Синий цвет солнца. На рубеже

Глава 5

Глава 5

 

Открыв дверь в прихожую, Николь столкнулась со Стеф.

– Привет. Ты как? – Стеф говорила так, как будто ничего не произошло.

– Терпимо. Пойду к себе, переоденусь. Что-то мне стало жарко.

Зайдя в свою комнату, она отметила, что кто-то заботливо закрыл шторы, отчего здесь царил полумрак и прохлада. Накинув на себя тунику из лёгкого шёлка, Николь села на диван и стала рассматривать себя в маленькое зеркало. Белки глаз всё ещё оставались красными, но зрачок уже приобрёл нормальные округлые очертания. Зато радужка стала охряного цвета.

Через некоторое время в комнату постучали. Дверь открылась, и на пороге появился улыбающийся Тони.

– Привет, ребёнок, – он всегда так называл дочь. – Как жизнь?

– Отлично, пап, – она вздохнула и отбросила зеркало на диван. – Бьёт ключом и всё больше по голове. Я на грани помешательства.

– Ну-ну, – улыбнулся Тони, – раз ты шутишь, значит всё не так уж и плохо. Он присел с ней рядом и приобнял. – Мама вкратце мне всё обрисовала, – вздохнув, произнёс он. – И что ты обо всём этом думаешь?

– Много чего, но в голове каша и, если честно, я и половины не поняла из того, что она мне рассказала. Что-то про прапрапредков, смешивание родов, какие-то кланы, вампиры, выдающиеся способности. И теперь во всю эту белиберду я пытаюсь вставить себя, твою дочь.

Вдруг она переменилась в лице и с ужасом в глазах посмотрела на отца.

– А может, я и не дочь твоя вовсе? И ты…

– Стоп, – оборвал её Тони, – я последней фразы не слышал. Ты – моя дочь, и никаких сомнений. И самое главное – мы очень сильно тебя любим.

Николь почувствовала, как противно защипало в носу и из глаз потекли слёзы. Она подвинулась к нему поближе и прижалась к плечу. Он молча гладил её по голове, давая выплакаться. Сейчас она была его маленькой девочкой, которую обидели.

Вскоре её всхлипы стали реже, и Тони протянул ей платок. Николь вытерла слёзы и произнесла:

– Пап, ну что во мне такого, что здесь такой переполох?

– Понимаешь, – задумчиво произнёс Тони, – сейчас ты – уникальный результат слияния двух совершенно противоположных семей. И никто не может сказать, что будет с тобой в ближайшее время, и как ты будешь себя вести.

– Но Стеф сказала, что так бывает со всеми такими, как мы.

– Не со всеми. С большинством. Понимаешь, сейчас родственные связи очень запутаны. Старейшины стараются отслеживать чистоту линии, и у них есть определённые правила. Они либо продолжают линию чистокровных, создавая пары из себе подобных, либо из них готовят наставников. Вот Стефани из таких. Она наставник.

От этих слов Николь стало ещё страшней: старейшины, чистокровные, она – какой-то там «результат слияния», причём совершенно непредсказуемый.

– Эй, ребёнок, ты что, боишься? – отец легонько толкнул её в плечо. – Это на тебя не похоже. Ты же всегда была смелой. И потом, мы же рядом и в обиду тебя не дадим. Всё будет хорошо.

Он обнял Николь и поцеловал в макушку. Она прижалась к его широкой мускулистой груди и снова расплакалась. Но теперь это были другие слёзы. Слёзы жалости к самой себе.

Через некоторое время успокоившись, Николь отодвинулась от отца.

– Извини, я намочила тебе рубашку, – произнесла она, шмыгая носом.

– Это ничего. Тебе полегчало?

Николь кивнула головой. На душе, и правда, стало спокойнее.

– Ну, тогда пойдём пить чай. Я принёс твои любимые пирожные.

– Со сливочным кремом?

– С кремом, с кремом, – улыбнулся Тони, поднимаясь с дивана. – Ты всё та же сладкоежка.

Обернувшись в дверях, он добавил:

– Да, кстати, твой день рождения уже совсем скоро. Ты порадуешь нас своим присутствием?

– Порадую, порадую, – Николь промокнула глаза салфеткой, – только обещай, что расскажешь мне всё без утайки. Кто, с кем и, главное, когда. Я так понимаю, что вся эта история длится уже довольно долго?

– Да уж, не одно столетие, – подтвердил Тони, подходя к двери. – У нас будет с тобой для этого время.

Оставшись одна, Николь почувствовала, что ей стало намного легче. Она снова была полна сил, ей хотелось совершить какое-нибудь открытие или побить один из мировых рекордов. Поднявшись рывком с кровати, она подскочила к окну, и, зажмурившись, широко распахнула шторы.

Солнце ворвалось в комнату и затопило все её уголки. Николь чувствовала, как солнечные лучи порхали по её коже, но они уже не вызывали такой реакции, как вчера. Набравшись смелости, она потихоньку открыла глаза.

Она видела, как в воздухе летали мелкие пылинки, разучивая свой незамысловатый танец. Солнце слепило, но так бывает всегда, когда смотришь прямо на него. А сейчас в глазах не было сильной рези или боли. « Значит, я стала намного спокойнее реагировать на свет»,- с удовольствием отметила она.



Ольга Иминова

Отредактировано: 25.11.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться