Шушпанчик. Днище роскошного мира

Размер шрифта: - +

ГЛАВА 6

    - Игорёк! - громко позвала я.
    Однорукий довольно и предвкушающе осклабился, а увлечённо игравший в покер Бабуркин поднял голову.
    - Ты расплатился со мной, и больше не раб!
    Игорь удивлённо поднял брови, кивнул и... опять уткнулся в карты. Да, с ним только в разведку ходить. Между тем, зрители, которых становилось всё больше, оценивали новый расклад, и кое-кто уже начал одобрительно или насмешливо ухмыляться. Как я решила думать, одобрительно - касательно меня, и насмешливо - касательно Однорукого.
    - Всё? - спросила я его, - Больше нам с вами спорить не о ком?
    Однажды я уже рассказывала вам собственные выводы о преимуществах женщин перед мужчинами в личностных конфликтах. О том, что мужчины, в отличие от женщин - заложники собственных амбиций, гордости и честолюбия. У женщин тоже есть слабые, больные места - недостатки внешности и непривлекательность для мужчин, но обычно мужчины давить на них в спорах избегают - либо не придают таким вещам значения, либо им это, говоря местным языком, западло. Кстати, самые умные женщины, которым в силу их ума и натуры приходится быть на виду, лишают и этого единственного преимущества тех, кто с ними конфликтует, уничтожая эту уязвимость, нарочито показывая, что собственная внешняя красота их заботит не в большей степени, чем мужчин. В моей родной стране, России, можно найти несколько примеров этому. Если вы из России, сами их знаете. Мужчинам избавиться от своей уязвимости тоже можно, и некоторые делают это. Но реже.
    Хотела покончить с лирическим отступлением и перейти к продолжению своей истории, но потерпите ещё капельку, пожалуйста. Потому что мне пришла в голову одна смешная мысль, вернее, смешная она в силу аналогии с вышесказанным. Если вы этого не знали, причиной того, что в корриде всегда гоняют именно самцов - быков, но никогда не самок - коров, является то, что разозлённый бык наливает глаза кровью и плохо видит перед собой, особенно периферию. У коров, представьте себе, этого не происходит, и они даже в самом злом виде сохраняют своё зрение полностью, а поэтому более опасны для тореадора.
    Вот сейчас я бы на месте Однорукого, видя, что общественность не за него, а за хрупкую, но смелую, красивую и находчивую меня, весело б рассмеялась, сказала очередной незначительный комплимент, и осталась бы главой положения. Потом бы отомстила. Но на месте Однорукого была не я, а низкопробный самец крупнорогатого скота, злость которого от уязвлённого самолюбия залила ему глаза. Он заорал:
    - Ты! Теперь сама ответишь! - и, уже успокаиваясь, разрабатывал план дальше, - Будешь в моей банде, чтобы сопровождать меня на такие тусовки, как эта. До тех пор, пока не надоешь мне или не поплохеешь внешне.
    - Молодых прессуешь, Однорукий? Разве на Днище это по понятиям? - воззвала я к его патриотизму.
    Народ начал смотреть на бандита хмуро и, я б сказала, укоризненно. Вон, даже Игорёк кивнул. А, нет, это он оставшемуся партнёру в покере сказал "принимаю".
    - Ты на кого бурлишь, овсянка?! - завёлся вновь бандит с полуоборота, - Ты чо, в натуре страх потеряла? Я ж тебя щас замочу тут!
    - А чо ты мне чокаешь? - возмутилась я, незаметно засовывая руку в висящую на плече сумочку - Ты чо, чокалка?!
    Такого немыслимого оскорбления Однорукий вынести уже не мог. Он отщелкнул пальцем предохранитель пистолета и стал разворачиваться ко мне корпусом. Выстрелили мы почти одновременно. Я была лишь на долю секунды быстрее, поэтому его пуля перебила ремешок в виде крупной цепочки, на котором висела моя сумочка. Моя пуля прошила ему сердце. Я оглядела зал, грациозно присела, красиво откинув назад длинный подол платья, и подняла упавшую сумочку, в которую спрятала пистолет. Ибо видела, что все окружающие в полном обалдении, и угрозы мне никто не транслирует. Точку в инциденте поставил Игорёк, который торжественно сообщил:
    - Флеш-рояль!
    Я невозмутимо взяла подаренный упокоенным бандитом бокал, попивая шампанское, подождала, пока Игорёк заберёт свой нехилый выигрыш, и мы с ним чинно покинули заведение под всеобщее гробовое молчание.
    Заговорил Игорь, только когда мы уже подходили к дому Удавки.
    - Прости. Я ничем не смог помочь тебе.
    - Ты смог. Ты не мешался, - утешила я его, ощущая, как с последними потряхиваниями организма меня покидает избыток адреналина, - Вдобавок я сама говорила тебе, что мы друг другу - никто.
    - Ты взяла с собой оружие, а я даже не подумал сделать этого...
    - Игорь, это не имело бы смысла. Чтобы выстрелить в человека, нужно быть готовым к причинению смерти другому. То есть к убийству. Это очень сложно на самом деле.
    - Ты имеешь в виду, что ты - убийца, потому что готова была убить Тасю, а я - не убийца? - отодвинулся от меня Бабуркин.
    Вообще-то я имела в виду, что я прошла войну, на которой было всякое, но сказать об этом я не могла. Поэтому ответила:
    - Вроде того.
    Ужин мы опять пропустили, и сонная Удавка, открыв дверь, была крайне недовольна. Пришлось сказать ей, что мы обойдёмся без бутербродов. Бабуркин молчал и в глаза мне не смотрел. Фигню какую-то задумывал, явно.
    В своей комнатке я аккуратно, стараясь не деформировать ткань, как опасался Беня Иголка, сняла платье. По своему фасону оно не предполагало ношения лифчика, и я стояла с голой грудью, когда в мою комнатку без спроса и стука решительно зашёл Бабуркин.
    Я инстинктивно прикрылась руками и заорала:
    - Ты что врываешься?
    - Тася? - ошарашенно спросил Игорёк, глядя на мою грудь, - Шушпанчик?!
    Аллес капут. Вся конспирация полетела к чёрту - мужики хорошо помнят, простите, сиськи своих бывших женщин.
    - Выйди, Игорь, - вздохнула я, - Я оденусь и мы поговорим.
    Вновь активировав горошинку в блокноте, я кратко рассказала Игорьку мою историю, ничего не скрывая. Потом мы ещё немного поговорили, и я ответила на его вопросы.    
    - А я-то собирался тебе сказать, что ухожу, - сказал Игорёк, - уезжаю в Принси. Там, вроде, говорят, нормальное общество, не уголовщина, и работу найти можно. Просто не мог принять, что ты хотела убить Тасю. А ты, оказывается...
    - Так может, тебе действительно лучше уехать?
    - Ну нет, я тебя теперь не брошу. Бывшая жена - хоть и бывшая, а всё же своя! - туманно пояснил Игорёк, - Ты ведь меня тоже по этой причине не бросила.
    - Может быть, - улыбнулась я.
    - Мне надо потренироваться в стрельбе, - решил Бабуркин, - Завтра узнаю, где это можно сделать.
    - Хорошо. До завтра, попаданец Игорь.
    - Спокойной ночи, Шушпанчик, - улыбнулся он и ушёл, покачивая головой, - И как я раньше не догадался...
    Утром меня разбудил стук в окно. За ним стоял Смард Чекушка и протягивал в мою сторону бутылку из-под водки с воткнутым в неё цветком.



Ермакова Светлана

Отредактировано: 02.09.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться