Шушпанчик. Акции! Бонусы! Скидки!

ГЛАВА 3

    Как-то так получилось, что Маринка Климова из моей едва знакомой девчонки превратилась с течением времени в человека, который всё больше и больше влиял на мою судьбу. В школе она училась со мной в параллельном классе, и мы едва здоровались при встрече на улице. Так было до тех пор, пока однажды мы с ней не завели всю параллель выпускных классов нашей школы в лесные дебри. А дело было так:
    Во время учёбы в старших классах у меня вдруг начало портиться зрение - появилась близорукость. И я была вынуждена надевать очки во время тех уроков, когда требовалось что-то списывать со школьной доски. Но к физкультуре это, конечно, не относилось. Я любила кататься на лыжах, и поэтому не пропускала уроков физры, когда у нас пошла такая тема, в отличие от большинства других учеников, которые предпочитали устроить себе дополнительный выходной вместо поездки на лыжную базу по понедельникам в январе и феврале. Учительница физкультуры любила меня и ставила мне сплошные пятёрки, в качестве признательности за явку. И вот, когда был назначен "контрольный" урок по лыжам и явка учеников была почти стопроцентной, учительница поставила меня на лыжню во главе колонны и сказала мне, как самой опытной лыжнице:
    - Дойдёшь до развилки и повернёшь на тройку.
    И мы тронулись. Первой шла я, в эйфории от свободного пространства впереди, за мной случайно пристроилась Климова, а дальше потянулся очень длинный караван из остальных учеников, каждому из которых нужна была какая-то дистанция между идущими впереди и позади них. Я честно довела всех до развилки, а дальше... На большом дереве краской были написаны цифры, означающие длину в километрах той лыжной дорожки, к которой они были повёрнуты. Я обернулась к Климовой и спросила, указывая на одну из цифр:
    - Вот там что за цифра, тройка?
    - Ага, - ответила запыхавшаяся Маринка.
    И мы пошли туда. Нерассуждающая вереница остальных лыжников - за нами. Лыжня вилась по узкой дорожке, едва достаточной для вонзания в снег лыжных палок по бокам от неё. Через некоторое время я начала подозревать, что что-то здесь не так:  урок уже должен подходить к концу, а наш путь лишь удалялся в глухие и мрачные леса, и ничто, кроме лыжни, уже не свидетельствовало, что где-то тут есть обитаемые места. Я вновь обернулась к пыхтящей позади Климовой.
    - Там точно была тройка нарисована?
    Она подняла сбившуюся ей почти на нос розовую шапочку с помпоном:
    - Не помню, может и девятка... А что?
    Я развернулась, встала рядом с лыжнёй и процедила:
    - Идём назад. Мы не туда свернули от развилки.
    По пути я всем командовала поворачивать обратно и на протяжении всего каравана подобно ёлочной гирлянде по цепи включались возмущённые вопли - попробуйте развернуться на узкой лыжне, когда позади вас люди ещё продолжают скользить вперёд. Хорошо, что ученики тогда ещё не знали, кто в этом виноват. Зато потом узнали, мою фамилию временно переделали в "Сусанина" и изощрялись в прочих насмешках.
    А Маринка была мне благодарна за то, что я не выдала её роли в той ошибке в лесу, чем уберегла её от этих насмешек, и зачем-то решила меня всячески опекать. Когда после выпускного бала за мной стал ухаживать её бывший одноклассник, она, как наседка над цыплятами, кудахтала над нами, восторгаясь нашей большой и светлой любовью, и даже стала свидетельницей на свадьбе. Моей первой свадьбе. После развода Маринка безоговорочно встала на мою сторону и прибегала ко мне с утешениями, хотя, по правде говоря, я в них и не особо нуждалась. Она была со мной, когда я познакомилась в одной из компаний со своим вторым мужем, с Зуевым, и поэтому считалось, что и к этой моей любви она была причастна. Это она посоветовала нам купить квартиру, которая продавалась неподалёку от её дома, где я живу до сих пор, а потом именно она нашла мне работу. Но об этом позже.
    Главное, факт есть факт - поведение Маринки в тот вечер спровоцировало принятие мной окончательного решения выйти замуж за настоящего попаданца.
    Мы втроём поужинали приготовленным мной картофельным пюре и шпротами из банки, на десерт заели это дело принесёнными Маринкой слойками и запили чаем. Инопланетянин старательно делал вид, что ему всё привычно - и эта еда, и столовые приборы, и вообще всё. От расспросов Маринки он уклонялся, загадочно улыбаясь и глядя на меня, словно мы с ним обо всём договорились - какие версии кому рассказываем. Правильно, вообще-то.
    Маринка была заинтригована по самую маковку. Ещё вчера мы собирались у неё дома - она обоих своих детей переправила к бабушке - и я всё ещё была в том же статусе, в каком находилась после второго развода - в поиске своего попаданца. А сегодня всё выглядит так, как у нормальных людей выглядит после многомесячного знакомства и серьёзных отношений. Но она уже поняла, что из нас двоих никакой правды она не вытянет. И правильно - не считать же ей было правдой на вопрос "Где ты взяла такого жениха?" мой ответ "Купила на распродаже, со скидкой"?
    - Марина, а ты что хотела мне рассказать? - спросила я, когда слойки вместе с ужином подходили к концу.
    - А? Да, просто хотела сказать, что Диана по переписке познакомилась с австралийцем и уезжает жить к нему. А "Дельфин" она хочет продать по-быстрому. Девчонки в шоке, не знают, разбегаться или подождать.
    Всё это Маринка сказала тоном, каким сообщают давно минувшее событие - настолько эта новость была поглощена изменениями в моей личной жизни. Я, однако, заинтересовалась. Диана - это владелица салона красоты, в котором работает маникюршей Маринка. Этот салон когда-то выкупил пристроенное помещение у плавательного бассейна, поэтому название было выбрано соответствующее. На самом деле соседство с бассейном имеет для салона преимущества - там удобно организовать спа-процедуры и массажные комнаты, и клиентура бассейна порой взаимообразно перетекает в клиентуру салона. Собственно, кроме идеи салона и помещения у Дианы в самом начале ничего и не было, поэтому все мастера приходили работать туда с собственным оборудованием и на самообеспечение, отчисляя Диане тридцать процентов от заработанного ими, за помещение и другие организационные услуги.
    В другое время я заинтересовалась бы женской долей Дианы и её австралийским выбором, но сейчас для меня это выглядело мелким. Поэтому заинтересовалась я другим - срочной продажей салона красоты. Как вы понимаете, поспешность продажи может означать существенные занижения рыночной цены. Далеко не каждый богатый человек, даже заинтересованный в таком товаре, бывает готов сразу вложить свободные средства в его покупку. А у меня они были. И теперь я могла раздумывать над вопросом - надо ли мне это? Когда-то я считала, что Диана устроилась прекрасно. Она даже администратора на работу не принимала, чтобы иметь причину приходить самой на работу, проследить, чтобы деньги за услуги не шли мимо кассы и пообщаться с коллективом. Вот только, если у неё было всё так прекрасно, как я думала - чего ж она в Австралию-то едет? Неужели такая огромная любовь случилась? Ой, что-то я сомневаюсь. Однако я всё-таки спросила Климову, в какое время я завтра смогу увидеть Диану, чтобы поговорить с ней о салоне.
    - О салоне? - удивилась Маринка.
    - Видишь ли, - я пыталась дипломатично подать Климовой новость о свалившемся на меня богатстве так, чтобы она смогла её, как минимум, пережить, а не отдать концы прямо здесь и сейчас, у меня на кухне, - дело в том, что я сказочно разбогатела. Осталось только не нарушить своего обещания выйти замуж, и деньги окончательно будут моими.
    Маринка попыталась что-то сказать, но только беззвучно шевелила губами. Я благожелательно смотрела на неё, ожидая, когда к ней либо вернётся дар речи, либо выяснится, что он покинул её навсегда. Инопланетянин скопировал мой благожелательный взгляд.
    - То есть, - сказала, наконец, Климова, с трудом проталкивая из себя слова, - Ты получила кучу денег, можешь купить салон красоты, и всё, что от тебя за это требуется - выйти замуж вот за этого красавчика?
    - Ты забыла про его ужасную фамилию, - вздохнула я, - она сильно портит картинку.
    - К чёрту фамилию, - сказала Маринка, а потом добавила, - Я прощу тебя за всё это. Постараюсь простить. При одном условии. Клиффорд должен будет познакомить меня со своим холостым другом.
    Маринка упёрла требовательный взгляд в моего почти состоявшегося мужа. Я тоже с интересом уставилась на него, и тут он растерялся - понял, что подсказки ловить в моём поведении больше не получится, и ему предстоит сольный выход.
    - Но у меня нет холостых друзей, - сказал он, - только Аполлон овдовел недавно, у него два сына...
    - И у меня тоже! - заявила Маринка, - А где два, там и четыре! Ты главное скажи, он так же богат, как ты?
    - Что вы, он гораздо состоятельнее меня, - ответил честный до отвращения Клиффорд, - он держит ферму по разведению гигантских жаб-трупоедов и намеревается купить себе по акции сразу две жены вместо одной умершей.
    Занавес.
    Я отпаивала ревущую белугой Маринку остывшим чаем и пыталась утешить её тем, что мой будущий муж - придурок и простой как ситцевые трусы, даже соврать нормально не умеет, куда уж ему пытаться изощрённо издеваться над одинокой женщиной. В конце концов Климова успокоилась - в всяком случае, реветь она перестала - вперила в меня свой взгляд и в усиление этого направила на меня указательный палец.
    - Я подумаю. И если я надумаю, что ты с ним заодно...
    - Нет-нет, что вы, - влез тут опять Клиффорд, - моя жена ничего об Аполлоне не знала до этого времени.
    - Если я это надумаю, - продолжила Маринка свою мысль, демонстративно не обращая внимания на моего жениха, - что ты со своим Ананаем задумала надо мной посмеяться...
    - Айнэнэнаем, - поправила я её.
    - Да мне без разницы! Если ты задумала... - Маринка вдруг замолчала, сверля меня взглядом, а потом выдала,- Да тьфу на вас! Забыла, что сказать хотела!
    - Тогда, если вас не затруднит, как будете уходить, захватите с собой наш мусор, - вежливо попросил Клиффорд, - чтобы выбросить по дороге в мусорный контейнер.
    Взгляд Маринки вдруг изменился. Я бы сказала, на неё снизошло ледяное спокойствие. Она наклонила голову немного вбок и стала рассматривать моего будущего мужа. И тогда я поняла, что последствия могут быть серьёзными. С таким взглядом люди идут убивать. Ну, я так предполагаю.
    - Видишь ли, Марина, - решилась я, - Клиффорд - немного чокнутый. Он верит, что он - инопланетянин, который не умеет пока что вести себя в нашем обществе. И я уже вижу, что те деньги, которые я получила под обязательство нашего брака без права на развод, могут оказаться недостаточной ценой за такое вот "счастье".
    Тут, вижу, Маринке полегчало.
    - Как, говоришь, его фамилия? - спросила она.
    Я сказала. Она повторила. И начала ржать. Потом попросила у меня листок бумаги с ручкой, чтобы записать и зачитывать всем знакомым. Я выполнила просьбу, понимая, что Климова нуждается в моральной компенсации за сегодняшний вечер. Когда она, наконец, ушла, я обернулась к своеу наречённому и спросила то, что давно хотела спросить.
    - Клиффорд, скажи мне, а почему ты такой бедный? Даже друг-вдовец с двумя детьми, и тот богаче тебя.
    - Видишь ли, Таська... - вежливо начал он.
    - Тася. Но не суть, ты продолжай, продолжай.
    - Я хотел признаться, что я солгал. Никакого друга-вдовца у меня нет, и ферм по разведению гигантских жаб-трупоедов тоже не существует. Просто сказать так пришло мне в голову, чтобы твоя подруга от меня отстала. Я, хоть и инопланетянин и действительно могу попасть впросак в какой-то ситуации, но личные отношения между людьми мне хорошо понятны - они везде практически одинаковые.
    Нет, вы видели? Вот ведь жук оказался! Даже я за чистую монету приняла его враньё. С одной стороны - хорошо, что он не такой лопух, как я уж было подумала, с другой стороны - жаль, что он и меня может облапошить. Придётся держать с ним ухо востро, иначе всех своих праведно нажитых сегодня миллионов враз лишусь!