Синхронизация

Глава 6. 

 Теперь, после нескольких недель кропотливого труда по подготовке диссертации, Ингвару представлялось настоящим счастьем вот так вот просто карабкаться наверх вместе с близкими друзьями. Не зря же принято считать, что смена труда - есть отдых. Тем более, что все они были опытными профессионалами и понимали друг друга без слов. Да и подъём на данную вершину не представлял никакой сложности для скалолазов их квалификации. Лёгкая разминка, не более.
 Ингвару было приятно вновь ощутить эту лёгкость бытия. Все заботы ненадолго отложены в дальний ящик, а впереди ждёт общение с первозданной природой. Он был счастлив полностью слиться с этой чарующей и волшебной силой. Сказочность момента вдруг напомнила ему об их с Магнусом совместных детских походах по окрестным холмам неподалёку от их родного исландского городка Акюрейри.  

 "Как же нам тогда было здорово бродить вместе! - подумал Ингвар. - Мы чувствовали себя настоящими первопроходцами." Молодой человек словно бы вернулся в те времена, когда они каждый день забирались на небольшие и постоянно обсыпающиеся холмы. Эти пятиметровые бугорки, как правило, были мягкие и рыхлые. Поэтому редко удавалось добраться до вершины. При обрушении мальчишки соскальзывали и весело летели вниз, приземляясь в куче мягкой глины, перемешанной с землёй.

 Ингвар попытался вспомнить, с какого момента их с Магнусом знакомства, у них установилось такое искреннее и глубокое взаимопонимание. Наверное, это произошло сразу, при самой первой встрече, причём бессознательно и абсолютно незаметно для обоих. К такому быстро привыкаешь, даже не задумываясь, откуда взялось и как сложилось. Но ведь по-другому не может и быть, когда встречаются настоящие друзья, которые потом не потеряются в жизни ни при каких обстоятельствах. Потому что такие встречи – судьбоносные и на всю жизнь.

Они познакомились в четырёхлетнем возрасте. Их семьи одновременно переехали в один и тот же подъезд многоквартирного дома, но на разные этажи. И буквально с первой встречи Ингвар и Магнус стали неразлучными друзьями. Им было хорошо и весело вместе.
Лёгкость и глубина. А ещё и радость от общения, но не бурная и эмоциональная, а тихая и скрытая от чужих глаз. Друзья могли часами вовсе не разговаривать друг с другом, молча прогуливаясь по гладким и открытым всем ветрам улочкам своего города, лишь изредка обменивались ничего не значащими фразами. Они часто играли в разведчиков, представляя, что за соседним углом прячутся шпионы и они должны их вычислить. Мальчики могли играть против кого угодно, но только не друг против друга.

Крик крошечной птички, выпорхнувшей из неприметного гнезда в расщелине, вернул Ингвара в действительность. Молодой человек, в очередной раз, оглянулся назад и внимательно посмотрел на бескрайние просторы африканского континента. 

Яркий солнечный свет позволял видеть в малейших деталях даже далеко расположенные объекты. Повсюду, куда дотягивался взгляд, были видны многочисленные холмы самых разнообразных форм и высот. Некоторые из них своими причудливыми очертаниями напоминали фигуры каких-то диковинных животных. И лишь изредка попадались маленькие зеленовато-жёлтые пятна. Это остатки скудной растительности замерли в ожидании потерявшихся где-то живительных осадков. 

То ли от созерцания безбрежных далей, то ли от возможности прильнуть щекой к исполинской горе, но Ингвар поймал себя на мысли, что он полностью сливается с окружающим миром. Даже бездонная глубина прозрачно-голубого воздушного океана над головой больше не пугала своей непостижимостью. "Небо становится ближе с каждым днём." - вспомнил он слова известной песни (Б. Гребенщиков). И это единение было каким-то неосязаемым физическими органами чувств человека. Поэтому оно не могло быть описано словами и понято разумом. Его можно было только почувствовать глубиной души и открытым сердцем. Тем не менее, и в этом молодой человек был полностью уверен, оно не только существовало в действительности, но и объединяло всё живущее на Земле с бесконечностью Вселенной.

 "Вот зачем я здесь! - обрадовался Ингвар. - Вот то состояние, которое нельзя пережить в переполненных людьми мегаполисах. Здесь мне становится всё понятно и больше не хочется задавать вопросы и искать ответы. Первозданная природа! Вот истина!" 

Молодой человек чувствовал подкатывающий ком в горле. Слёзы умиления вот-вот готовы были выплеснуться из его ошеломлённых глаз. Радость от соприкосновения с нетронутым цивилизацией кусочком планеты переполняла его. Казалось, будто он сливается с этим Вселенским потоком каждой своей клеточкой. Настолько было сильным ощущение единства всего существующего на Земле.

Наблюдая с большой высоты причудливо изогнутые овраги, островки скудной растительности вдоль крошечных ручейков, тысячи холмов, гор и скал вдалеке, он откуда-то уже знал и ясно понимал, что всё это результат чьего-то длительного и трудоёмкого созидательного процесса. Не могла такая разнообразная и многочисленная жизнь сама собой появиться из мёртвой пустоты.

"Я не верю, что всё это возникло из ниоткуда. - мысли вихрем понеслись в голове Ингвара. - Вся эта красота и многообразие форм, размеров, красок. Да, Природа - это Создатель, но кто-то создал эту самую Природу и наделил её созидательными функциями. Ведь даже разрушительная сила стихий не уничтожает всё вокруг, а перестраивает и переделывает всё, придавая всему новые формы, не менее прекрасные, чем раньше."

Ингвар посмотрел вниз. Палатка стала ещё меньше, превратившись в маленькое жёлтое пятнышко. Теперь уже, судя по показаниям наручного высотомера, скалолазы были на расстоянии ста тридцати метров от неё.

 Молодой человек вдруг вспомнил ещё одно непонятное высказывание своего учителя: "Не говорите, если это не изменяет тишину к лучшему."