Школа Лысой Горы. Мой прекрасный директор.

Размер шрифта: - +

Глава 17. Игры разума: противостояние.

Как должна вести себя сумасшедшая, если она понимает, что сумасшедшая и всячески старается это скрыть? Никогда не задумывались? А Василисе пришлось поломать голову над этим жизненно важным для нее вопросом. Сидя в своем кабинете за плотно закрытыми дверьми, она подошла к проблеме, как к решению сложной задачи: завела отдельную тетрадь, расчертила первый лист на две колонки, но подписала их не «Дано» и «Найти», а: «Сохранные функции критического мышления» и «Проявления параноидного синдрома». В первую графу были внесены пункты: возможность осознавать свою болезнь (ключевой момент!), способность контролировать речь и поступки, отличать возможное от заведомо невозможного.

На этом Василиса прервалась, вытащила из стопки книг сборник задач по математике для одиннадцатого класса и решила пару заданий повышенной сложности. Ответы сошлись с предложенными авторами учебника, и Василиса с чистой совестью дописала в первую колонку: «сохранность абстрактно-логического мышления и профессиональных умений и навыков». Припомнила десяток школьных теорем, подумала и добавила: «отсутствие количественных нарушений памяти».

Во вторую графу отправились: «качественные нарушения памяти – помню в подробностях события, которых не было в реальности», «зрительные и голосовые галлюцинации», «периодическая мания преследования» и «стадии неконтролируемого страха». Вспомнила бархатные очи и гипнотизирующий голос своего директора, и в графу добавилось: «повышенная внушаемость и склонность к подчинению». То, что последнее являлось именно признаком развивающейся болезни, Василиса не сомневалась – раньше за ней не замечалось стремления слепо верить на слово малознакомым людям или желания опрометью бросаться выполнять их указания.

Внимательно изучив написанное, Василиса решила, что с такими симптомами опасности для детей она представлять не будет, особенно, если не перестанет различать реальное и бредово-мистическое, так что срочно увольняться – оснований пока нет. И это радует, так как в городской квартире она точно буйно помешанной станет – если уж простой разговор с дядей Олегом вызвал в итоге такие реалистичные видения стреляющих в нее бандитов, то страшно подумать до чего она дойдет при настоящем преследовании и шпионаже.

Теперь следовало выработать стратегию решения задачи, то есть утвердить план своих дальнейших действий. Окончательный вариант этого плана Василиса напевала себе под нос, шагая в сторону школьной библиотеки, и усердно не обращая внимания на шепотки по сторонам, внезапно возникающих из стен и пола на ее пути коллег, странные меняющиеся картины и надписи на стенах. Напев воспроизводил слова давней песенки советских времен:

«Ничего не вижу. Ничего не слышу. Ничего не знаю. Ничего никому не скажу!»

И не беда, что большая светло-зеленая стена рекреации второго этажа, увешанная чем попало, от плакатов здорового образа жизни до фотографий выпускных классов прошлых лет, вдруг замерцала при ее приближении и сменилась видением монструозного размера железных дверей. На дверях-галлюцинациях висели совсем уж бредовые таблички:

«Питомник заказника ОМИИ ПАСК» (Самая крупная из табличек)

И ниже:

«Драконов в вольерах не дразнить!»

«Огнетушителями в пасти многоголовых змеев не пшикать!»

«В ночи полнолуния оборотням вход воспрещен!»

«Направления на работы в питомнике и заказнике получать у Яги Лешевны или Лесьяра Михайловича в установленные расписанием рабочие часы после сдачи инструктажа по технике безопасности».

И ламинированный листок, озаглавленный «Приказ директора №2563», строго предупреждавший о том, что в целях создания зверям спокойных комфортных условий существования, открытие телепортов в питомник и заказник запрещено.

– Ничего не вижу. Ничего не слышу, – пропела Василиса, упрямо шагая мимо стены в сторону библиотеки. – Никому ничего не скажу!

За неприметными стандартными дверьми школьной библиотеки скрывалось обширнее помещение. Высота потолков была такой, что красочная роспись на потолке была трудно различима и чтобы понять изображенный на ней сюжет, следовало бы воспользоваться биноклем. Узкие стрельчатые окна шли по обеим сторонам читального зала, рассчитанного на пару сотен человек, а с противоположной стороны этого зала ряды стеллажей с книгами уходили вглубь нескончаемого длинного коридора.

Каким образом это циклопическое сооружение умещается в стандартной школе в два этажа общей высотой шесть метров?! В библиотеке, расположенной на втором этаже школы, потолок не может быть высотой, как в готическом храме!

Дорогу всем входящим в библиотеку перекрывал длиннющий массивнейший стол, покрытый темно-зеленым сукном, бахрома которого свисала до земли, уставленный несколькими настольными лампами, ящичками картотеки, органайзерами (с шариковыми и гелевыми ручками, маркерами, выделителями текста, скотчем, ножницами и прочим), статуэтками, старинными бронзовыми и мраморными пресс-папье, перьями для письма в специальных держателях, чернильницами и многим другим, так что у Василисы глаза разбежались. В итоге сидящую за столом с книгой в руках женщину она заметила не сразу и посмотрела на нее, лишь ощутив ее тяжелый изучающий взгляд. Эту женщину Василиса видела в деревне, так же как и угольно-черного кота, сидевшего на краю стола.



Валентина Елисеева

Отредактировано: 03.08.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться