Школа прошлой жизни

Глава восьмая

Я поспешила выскользнуть из класса. Чем меньше услышат девочки, тем лучше. 

И как только я закрыла за собой дверь и обернулась, то поняла, что не всегда худшее — то, что предполагаешь. Реальность может оказаться куда кошмарнее.

— Госпожа администратор, — зашептала Мэдисон, — простите. Я думала, что я успею на занятие.

Я смотрела на нее расширившимися от ужаса глазами, сознавая, что гибель Криспина — не самое страшное, что могло сегодня произойти. Платье изорвано, руки в крови, в руках…

— Что это у тебя?

— Волчий корень, госпожа Гэйн. Его надо было успеть выкопать до того, как затопит низины. А у меня сегодня дежурство по кухне. Я… я сорвалась в овраг на обратном пути и еле выбралась, и корень бросить тоже не могла, я…

Она не плакала, не выглядела испуганной. Раздосадованной, и ей было, возможно, больно. Из Школы не отчисляли за нарушение дисциплины, а заставляли отрабатывать провинности — на кухне, в саду, в конюшне, в теплицах, в прачечной. И чем серьёзнее проступок, тем суровее наказание, но это все равно только время, проведенное за дополнительной нелегкой работой, потому что дежурства у девочек были всегда. Из персонала у нас были лишь повариха Люси, Арчи, Фил и Криспин. 

Криспин — минус один.

Я махнула рукой и заглянула в класс. 

— Поработайте над материалом прошлого занятия, я скоро вернусь. 

У меня и сомнения не возникло, что никто не будет концентрироваться, но значения это не имело. 

— Как ты вышла? — спросила я, стараясь не злиться. Мэдисон нашлась, это прекрасно, этому стоит радоваться. Она расцарапала руки, и раны лучше промыть, но не более. — Что была за спешка? 

Ответить она не успела, я коротко постучала в дверь класса грамматики. Джулия повернулась ко мне, отрицательно мотнула головой, я в ответ сделала непонятный, но убедительный жест и кивнула за спину. Джулия просветлела и вернулась к занятию, будто я сообщила что-то абсолютно не значащее.

Я не винила ее, что она мне ничего не сказала. Потому что, так или иначе, Джулия проявила хоть какое-то беспокойство, остальным судьба Мэдисон была безразлична. И сама я никого не поставила в известность — нашла я Мэдисон, не нашла, где я вообще и почему я там оказалась, а гибель Криспина и приказ Лэнгли — оправдание так себе. 

— Я подумала, что успею вернуться, — захныкала Мэдисон. Больше надеясь, что я не отправлю ее в прачечную на неделю. — Госпожа Коул согласилась сварить со мной одно снадобье… 

Я буквально тащила ее на второй этаж, в кабинет акушерства и хирургии. Госпожа Джонсон была самым подходящим человеком. Ни лишних вопросов, ни издевательских ухмылок. 

На лестнице Фил копошился с вёдрами. После ночного происшествия он не испытывал желания куда-нибудь лезть, а увидев нас с Мэдисон, сделал вид, что ничего не заметил. Я запоздало подумала, что это, весьма вероятно, не первая самовольная отлучка студентки из Школы даже за то время, что я работаю здесь, и то, что я об этом не знала, говорило только о том, как мало меня касалось все, кроме моей работы. 

— Фил, я хочу, чтобы ты запирал чёрный ход, — распорядилась я, и мне было плевать, что сказал бы об этом Лэнгли. — На ключ. Постоянно. 

Фил поставил ведро и кивнул, чем еще больше укрепил мои подозрения: Мэдисон не первая, и сейчас просто сезон — сам по себе опасность, и смерть маленькой Лайзы Кин.

— Сделаю, госпожа администратор.

Я не поверила, но мое дело было сначала приказать, потом — проконтролировать.

В классе акушерства и хирургии шло занятие, и госпожа Джонсон раздраженно отчитывала кого-то из девочек. Слышно ее было уже от лестницы.

— Детка моя, он у тебя уже умер! Не мучай покойника, два балла, один за сострадание, второй за красивые глаза! Бедняга Джонни, за полчаса уморили его четыре раза! Следующая, ты, вот не вижу тебя, ты кто?

Мэдисон хихикнула, потом потянула меня за рукав:

— Госпожа Гэйн, пожалуйста, я попрошу Торнтон обработать мои царапины! Со мной ничего серьезного, я просто руки ободрала!

Это я видела, но хотела убедиться, что все именно так, как она говорит. 

— Ты кого-нибудь видела? — спросила я, хотя не поручилась бы за ее искренность. — Во сколько ты вышла?

— В четыре утра. Я все пыталась заснуть, а всем не терпелось обсудить, как спасали Фила. На улице шел такой ливень, что я поняла — если я не выкопаю корень сегодня, у меня уже ничего не получится. Это мой последний год в Школе, а я хотела научиться варить это снадобье. Стремительные роды — это очень опасная вещь, госпожа Гэйн…

Голос ее дрогнул, и я вспомнила, что говорила Торнтон. Может быть, Мэдисон и не лгала.

— Ты видела кого-нибудь?

— Нет, госпожа Гэйн. Вы про зверей? Они уходят к этому времени, им нечего есть, все затоплено...



Даниэль Брэйн

Отредактировано: 26.03.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться