Сила трёх камней

Глава 14

Королева Атенаис недовольно нахмурилась, глядя из окна на городскую площадь. Народ ликовал и бесновался, глазея на длинную процессию пленённых барбариев, которые, то и дело спотыкаясь и стараясь не встречаться взглядами с горожанами, понуро брели по каменной мостовой. Атенаис резко опустила тяжёлую тёмную портьеру, погружая комнату в полумрак.

– Агнара ко мне! – раздражённо крикнула она. – Немедленно!

Военачальник вошёл с совершенно невозмутимым видом, мерно отчеканивая шаг.

– Что это такое? – процедила королева, едва качнув головой в сторону окна.

– Пленных ведут в подземные тюрьмы, – спокойно отозвался командующий. – Как вы приказали.

– Пленных?! – голос взлетел вверх, выдавая крайнее раздражение правительницы. – Это – пленные?! Здесь одни старики и дети! Одни уже не в силах поднять оружие, другие ещё не знают, как с ним управляться! Нам нужны были воины, которые стали бы под наши знамена в обмен на свободу! А кого вижу я?!

– Племена барбариев кочуют с места на место, – без всякого раскаяния произнёс Агнар. – Им ничего не стоит покинуть свои дома и бежать. Весть о движении наших войск разнеслась далеко вперёд, и мы везде заставали только брошенные стоянки с покинутыми стариками и детьми. Стоило оставить их на месте?

– Да что о них думать! – по-прежнему недовольно отмахнулась Атенаис. – Разместим, как планировалось, на что-нибудь сгодятся. Уж я заставлю их отработать каждый кусок фаллаборгского хлеба! Но нам нужны были воины! И ты сам убеждал меня выступить против барбариев, чтобы их числом пополнить нашу армию!

– Я всего лишь поддержал ваше решение, Ваше Величество, – невозмутимо напомнил Агнар, – памятуя о том, что они всегда мудры и дальновидны.

– Но моя дальновидность оказалась бессильной против твоей медлительности! – раздражённо воскликнула королева. – И теперь я хочу услышать предложения от тебя!

– Мы можем продолжить преследование, – пожал плечами военачальник. – Рано или поздно они упрутся в пустыню, и отступать дальше будет некуда. Наша окончательная победа – всего лишь вопрос времени.

– Ты безнадёжно глуп! – рявкнула Атенаис, едва удерживая готовые сорваться с языка ругательства, совершенно не приличествующие королевскому сану. – Мы не можем тратить время на бесконечные погони! Волшебники знают о наших намерениях, и наверняка они уже оправились от первого удара. Мы не можем затягивать войну надолго.

– Чем же так провинились волшебники перед Вашим Величеством? – вполголоса, будто сомневаясь в своём желании быть услышанным, пробормотал Агнар.

Атенаис вспыхнула, огромным усилием сдерживая ярость. Она не выносила возражений, в каждом сомнении и вопросе подозревая пренебрежение к ней самой. Впрочем, уже давно никто не осмеливался спорить с королевой, зная, что за это можно жестоко поплатиться. Вот только военачальник, похоже, знал ещё и то, что правительница слишком ценит его заслуги, чтобы не простить некоторые вольности.

– Ты ничего не смыслишь в делах государства, – снисходительно обронила она, кривя губы в нарочито презрительной усмешке. – Лес – это только начало. Настоящие сокровища находятся дальше. Когда колдуны перестанут стоять на нашем пути, мы двинемся дальше, на гномьи горы. С их золотом Фаллаборг станет самым могущественным, самым богатым краем во всём Милливорде! Мои подданные ни в чём не будут знать нужды, смогут забыть обо всех тяготах и изнуряющей работе… Люди никогда больше не будут бунтовать. Народ наконец-то перестанет болтать о старых королях, увидев настоящее величие!

Королева осеклась, поняв, что сказала слишком много. Хитрый военачальник наверняка догадался об истинном значении её слов – правительница боялась своих подданных. Каждый раз, слыша приглушённый смех и шёпот придворных, подозревала, что те насмехаются над ней. Когда стража хватала в каком-нибудь трактире пьяницу, поносящего правящую чету, королева, тут же начинающая видеть страшный заговор против престола, не успокаивалась, пока всё его семейство не оказывалось в темнице.

За долгие годы властвования Атенаис так и не почувствовала себя уверенно. Что бы она ни делала, рядом неизменно реяли тени убитой Урсулы и исчезнувшей Ульрики, и только ненадёжное безумие короля позволяло ей сохранить своё место на троне. Королева догадывалась, что, стоит супругу умереть, и давно уже тлеющее народное негодование охватит всю страну, поглотит столицу и доберётся до дворца. Не меньше пугала и мысль о том, что рано или поздно отрава перестанет действовать и Ульдерик, давно уже знающий о её роли в несчастьях королевской семьи, снова станет самим собой.

Необходимость срочно действовать, чтобы упрочить своё положение, терзала её днём и ночью. Впрочем, ночью гораздо больше. Ночью все тревоги оживали, крича о себе во всё горло, заставляя её слушать и даже отвечать, и бояться ещё сильнее. Атенаис уже сама не знала, разговаривает она сама с собой или к ней действительно приходит некто, знающий абсолютно всё.

Едва ли не каждую ночь, стоило ей только лечь в постель и задуть свечи, как из ниши окна тут же выступала неясная тёмная фигура. Поначалу Атенаис нравились эти явления – некто говорил о могуществе, величии и славе, которыми она покроет себя благодаря завоеваниям. Неясный безликий голос уверял, что подданные наконец полюбят её, опасаться больше будет нечего, и после смерти безумного Ульдерика даже сын не отважится сместить её с престола.



Рада Мурашко

Отредактировано: 27.01.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться