Синие Подсолнухи На Колесах

Размер шрифта: - +

СИНИЙ ЦВЕТ КРЕПОСТИ

 Ночь – лучшая художница, если кто и умеет обращаться с темными оттенками – то непременно она.

Художница, создавшая себе замок, построила его с помощью одной кисти и двух оттенков – синего и черного. Все самое красивое она выделила синим, чтобы привлечь к своей работе зрителей, а самое интересное закрасила черным, чтобы интерес зрителей не закончился по дороге к ее крепости.

Именно так волчья ягода, охватившая сознание девочки и фургон из Семидесятых, объясняла происходящие события.

Замок, заснувший на краю скалы, впустил гостей без стука. Хозяйка за пару минут до появления посетителей перерисовала дверь, чтобы самый крупный из ценителей безумной красоты смог попасть внутрь.

Она также быстро нарисовала несколько новых комнат, все той же одной кистью, и в качестве последнего штриха уверенным движением Ночь нарисовала на своем лице улыбку.

Ее рыжие волосы были собраны в необычной прическе.

Проигрыватель, с точностью срисованный из каталога одного антикварного магазина уже совершал десятый поворот виниловой пластинки.

Гостей встречала песня only if for a night

Акварель выпрыгнула из машины прежде, чем Подсолнух успел остановиться.

- Как здесь красиво! – Акварель не смогла скрыть своего восторга.

Фургон не успел ответить, так как на темно-синем пороге крепости появилась Она. Ночь.

- Благодарю тебя за комплимент. Я старалась. Не стесняйтесь. Проходите.

Стыд с ужасом наблюдал, как Акварель уплывает от него в разговор с несуществующей фигурой. Подсолнух ей во всем потакал. Вот и результат.

Эти двое разговаривали сами с собой. Сколько ягод она съела? Если больше трех – то велика вероятность, что они здесь надолго.

Подсолнух не хотел слушать красивую рыжеволосую женщину, его подкупала музыка. Все, кто уважал музыку настолько, что хранил ее на виниловых пластинках – вызывал у него глубокую симпатию.

И эта песня. Он никогда ее не слышал. Она заполняла синие стены, обливая их беспощадными звуками красоты. И когда во-второй раз прозвучал припев, Подсолнух почувствовал, что земля уходит из-под колес. Как же это было красиво! Словно они с Акварель стали частью некоей тайной церемонии, о которой никто не знал, кроме них троих.

В какую-то секунду фургон даже задумался, на самом ли деле слышит эту музыку или ему настолько хорошо, что вся хорошесть мира так завывает?

- У вас прекрасный дом! – заметила Акварель. – Сколько у вас картин! Мы с моим другом почти две недели ищем Приключения, и за это время чего только не увидели. Но ваши картины, - Акварель с открытым ртом рассматривала заполненные неизвестными работами стены, - они как будто живые.

- Приключения, говоришь? – заинтересовалась рыжая хозяйка галереи. – Я тоже с ними встречалась.

- Серьезно?

Женщина присела на мягкое, не до конца прорисованное кресло.

- Да. Одно время я этим на жизнь зарабатывала.

Акварель вновь раскрыла рот от удивления.

- Вы искательница приключений? Профессиональная?

- Ну, диплом я не получала, конечно, но, когда ты художник – охота за приключениями – неотъемлемая часть творческого процесса.

Пройдет время и Акварель вспомнит эту фразу, и много раз будет к ней обращаться, не догадываясь, кто именно поделился с ней такой важной тайной.

- Давайте я вам все покажу, - предложила Ночь, вставая с недорисованного кресла.

Акварель даже не заметила, как якобы поправляя платье, Ночь заполнила пустое пространство движением руки.

- Меня зовут Ночь, между прочим.

- Очень приятно. А меня – Акварель.

- Прекрасное имя.

Сегодня Ночь использовала акварель для создания своих картин.

Наша клякса забыла о присутствии четырехколесного друга, на что он ответил ей взаимностью, поглощенный неизвестной в Семидесятых музыкой.

- Я использую в основном темные оттенки, как ты уже могла заметить.

Рыжая ночь проследила за взглядом девочки. Юная художница с любопытством рассматривала несколько полотен со спящими городами.

- На подобные картины у меня особы спрос.

Акварель, не глядя на собеседницу, понимающе кивнула, однако ее взгляд блуждал от одной композиции к другой. Девочка пыталась кое-что разыскать.

Элегантная хозяйка крепости заметила смятение гостьи, поэтому вынула кисточку из уголка своей прически, обмакнула ее в свои густые рыжие волосы, а затем дорисовала над спящим городом луну.

- Так лучше?

Акварель не хотелось показаться грубой, поэтому она решила объясниться.

- Вы только не оскорбитесь, пожалуйста, не хочу показаться знатоком или выскочкой.

Женщина улыбнулась.

А Стыд в этот момент был готов сброситься со скалы, глядя как его подопечные сходят с ума. Одна – расхаживала между камней, то восхищаясь крышами домом, то едва ли не аплодируя густым деревьям, убежденная, что все это – картины. Другой – раскачивался на своих колесах, как старый дед, подпевающий музыке, играющей в его сумасшедшей голове.

- Я вижу в тебе творца, поэтому и прислушалась к твоему взгляду. С луной, конечно же, лучше.

Акварель была сопровождена и к другим работам. Ночь продемонстрировала ей полотна, показывающие тайны людей, их чувств, событий. Девочка и представить не могла, что Ночь может быть столь значимой в искусстве.

- Да, - прочитала Ночь мысли юной коллеги, - все именно так. К сожалению или к счастью, но использовать в своих работах я могу только особенные цвета, но предпочитаю принимать это как должное, или даже как изюминку.

Акварель посмотрела на Ночь, она хотела запомнить, как выглядит лицо женщины, создавшей темные аллеи из аккуратных деревьев, спрятанных за сотнями оттенками.



Дмитрий Говори

Отредактировано: 06.01.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться