Симфония хруста

Размер шрифта: - +

Часть 4. Глава восьмая, в которой объятья - лучшая награда

- Все, - выдохнул я, обессилено опуская еще дрожащий в экстазе смычок и сжимая вспотевшей рукой теплую деку скрипки. Я только что сделал это. Я вытащил на поверхность саму душу этого инструмента и заставил ее звучать в унисон моей душе. Мы были как одно целое. Сплавленные воедино так, что толком и не понять, где кто.

Я знал, что эта мелодия – лучшее, что я создал с того самого момента, как впервые взял в руки скрипку. И все-таки мне было немного страшно – вдруг я сейчас посмотрю в глаза Джека, а там будет скука или, того хуже, разочарование? Признаться, я мечтал о том дне, когда он подарит мне что-нибудь (один из своих кубков или новую пару носков) и скажет что-то вроде «Победителю-ученику от побежденного учителя». Я страстно хотел, чтобы этот день наступил как можно скорее, наступил сейчас! Но Джек ничего не сказал. Вместо этого он обнял меня так крепко, что кости мои затрещали, словно сухие ветки, сквозь которые ломится обезумевший медведь! Мне казалось, что мои глаза вот-вот вылезут из орбит, а ребра заплетутся в косичку, поэтому я не мог засмеяться, и только радостно кряхтел, счастливый до безобразия.

- Неплохо, юнга, неплохо, - повторял Джек, пока я пытался восстановить дыхание и судорожно проверял, все ли кости целы. – Так глядишь годам к пятидесяти и пердеть научишься, как я! Хотя…

Взгляд его сощуренных, заплывших глаз прошелся сверху вниз по моему тощему телу, и Джек недоверчиво покачал головой.

В его глазах стояли слезы.



Екатерина Бордон

Отредактировано: 11.04.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться