Система.Город под куполом.

Размер шрифта: - +

Глава 2. Второе "Я".

Вспышка света, и снова темнота. Надо ползти, туда к воронке укрыться. Острые камни царапают руки неважно главное доползти. Снова вспышка на этот раз ближе, резкая боль в ноге наверно зацепило осколком. Нельзя останавливаться, надо ползти еще пятнадцать метров. Ужасно гудит в ушах, за шиворот набилась земля, болит нога, царапаются проклятые камни. Десять метров, закричали слева, неважно надо добраться до чертовой воронки. Дрожащие пальцы уже нащупали разрыхлению взрывом морозную землю, удалось, добрался. Ничком сполз вниз, теперь надо отдышаться и перетянуть ногу ремнем. Снова боль, ничего пройдет, а без этого никак. Выстрелы, близко, надо прикрыть тех, кто сзади. Главное сильно не высовываться там точно есть снайпер, может даже два. Выстрел еще выстрел, вспышка…

Крис проснулся в холодном поту, было еще рано за окном светил фонарь. Сон это был всего лишь сон, но какай реальный, будто все это происходило секунду назад. В горле пересохло, поэтому тихо, чтобы не разбудить деда парень спустился на кухню, не включая свет, налили воды и сел за стол. Бешено колотилось сердце, словно пытаясь выпрыгнуть из грудной клетки. Неожиданно включился свет. Кристофер вскочил из-за стола, расплескав практически всю воду из стакана.

- Ты, что такой нервный? - спросил Артур.

- Да ничего, кошмар приснился, кажется про войну. А ты что не спишь? – Вопросом на вопрос ответил парень.

- Пожилые люди мало спят. А то, что приснилось, ну так всем снится, да и вчерашний денек у тебя выдался тот еще, так что просто у тебя воображение разыгралось. Кстати хорошо, что рано проснулся, поможешь отрегулировать тягу, а то рухнешь где-нибудь за городом, ну а может даже в городе. Так, что давай, одевайся, - говоря это, Артур потряс ящик с инструментами так, что они громко звякнули.

Даже здесь под куполом чувствовались первые осенние холода, несмотря на всю хитроумную систему обогрева города. Поэтому Артур поднял ворот своей куртки, дожидаясь возле дома, когда оденется внук. Было тихо, город спал.

Только вдалеке ели заметно виднелось сияние из центра города. Центр преображался ночью, многочисленные ночные клубы зажигали свои неоновые вывески, завлекая посетителей как мотыльков на яркий огонь. Там играла какофония, состоящая из музыки, доносящейся с ночных заведений, смеха и рева двигателя машин.

Давным-давно, когда Артур был молод, он обязательно был бы там, в одном из ночных клубов сидя за барной стойкой и попивая колу с виски, точнее коктейль который имел такое название, настоящий виски с колой он никогда не пробовал. В одну из таких прохладных ночей он встретил её. Допивая уже четвертый стакан, и уже собираясь идти, домой, что бы порядком проспаться Артур заметил девушку, которая привлекла его внимание.

 Она не была красавицей, но было в ней такое, что моментально привлекло к ней внимания тогда еще молодого двадцатичетырёхлетнего мужчины. И предметом, который просто приковал взгляд Артура, был альбом и карандаш в руках незнакомки. Кто же ходит на дискотеку с карандашами? В силу своего природного любопытства он решил это выяснить. Но с ужасом понял, что боится, боится подойти сказать привет и спросить, зачем ей бумага и карандаши здесь? Выпив еще пару стаканов неизвестного коктейля, Артур набрался храбрости и, шатаясь, пошел в сторону расплывчатой фигуры. Теперь самым сложным оказалось не подойти, а подойти, так что бы ни умудрится опорожнить содержимое своего желудка на ближайший стол.

Точно о том, как он в первый раз заговорил с Джулией. Он плохо помнил, возможно, из-за того, что время пылью осело на воспоминаниях, а может, потому что тогда был пьян вдрызг. Помнил только улыбку, которой могла улыбаться только она, и то, как он провожал её пешком до дома, почему-то не взяв такси. Было так же прохладно, потом они встретились снова и снова. Все закружилось, казалось, еще вчера они познакомились, а уже прошло уже два года.

Свадьба. Рождение Ричарда за два часа Артур выкурил столько, что пора было ставить ведро вместо пепельницы.

 Джулия была необычной, она всегда рисовала на бумаге или на холсте, вместо более удобного планшета. Незаметно для себя менялся, и Артур на него влияла жена. Годы летели как страницы в календаре, пока среди белых страниц не попалась черная. Джулия умерла от кровоизлияния в мозг, в голове лопнул какой-то сосуд. Дом стал пустым, Ричард практически все время проводил в школе, а когда был дома, сидел в комнате, с интересов препарируя очередную проекцию лягушки на столе.

 Было больно и что бы заглушить боль Артур пил, пил, сколько мог, а когда не мог, тоже пил закусывая очередной порцией успокоительных. Время шло по кругу похмелье, работа, дом с уже готовой бутылкой на столе. Однажды, когда он вышел из туалета, в котором царил запах рвоты не перебиваемый никакими освежителями воздуха. К еле стоящему на ногах мужчине, облокотившемся об стену что бы не упасть подошел Генри и заглянув в мутные глаза отца сказал «Пап может, хватит?». Он сам понимал, что хватит, поэтому, потрепав сынишку за голову, пробормотал, нечто одобрительное. Следящим утром Артур выкинул в мусорный бак бутылки как пустые, так и полные. Вечером, вернувшись с работы, Артур снял все картины со стен и оттащил их на чердак, слишком сильно они напоминали о ней. Среди них была и та, что Джулия не успела дорисовать. Что бы занять себя чем-то Артур начал строить непонятное поначалу сооружение на заднем дворе.

 Руки работали сами, поэтому осознание того, что это теплица пришло уже тогда, когда она была уже почти готова. Найдя семена роз, лилий, тюльпанов у знакомых Артур впервые жизни начал работать с землей. И, черт побери, ему это нравилось. Снова зашуршали года-страницы. Сын рос, окончил школу, поступил в институт, закончил с отличием, женился на Ольге девушке с ярко зелеными глазами и громким смехом. Такие же глаза у Криса может поэтому…

 Потом неожиданно появился Крис и первое дерево в теплице - яблоня. Жить стало веселее, не смотря на проклятый взрыв, который отнял возможность ходить. Главное дом не был уже пугающе пустым. И снова черная страница. Было не так больно, потому что было больно все это время, как умерла Джулия. Просто Артур научился жить с этим, хорошо, что остался внук и теплица. С возрастом он стал подниматься на чердак и смотреть на картины, хоть это было сложно сидя в инвалидной коляске. Все чаще взгляд его задерживался на недорисованной картине. На холсте было старое полусухое дерево, с которого медленно опадали листья. И вот на скрюченных ветках остался последний листок, который вот-вот оторвет и унесет ветер. Невольно Артур ассоциировал дерево с собой, его весна прошла, пролетело и лето, настала осень и все близкие люди, словно листья уносились вдаль ветром. И сегодня в такую же прохладную ночь как десятки лет назад во времена его весны, сегодня улетит последний лист возможно навсегда. Сзади скрипнула ступенька.



Каверин Вениамин Николаевич

Отредактировано: 23.07.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться