.

А админы редко вмешивались, чтобы не нарушать естественный ход событий. Игроку ничего не оставалось, как только тупо ждать. При этом предлагалось на выбор два вида вынужденного отдыха.

Первый: это когда ты маешься в своей парализованной тушке со всеми вытекающими отсюда душераздирающими ощущениями.

Второй: игрок мог сделать выбор - уйти добровольно в лимб.

А лимб был серым ничто, куда попадали все игроки между перерождениями. Единственное, чем подстраховалась администрация игры, чтобы у игроков, зависших в лимбе, не поехали шарики за ролики, это ввела доступ к учебным программам. Нечем себя занять? Да, пожалуйста! Качайся, сколько влезет.

Вот только зависать в лимбе и качаться, от нечего делать, никто не любил.

Мика резко остановился и вскинул руку, призывая к осторожности.

«Теперь понятно, почему флоксы на одном пятачке собрались», - мрачно сделал он вывод.

Три флокса, стоявших рядом, и еще двое, спешащих туда же, четко показывали место, где лежала жертва урбины. Выяснять, кто эта жертва, Мика не рискнул. Хотя не сомневался, что это был очередной неудачливый нуб.

«Прости, брат, помочь ничем не могу, - наличие совести, несмотря на толстую шкуру, наросшую за многолетнюю игровую практику, заставило все-таки мысленно попросить прощение у страдальца. – Хотя, крепись, флоксы долго тебе страдать не дадут», - вовремя вспомнил Мика метод убийства флоксами.

В отличие от урбины, флоксы питались плотью, поэтому жертвы долго не мучились, зато долго переваривались. Но это была уже другая история.

Обойдя по широкой дуге опасный участок, Мика двинулся дальше.

Улов оказался что надо. Билдониус порадовал двумя огромными коробочками, почти метровой ширины, плюс еще одиннадцать, в два раза поменьше.

А вот отделение коробочек от стебля и их очистка оказалась той еще проблемой. Дубинка в этом деле была еще тем аховым помощником. Пришлось искать камень с заостренной гранью. Но и это оказалось головной болью. Камни в основном были галечного типа.

Мика начинал уже закипать, когда один из помощников взвизгнул. Мгновенная реакция, ну, почти мгновенная реакция, и Мика был рядом. Но это был всего лишь фтул. Безобидное растение, но с очень острыми и длинными шипами. Тоже частенько использовался в ратном деле местными племенами. Из шипов фтула делались наконечники для копий. Трехгранный шип со временем приобретал прочность камня.



Ник и Нита Тьен

Отредактировано: 03.10.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться