Школота!

Размер шрифта: - +

2.5. Чинары, Лёка, физика...

2.5. Чинары, Лёка, физика…

— Ну, и чего ты ревешь, Лёка? Не из-за меня? Тебе не больно?
Лёка попыталась было ответить Неверову, но всхлипы не давали дорогу словам. После того, как Серега вытащил ее в коридор и захлопнул ногой дверь кабинета, Лёка немного опомнилась, и сообразила, что устроила свои разборки с Ленкой на глазах у посторонних. Слезы хлынули из ее глаз как у клоунов на манеже —алмазными струями. Лёка, на подкашивающихся ногах, еле добралась до ближайшего окна в коридоре и уперлась кистями рук в подоконник. Неверов с виноватым видом последовал за ней.
После того, как Илона отпустила ребят, первой в коридор вырвалась, естественно, Лемешева. Она не успела распаковать свою сумку, так как ее Илона вызвала прямо чуть не с порога. Поэтому теперь Ленка опередила всех.
Лёка сразу же с независимым видом повернулась к распахнутому окну. Во дворе, куда выходили окна из коридора этого крыла, да еще на спортплощадке, розы усто Халилу разводить не дали. А потому здесь царили молодые чинары, высаженные по периметру еще строителями здания. На радость школоте. Чинары неуловимо напоминали Ленке Лёку, деревья еще молодые, но как и Лёка акселераты, успели вымахать до третьего этажа. Наивная и непосредственная отличница Лёка, которой мать не успевала покупать обновки, так стремительно ее любимое чадо тянулось вверх стройной юной чинарой.
Месяц-другой, и у Лёки опять манжеты форменного платья где-то у локтей. Еще пара месяцев, и купленные по осени на вырост сапоги, не лезут даже на носок ступни… К сентябрю Лёка в росте догнала Камала, чему тот, естественно, нисколько не обрадовался.
Серёга Неверов рядом с высокой своей одноклассницей выглядел как озадаченный гном рядом с рыдающей Белоснежкой. Карие чистые глаза Лёки, обычно веселые и добрые, как у всех счастливых и благополучных детей, на этот раз выражали недоумение и детскую обиду. Ленка успела заметить это, прежде чем Лёка отвернулась к окну и принялась любоваться чинарами.
Лемешева нахмурилась и сделала шаг вперед, к Лёке. Но умница Неверов покачал головой и приложил палец к губам. Ленка кивнула ему и понеслась в школьную библиотеку. Недоразумение с проклятым «бронепоездом» следовало разъяснить до конца!
Неверов чутким музыкальным ухом уловил, что в кабинете литературы нарастает негромкий гул. Ученики явно собирали портфели и готовились покинуть его. Да и Лемешева, припомнилось Неверову, выскочила с сумкой через плечо. Не могла же Илона ей одной при комиссии скомандовать «на выход с вещами»! Серега сообразил, что любопытство или участие одноклассников теперь Лёке будут явно не ко двору. Поэтому он цепко схватил девчонку за руку и потащил ее к черному ходу под лестницей. Они едва успели укрыться под скатом. Невысокому Неверову там было в самый раз, а вот Андреевой пришлось нагнуть голову и подогнуть колени, что явно не улучшило ее настроения.
— Ну, и чего ты рыдаешь? — продолжил свою линию упорный Неверов.
— Она всегда выкручивается! — наконец прорвало Лёку, — Эта Лемешева! Она всегда ускользает! Она никогда не учит правила и даже таблицу умножения не знает. Но решает быстрее меня. Она никогда не раскрывает учебники по устным предметам, некоторые даже не разрезаны до конца!
— Ну, и тебе-то что?
— Но она все запоминает с объяснения учителей, хотя я не понимаю, как ей это удается. Оноргуль всю дорогу рассказывает ей про своих родственников и их гостей. А Ленка хохочет. Оноргуль живет у тети, а та известный композитор. К ним постоянно приезжают ото всюду, даже из-за границы.
— Ты-то откуда это знаешь?
— Я сижу теперь к ним близко. Через ряд. Все слышно.
— Вот кстати, а почему ты туда пересела?
— Неважно. Оноргуль все время Ленке что-то интересное рассказывает. А Ленка слушает, хохочет и еще умудряется запоминать все, что объясняет учитель. Только у Моисея Семеновича они молчат.
— Удивительно! Почему бы?
— Ленка любит математику. Но не это главное! Мне, чтобы выучить урок нужно час сидеть за учебником. Читать и перечитывать каждый параграф по три раза! А Ленка вообще не читает эти проклятые учебники!
— Ну и правильно делает, я их тоже не читаю.
— Так ты же троечник! — пожала плечами Лёка, — А у Лемешевой в четверти ни одной тройки.
— Лёка, ты думаешь оценки в жизни главное?
— А что же еще? — искренне изумилась Андреева.
— Ну, тогда в твоей жизни все тип-топ, ведь ты круглая отличница.
— Тип-топ! — вскрикнула оскорбленная Лёка, и задела макушкой скос лестницы, саднящая боль прибавила эмоций ее речам, и, кроме того пришлось опять согнуть колени.
— Я сижу за учебниками день и ночь! Я даже не знаю, кто у нас во дворе живет, а мы уже пять лет назад сюда переехали! Я ни с кем не знакома. А у этой Лемшевой полгорода в друзьях!
— Откуда ты знаешь? — заинтересовался Неверов.
— Знаю!
— Откуда?
Лёка насупилась, потерла саднящую макушку, сделала шаг назад, поняла, что все равно не распрямится и вышла из-под лестницы. Она встала так, что теперь ее и Неверова разделяли перила. Серега с настойчивым интересом продолжал сверлить ее взглядом и ждал ответа. Этот ответ Лёке так не хотелось озвучивать, но она не представляла как это вообще возможно — оставить заданный ей вопрос без ответа. Без честного, полного, развернутого ответа, как ее учили в школе.
— Мой брат про нее спрашивал. Он не знал, что мы одноклассницы, просто слышал, что эта Лемешева учится в нашей школе. Но он думал, что она в старших классах.
— И зачем ему понадобилась Лемешева? — удивился Неверов.
С Лёкиным братом, студентом вечернего отделения педагогического института, Серега был коротко знаком. Еще по делам вне его нынешней школы. Однажды этот здоровила с красной повязкой на рукаве, Лёкин брат, затащил мальчонку рассадившего из рогатки витрину, в штаб ДНД. Серегу приняли, занесли в списки, отправили на воспитание в интернат для трудных подростков, там он познакомился еще и с Рахматуллаевым. К счастью для них обоих в интернате как раз работала комиссия, и Рахим Ахмедович выдернул два эти выдающиеся таланта в свой интернат. Выдернул как редиску из грядки с навозом. Ему не советовали это делать, но директор школы-интерната для талантливых детей только посмеялся над добрыми советчиками.
— Кто хулиганы? Они хулиганы? Не видели вы еще настоящих хулиганов! Один мой хулиган сейчас начштаба округа! Эх, были времена… Пошли, пацаны! С вещами на выход.
Серегу немного отвлекли воспоминания, и Лёка совсем было, уже понадеялась, что он не возобновит свой вопрос, но она ошиблась.
— Так зачем твоему брату понадобилась Лемешева?
— Витька слышал о ней от друга. Они вместе в команде водного поло, — попыталась ответить на вопрос не прямо, а косвенно Лёка.
— А… так это… Ленка тоже в бассейн ходит.
— Не в тот бассейн! — неосмотрительно призналась Лёка, она просто не могла не расставить все точки над i. — Мой брат занимается в бассейне ТуркВО* (1), а Лемешева в городском!
— Тогда почему он о ней спрашивал?
— Познакомиться хотел, — выдохнула Лёка и закатила глаза, в знак крайнего неодобрения намерений брата.
— А ты? — потребовал Неверов разъяснения пантомимы.
— Я! — вспылила Лёка, — Чтобы я еще и родного брата этой отдала? Своими руками!
— А что ты ей еще отдала? — заинтересовался Неверов.
— Ничего, — буркнула Лёка, уж на этот вопрос она отвечать не станет и точка.
Но Неверов понимающе кивнул. До появления в классе этой новенькой, непререкаемым авторитетом у одноклассников пользовалась признанная отличница Андреева. Теперь же ее с пьедестала вытеснила невзначай всезнайка Лемешева.
— У нее неглубокие знания, — решила уточнить мотивы своей обиды на Лемешеву Лёка, придать им объективности, — Все по верхам! А по физике она вообще дуб!
— Это наш физик дуб, — засмеялся Неверов.
Физик носил гордую фамилию Дубинин, и соответствующую кликуху. Он на уроках не напрягал ни себя, ни учеников излишней работой мозга. Писал на доске номер параграфа, даже не утруждая себя минимальными объяснениями, и распоряжался.
— Открывайте книжки и учите.
А потом учитель садился за стол и разворачивал газету. Ученики открывали учебники или книжки, только очень редко учебники физики. Оценки физик ставил не с потолка. Смотрел страницы с оценками у Моисея Семеновича и просто дублировал их. На его уроках царила мертвая тишина. Потому, что стоило кому-либооторвать физика от изучения прессы, он вызывал проштрафившегося к доске и заставлял писать формулы за весь пройденный курс по памяти. Желающих нарушать на его уроках дисциплину резко поубавилось. Только однажды физик нарвался. Дисциплину нарушил Веденеев. Физик вызвал его на экзекуцию. Юрка быстро исписал всю доску и вновь оторвал учителя от передовицы «Советского спорта».
— Все, Роберт Иссахарович!
— И как это все? — изумился физик и повернулся к доске. Минуты три он бегал глазами по формулам в аккуратных рамочках, потом кивнул удовлетворенно и возвестил.
— Списывайте все в тетрадки, а ты Веденеев выйди из класса. Я тебя за нарушение дисциплины еще не наказал.
Физик был малый не дурак, и кликуха ему досталась несправедливая. Он разумно рассудил, что физика в разделах «статика», «кинематика», «механика», его ученикам, что художникам, что музыкантам, на фиг не нужна. И чего детей мучить? Ленка ему была очень признательна за такой подход. Тем более, что в старших классах, где физика выходила на новые рубежи и темы уроков касались высоких материй вроде теории относительности, а также на лабораторных, физик у доски парил как горный орел и блистал как диамант.
Поэтому Лёка с Неверовым не согласилась.
— Нет, никакой он не дуб! Он просто добрый…
Неверов залюбовался улыбкой Лёки, такой милой и трогательной на заплаканном личике. И в который раз поразился, как Андреева воспринимает своих учителей. Для нее они все добрые волшебники из сказки. И учат всегда только добру.
— Я сама физику учу. Хотя мне тоже ее никто не объясняет. А Ленка нет! Ей на контрольных всегда Славка решал. Я видела. Я их не сдала, конечно, но это все равно не честно!
— А теперь ей кто решает? — заинтересовался Неверов, — Неужели Мамедова?
Лёка презрительно фыркнула.
— Оноргуль, кроме своей музыки вообще ничего знать не хочет. Троечница…
— Трудно тебе, Лёка, в жизни придется, — вздохнул Неверов, — Кто тебе после школы твои драгоценные пятерки будет ставить?
— Как это кто? — удивилась Лёка, потерев покрасневший от рыданий нос, — Преподы в институте…



Аф Морган

Отредактировано: 29.01.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться




Books language: