Синичка в небе

Размер шрифта: - +

Глава 6

Не знаю, почему я рассчитывала, что в день окончания испытательного срока Гордеев вызовет меня с самого утра и сообщит о решении, но прогадала: вместо этого в конференц-зале собрался совет директоров и начальник пропал с концами. У меня же в процессе было только одно задание: дело Шульцева. Папку Олеси Александровны я сдала сразу по требованию начальства, и так и не получила ответной информации. Данные о Юлии Новийской и ее романе (который полностью подтвердился по факту расшифровки записи), были также переданы Гордееву для принятия решения. И о них тоже не поступило вестей. Оставалось одно: позвонить Новийскому и узнать, не передумал ли он выступить за нас в суде. Этим я и занялась, вот только секретарша Сергея наотрез отказалась меня соединять… раз пять за утро. Отговорки находились разные и очень уважительные, но список был настолько разнообразен, что я подозревала в ее отношении месть за прошлый визит. В общем, врала она плохо. Если уж на то пошло, Катерина дала бы ей сто очков форы. Но бесило меня даже не это! Присмотритесь: в последний день моего испытательного срока все задания, кроме одного, были выполнены, а новых не поступало, и связаться с Новийским я не могла. То есть все это смахивало на заговор перед увольнением! Или на последнюю из проверок.

После обеда, во время которого меня старались игнорировать даже более тщательно, чем Иришку в отчетный период, я, не выдержав, схватила с вешалки пальто и сообщила ошалевшей Катерине, что направляюсь к Новийскому. Да, я сомневалась, что у меня выйдет проделать тот же трюк, что и у начальника, а именно прорваться сквозь голкипера команды противника и не получить за это по шапке, но разве попытка сохранить работу того не стоила?

Вспоминая деньки курьерской службы, по эскалатору я пробежалась, запрыгнула в вагон метро после того, как загорелся запрещающий сигнал, пролетела по подземке даже не глядя на таблички выходов прямо к зданию департамента финансов. Зная меня в лицо, охранник и не подумал озадачиться целью визита. Это сыграло на руку, так как я влетела в приемную на манер Гордеева, собираясь высказать секретарю все, что думаю, и заставить ее меня пропустить… но той не было на месте. Поэтому я просто постучала в дверь кабинета Новийского и вошла, не дожидаясь разрешения.

Картина, которую я там застала, надолго въелась в память: Сергей Афанасьевич прижимал к себе какую-то белобрысую девицу, причем явно не жену. Несколько секунд я соображала, не находя слов, а они, смущенно откашлявшись, отошли друг от друга не безопасное расстояние.

— Простите, вашей помощницы не было, и я… — начала я сбивчиво, решив, что это единственный приемлемый вариант приветствия в нашем случае.

— Заходите, — велел Сергей. — Но в следующий раз не мешает дождаться разрешения.

И вот мне снова указали на невоспитанность. Только на этот раз после того, как я поймала своего «учителя» на измене жене. Диссонанс был настолько явный, что даже сам Новийский мрачно на меня взглянул, не решаясь развить тему. Ну а мне это было только на руку.

— Простите, — ответила я без толики раскаяния, и Новийский нахмурился еще больше. Должно быть, слишком отчетливо прозвучало осуждение. С другой стороны, как было не ершиться, если он даже не удосужился застегнуть еще парочку пуговиц на рубашке. Благо хоть его подружка мне бюст не демонстрировала — вместо этого повернулась спиной. — Я целый день не могу до вас дозвониться, пришлось приехать. Секретарь не соединяет, ссылаясь на занятость, а… начальник, —  не решилась я назвать Гордеева по имени при посторонних, ведь мало ли чьей она шпионской может оказаться, — велел получить ваше решение после той информации, которую мы вам предоставили.

— Ульяна Дмитриевна. — А вот это обескураживало почище зажиманий в кабинете! Он же запомнил имя какой-то рядовой и временной помощницы своего знакомого с первого раза. — Я не бросаю слов на ветер. Вы свою часть обязательств выполнили, теперь дело за вашим боссом, его выход. Если он готов выполнить свою часть договоренностей, то и я готов к сотрудничеству, не сомневайтесь.

Вот только я ему не верила. Не после того, как он собрался развестись с женой, чтобы… чтобы что? Спать прямо в кабинете с этой тоненькой блондинкой? Разве это честно, что мы собирались оперировать супружеской неверностью женщины, если ее супруг был ничуть не лучше? Как я уже говорила, Сергей и Юлия казались созданными друг для друга. Он зарабатывал деньги, она — тратила, он изменял на работе, она — в кругу друзей. Они оба думали исключительно о том, что было интересно именно им. Так только ли Юлия была виновата в разрушении брака?

Я вдруг поняла, что все это время смотрела в спину девушке слишком красноречиво, чтобы это не сочли невежливым. Спохватилась, опустила глаза.

— У вас что-то еще?

— Да, можно ли получить номер вашего мобильного? Раз уж меня выбрали контактным лицом, неплохо бы иметь возможность связаться без тысячи отговорок.

Я понимала, что если сегодня мой последний день работы, то просьба излишня, но еще казалось, что таким образом я закреплю свое положение. Если у меня есть и то, и это, и просто вязанка достоинств (красные туфли — в авангарде!), то меня всенепременно возьмут. И, чуть успокоившись этой мыслью, добавила:

— Можете, кстати, сообщить секретарю, что если она будет использовать две-три отговорки из бесконечного списка в день, то ей будут верить больше, врываться в ваш кабинет с претензиями — реже, а народная любовь так и вовсе зашкалит.



Александра Гейл

Отредактировано: 10.01.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться