Сирень для счастья или Проклятие под маской

23

Лесная нечисть стала обступать меня, но не успели они прикоснуться к платью как волной их разбросало от меня. Фея, кривляясь подошла ко мне и с ухмылкой взяла за руку.

— Какая забавная вещица, всех разбросала, защищаешь эту значит, ладно, ладно… — она разговаривала с кольцом?! — Снимай его...

— Не сниму!

— Почему?! —фея нехорошо сверкнула глазами цвета земляники.

— Оно мне понравилось…

— Мне тоже, снимай… — злобно шипя, она обходила дерево вокруг.

— Не-а, точнее не могу снять, я уже пробовала, попытайтесь сами, может у вас лучше получиться. — вдруг у этой странной феи получиться снять, и я тогда… Тогда выброшу его!

Фея потянула за кольцо сначала слабо, потом сильнее, потом упираясь в дуб ногами, причем обоими.

— А-а-а... Вы что с ума сошли, вы руку мне оторвете или пальцы до колен вытяните, сказала, же не снимается-а-а...

— Вот елкин лешак… — она постучала по желтоватым зубам своими коготками.

— А чего оно вас-то не отбросило...

— Да как оно на свою поднять лапы... листья… или, что там у него, силы свои может.

— В смысле свою? — а вот это уже интересно.

— Так мое же оно, точнее наше. — улыбка её сейчас напоминала оскал мертвяка.

— Наше это чье? Уточните пожалуйста!

— Матери лесов и ее детей, фей и эльфов!

— Мм, ну что ж, было ваше, стало наше... — да, язвить мне очень нравиться, особенно видеть, как некоторых это выводит из себя.

— Не хами красавица, я же и отомстить могу... — фея приблизила ко мне свое лицо и выдохнула болотным перегаром. Я зашлась в кашле от смрада.

— Мухоморчиками чаще закусывать надо... Кхе, кхе... А колечко мне подарили, теперь оно мое, все законно. – сколько же гниет эта странная фея в лесу, что так смердит от неё.

— Нет! Оно не должно быть в руках человека! — взвизгнула клыкастая фея. — Ладно, еще ворлоны, они хоть родственники, пусть и дальние, но родственники, хотя и они не достойны. Да! Только мы феи лесов, достойны этого кольца! — она вознесла к небу свои длинные тощие руки и зеленое лицо, визжа на весь лес, так, что вороны с криком улетели и с елей стали осыпаться иголки. — Тьфу, тьфу... елки иголки, кто вам разрешил осыпаться!

— М-да, а вы дамочка явно не в себе. — кто сказал, что наглость я растеряла в академии?! — Рот-то закрывать нужно, когда в лесу ветренно… Хи-хи…

— Но-но... Это колечко, можно сказать, у нас украли. М-м, эта эльфийка, родственница, связалась с ворлоном, даже не презрев его проклятый облик. — фея приблизила ко мне лицо и тихо сказала, — Хотя по правде сказать, сама была не лучше. А чего с нее взять, если лесная эльфа связывается с лешим, ты посмотри на него, что от этого может красивого народиться... Безмозглая идиотка поддалась на уговоры дочери, только показать и все! — фея противно кривлялась, даже шишки на платье попрятались. Но о чем она говорит, понять я не могла. — Ага и все, в итоге, дочь помолвлена, кольцо потеряно. Дура, внешностью в папашу, а умом в мамашу. Чего с них взять эльфы... Глупые…

—… Мудрые...

— Очеловечились совсем, бледные, безобразные…

—…Прекрасные…

—… Расточительные…

—…Щедрые…

— Хватит комментировать! Единственное, что у нас с ними общего это любовь к лесу.

— Ага, только они дружат, н-ну почти со всеми и к деревьям мирных путников не привязывают. А люди у них в лесах не пропадают, а возвращаются домой, а из вашего леса еще никто не вернулся… как его там, а-а Азоркин Нетуть. Ну и названьице…

— А нечего сюда шляться.

Нам рассказывали, что раньше он назывался просто лес Узоркин, красивый потому что был, особенно зимой, а потом вдруг люди стали там пропадать постоянно. И вроде как один деревенский, сказал про барина, что тот, мол, пошел к Узорке и ненуть барина. И что-то так его там напугало, что стал он повторять это постоянно, пока всем не надоело и не дали ему по голове березовым дрыном, тот слегка сначала тронулся умишком, а потом ничего отошел. А лес с тех про стали звать Узоркин Нетуть, а как переделали Узоркин, на Азоркин, уже толком никто и не помнил.

— Лес мой, точнее наш! И никто не смеет пользоваться его дарами, кроме нас! — не унималась визжать фея.

— Лес не ваш, он общий, вот эльфы…

— Эльфы ваши, дураки… Ладно, что будем делать с колечком, как снимать-то? — фея прищурилась, взяв меня за руку.

— Да зачем вам оно, сделайте себе еще. — она так страшно выпучила свои земляничные глаза, словно я ей розу в мох посадила. — А что, по-моему, вполне хорошее предложение.