Шестнадцать ножевых ударов в сердце.

Размер шрифта: - +

Глава 17.

Нескончаемые визги матери заставляли ее раздражаться все больше и больше. Нэнси с усилием сжала свои пальцы, пытаясь выдержать любые нападки. 

- Как ты могла! Я оплатила тебе все лечение, а оно очень дорогое! Ты такая неблагодарная! Не умеешь ценить то, что я делаю для тебя!

- Меня там избили - я не могла остаться, - прошипела она, ненавидящим взглядом окинув обоих. Людвиг вел машину, Ирэн вопила на вес салон. 

Кажется, мать только сейчас заметила состояние дочери, но ничего не произнесла. Это остудило ее на время. 

Нэнси уже отстегивала ремень, когда вдали показался ее дом, как машина мгновенно проехала это место. 

- Куда мы едем? В клинику? Нет! - девушка попыталась открыть дверь от страха, но она была заблокирована. 

- Немедленно успокойся. Мистер Людвиг любезно предложил мне пожить у него. 

- Ирэн, ты думаешь, это безопасно вести ее туда? - тихо вставил мужчина, с неловкостью глядя на Нэнси через зеркало. 

- О чем он говорит? - обратилась девушка к матери. 

Но ей никто ничего не ответил. Сотня загадок окружала ее, однако никто не спешил раскрыть их секрет. Нэнси поклялась, что узнает обо всем как можно скорее. 

Дом Людвига можно было узнать сразу же. Такой же противный, громоздкий, как и сам его хозяин. С омерзением окинув желтые стены, Нэнси понесла сумку с одеждой, исподлобья наблюдая за всем. Ее тело порой трясло от бессилия, но она упрямо продолжала держаться на ногах.

- Так, ты ляжешь в гостиной, поскольку у меня здесь одна спальня, гостевой нет, - начал командовать Людвиг, с трудом передвигаясь по комнате от своей толстоты. 

- А Ирэн куда ляжет? - она продолжала глядеть на него с высокомерием, словно предчувствуя заранее от мужчины какую-либо гадость. Он что-то прокряхтел, убираясь прочь из комнаты. Нэнси даже и не заметила, как перестала называть ее матерью, казалось, что связь была окончательно потеряна. 

Женщина осторожно присела напротив своей дочери, с интересом разглядывая ее синяки. 

- Я не могу позволить тебе разгуливать по городу с таким лицом, - монотонно отвечает она, потирая свои виски, будто бы только она устала от всего этого. 

- А как же твоя святая учеба? - выплевывает она в ответ. 

- Подождем до того момента, когда уже можно будет скрыть все это косметикой. - Пожала она плечами, разыскивая Людвига.

- Даже не желаешь узнать того, кто это сделал?

Мать все проигнорировала, так же покидая комнату. Через пару минут явился Людвиг с пастельным бельем противного зеленого цвета. Ей некуда было деваться, отчего Нэнси подчинилась. 

Когда же время уже шло к полночи, она постоянно ворочалась на месте, представляя то, как мать лежит сейчас в одной постели с этим толстяком, который отрастил противную козью бородку. Ей хотелось вырвать ее руками, чтобы тот не чувствовал себя столь счастливым, когда шел с Ирэн в свою спальню. 

"Не долго же тебя хватило на верность отцу, мамочка, - злится Нэнси, сжимая плед, - интересно, как долго уже ты с ним спишь?"

Ее лицо горело от соприкосновения с подушкой, ссадины ныли, заставляя чесать их больше и больше. Она не могла спать, несмотря на сумасшедшую усталость. Резко вскочив с дивана, Нэнси разыскивает зеркало, чтобы вновь удостовериться в своем уродстве.

- Как же плохо, - шипит она от боли, прикасаясь к синяку на щеке. 

Аманда Далтон явно не щадила ее, принося как можно больше не только физических, но и нравственных страданий. Чувствовала ли себя Нэнси виноватой в смерти ее детей? Скорее, не до конца. 

- Я не знаю, что с нею делать! - услышала она приглушенный крик матери, который доносился с комнаты напротив, где и располагалась спальня. 

- Нельзя ли отправить ее к каким-нибудь родственником? - в более спокойном тоне произносит Людвиг в ответ. 

Бесспорно, говорили о ней, отчего девушка прислушивается к каждому слову. 

- Нет. - Отрезает Ирэн, не подозревая, что ее слова подслушивает собственная дочь. - Я уже звонила своим родственникам, так знаешь что сделали? Просто повесили трубку! А напоминать о своем существовании родственникам Томаса я считаю постыдным и унизительным!

- Ирэн, успокойся, дорогая, - от этих слов Нэнси скривилась. - У нас еще есть пара недель, а я могу повременить с переездом. Мы успеем перевести ее куда-нибудь...

- А если взять ее с собой?

Молчание повисло на весь дом.

- Это глупо, поскольку эта девчонка будет только напоминать тебе о твоем бывшем муже, да и портить нашу совместную жизнь. 

- Да-да, Людвиг, ты как всегда прав, - уже тише произносит Ирэн. - Порой, когда она смотрит на меня грозно, я вижу глаза Томаса. Как ужасно! 

Нэнси вытерла с щеки скатывающуюся слезу предательства, ощущая новую волну ненависти. 

- Ну, его уже похоронили, так что... Кстати, все твои разбирательства с полицией закончены? 

- Почти. Кто же мог подумать, что эта сволочь будет убивать. Он никогда не приносил мне радостных моментов, только одни неудачи, если бы ты знал, как я не могла терпеть его...

Ирэн продолжила свою пламенную речь о всех грязных поступках Томаса, но Нэнси уже не слышала их, медленно падая на диван обратно. Ее отца похоронили без ее ведома, а она даже не знает места его захоронения. 

Разумеется, она и не знала того, как проходили похороны, если их и можно такими назвать. Никто из приглашенных гостей не пришел проститься с погибшим, отчего Ирэн просто "зарыла" его в землю, проклиная день их замужества. Не знала Нэнси и того, что на следующий день группа неизвестных людей поломала поставленный памятник прямо на кладбище, написав на его обломках слово "Убийца". Это клеймо зацепилось теперь не только за Томасом, но и за всей его семьей. 



Анна Невская

Отредактировано: 02.06.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться




Books language: