Сказка должна быть доброй

Размер шрифта: - +

Так по-человечески (пунктуация на выбор: {?},{ ...}|,{ - .})

Человеку доступно множество механизмов восприятия действительности. Это и зрение, и обоняние, и осязание, и, конечно, слух. Причем, в состоянии сна последнее чаще всего становится основным. Как же здорово пробуждаться от тихого шелеста ветра, или шума дождя, или ласкового шепота близкого человека! Тогда вместе с тобой в душе просыпается тепло, радость и счастье. Насколько это приятно? Наверное, настолько же, насколько неприятно вскакивать от дикого грохота. Когда тебя буквально подбрасывает на матрасе неясная тревога, порождающая в душе ужас. И ты, еще толком не проснувшись, уже сидишь с широко распахнутыми глазами и бешено колотящимся сердцем. А если сидящий на подоконнике мужчина резво оказывается рядом и, вручив тебе ребенка, командует: 'Охраняй', а потом хватается за нож и разворачивается к двери, то все становится еще хуже. Ведь кто-то отчаянно ломится в комнату. И вот-вот ворвется: хлипкая дверь при таком напоре не выдержит и минуты. Так и вышло.

  Как только дверь распахнулась от очередного удара, Ворон, не мешкая, метнул нож. Однако железка лишь печально звякнула об пол, отбитая хитрым финтом рогами. Издав воинственное 'му-уу', корова пригнула голову и пошла в атаку. Для полуэльфа это было, видимо, полной неожиданностью, так как единственное, что он сумел сделать - схватил буренку за рога, не дав ей себя проткнуть. Впрочем, я тоже не сразу вышла из ступора. То ли спросонья, то ли от дикости происходящего. И только лишь когда Ворон оказался прижатым к стене, а проснувшийся ребенок заорал во все горло, я вмешалась в ситуацию, крикнув:

  - А ну тихо!

  К счастью, подействовало. И самое интересное, что на обоих. Ребенок замолчал, а корова ослабила натиск и, мотнув головой, отошла на полшага назад. В этот же момент в комнату вбежал бледный, как полотно, конюх с вилами в руках, а за ним показался хозяин таверны с заряженным арбалетом. Обернувшаяся на звук корова внимательно уставилась на оружие, чуть склонив голову набок. Сообразив, что может случиться дальше, я поскорее встала с кровати и, встав на возможной линии огня, поспешила снять напряженность, покачивая собирающегося заплакать ребенка.

  - Все в порядке! Все целы!

  Однако хозяина, похоже, это не особо интересовало, хотя арбалет он опустил. А затем окинул взглядом испорченную дверь и обратился ко мне:

  - Твоя живность?

  И хотя тон был не совсем вопросительный, я все же кивнула, а он продолжил:

  - Стоимость ущерба включу в счет, а ты, - взгляд на конюха, - сам решай, что стребуешь. Бумаги для судьи подготовим. Совсем вы, люди, обнаглели! Мало того, что из-за ваших зверей мне дополнительный персонал держать приходится, так они мне еще его пугать будут и имущество портить! Твоя собственность, тебе и отвечать за ее дела! Каждый год из-за этой ярмарки дребедень какая-нибудь случается! Богатенькие идиоты своих чад развлекают, а мы тут мучайся!

  И продолжая ругаться в том же духе, хозяин пошел прочь. Я же перевела взгляд на конюха. Его бледный дрожащий вид красноречиво свидетельствовал: напуган здорово. А первое средство в таком случае - выговориться.

  - Что случилось? - как можно мягче поинтересовалась я.

   - Я совершенно не понимаю, как это вышло! - пролепетал парнишка, опираясь на вилы и внимательно смотря на замершую статуей корову. - Не знаю, что на нее нашло! Стояла себе тихонько, как вдруг в окно глянула и взбесилась! Разломала коновязь, чуть хозяина не пришибла. Мне, конечно, говорили, что потерявшие разум звери - это страшно. Но я даже не представлял насколько! Я так испугался, что даже о магии забыл! Напрочь!

  - Давай и об этом забудем, ладно? - в тон мне сказал Ворон, подходя к конюху и протягивая ему небольшой мешочек.

  Взвесив на ладони подношение, эльф мигом обрел душевное равновесие. И, на мой взгляд, даже чересчур хорошее. Скорчив скорбную мину, он выдал:

  - Да как же я об этом забуду? Как...

  - По-хорошему, - холодно оборвал его Ворон.

  Я не видела лица полуэльфа, но по его тону и виду конюха смогла представить жесткость черт и взгляда. Видимо, они были достаточно убедительными, ибо парнишка коротко поклонился и, уверив, что все уже забыл, поскорее убрался восвояси. Ворон же кое-как приладил покосившуюся дверь к косяку и обернулся к нам.

  - Ну? - спросил он, скрестив руки на груди.

  Интересно, какие именно вопросы и упреки были на этот раз заключены в этом емком междометии? В устах братца это обычно звучало как синоним фразе 'во что ты опять вляпалась?' Здесь же подтекст мне был не особо ясен, но, правда, и не столь важен. Поэтому, сев обратно на кровать, я рассказала полуэльфу все, что могла по поводу нашей внезапной 'гостьи'. Которая, кстати, так и простояла, не шелохнувшись, весь рассказ, скромненько потупив глазки. Когда же я закончила, Ворон полез в сумку и, достав оттуда связку кристаллов, повернулся к корове:

  - Поговорим?

  Однако ответом ему было гневное 'му' и угрожающе склоненная голова.

  - Это всего лишь транслятор мыслей! - поспешил объяснить полуэльф. - Могу поклясться чем угодно, что он тебе не навредит!

  Пару секунд подумав, корова все-таки кивнула, а едва связка камней коснулась ее лба, как в комнате зазвенел мелодичный, хоть и раздраженный, голос:

  - И тебе еще хватило наглости припереться сюда, мерзавец остроухий! Или тебе удовольствие доставляет жизнь другим портить?! Мало ты потешился?!

  Так как мысленные реплики сопровождались гневным раздуванием ноздрей и притопыванием копытом, то эффект был впечатляющим. Ворон даже не сразу нашел, что сказать, однако чуть дрогнувшим голосом выдал:



Валерия Воронина

Отредактировано: 25.03.2016

Добавить в библиотеку


Пожаловаться




Books language: