Сказка о Сестре-Луне, о тьме и о западном ветре

Размер шрифта: - +

Сказка о Сестре-Луне, о тьме и о западном ветре

Давным-давно, у Матери-Солнца было две дочери, послушные и славные. Днем они спали у нее за пазухой и пили ее свет, а ночью, когда Мать-Солнце ложилась спать, следили за миром с темных небес. Ночь за ночью они сидели на краю небосвода, расчесывали серебристые косы, и тусклое сияние, отражение света их матери, лилось на мир, делая ночь светлее. Луны пасли звездное стадо на небесных пастбищах, ветра гнали облака на водопой, и тьма, притаившаяся меж скал и в глубинах лесов, прятала клыки и когти, зная, что сестры зорко смотрят за ней. Одна уставала - вторая в силу входила, и никогда ночь не была черной и пустой.

Однажды, когда старшая Луна отдыхала, спрятавшись в тени, младшая ее сестра уронила гребень.

То ли ударил ее под руку озорной западный ветер, то ли сама рука ослабела на сотом взмахе, но гребень выпал - и слетел яркой звездочкой куда-то за темный лес. Ахнула младшая Луна: нет гребня - и волосы потускнеют, не будет света в ночи, усмехнется тьма клыкастая - и покажет нос из темных ущелий, из болотных глубин и из-под корней мертвых деревьев. И пока не исчезла с неба царапина от гребня, младшая Луна решила пойти за ним и вернуть.

Думала, наверное, что просто поднимет его с поля, или снимет с ветки высокой ели, или достанет из прозрачного ручья, на дне которого серебрится и сверкает упавшая звезда. Только не в ручье он лежал, а в глубоком омуте, но того Луна не знала пока.

Не стало Луны на небе - разбежались облака, спрятали за рваным пологом звезды, разогнались ветра и завыли злобно. Потемнело вокруг, и из болот и из-под корней мертвых деревьев, из глубоких пещер и ущелий, из самих сердце людских потекла тьма - густая, голодная, полная клыков и когтей и быстрых кожистых крыльев. Твари ночные захохотали и спутали тропы.

Шла младшая Луна за своим гребнем по одной тропе - а та ее обманула и завела в болото, где на самом дне не звезда сияла, а гнилушки. Расплакалась Луна, хотела назад повернуть - тропы как не бывало, лишь тьма вокруг стоит и скалится, смеется, клацает зубами. Тогда Луна нырнула в болото - и только ее и видели.

Проснулась Мать-Солнце, увидела, что случилось, и нахмурилась. Поймала за ворот западный ветер: где, спрашивает, дочь моя младшая. Ветер рассмеялся: уронила, ответил он, гребень свой в омут - и сама нырнула, но не в этот омут, а в другой, и сидит теперь по ту сторону воды, расчесывает косы пальцами, прядь за прядью перебирает, вплетает в них болотные травы, на небо смотрит - а вместо звезд у нее гнилушки одни вокруг.

Мать-Солнце разозлилась, спрятала западный ветер в бутылку, разбудила старшую Луну: иди, говорит, за младшей своей сестрой, ищи ее, пока не найдешь, и верни ее мне, а я, говорит, пока за звездами смотреть буду - нельзя мне на землю, сожгу ее, стоит лишь руку протянуть ближе, чем на полвздоха.

Делать нечего, и спустилась старшая сестра с неба по лестнице из воздуха и дождевых нитей, и был у нее в котомке западный ветер, запертый в бутылке, и серебряный гребень, и материнский свет, свернутый в клубок.

Шла Луна по земле и в каждый омут заглядывала, искала сестру, но видела лишь свое отражение, которое рассыпалось осколками, стоило протянуть руку. Шла по лесам и полям, между горных вершин, и у темных рек, текущих в равнинах с севера к югу, и дошла до болота. А в болоте тьма смеется и скалится, и стоит у тропы черный зверь шестилапый о четырех крылах, глаза его огнем горят: уходи отсюда. Тропы за его спиной змеиным клубком вьются: не смей на нас ступить, вмиг пропадешь. Болотные огни вдалеке мерцают: пойдешь за ними - и уведут в сторону, в глухую топь заманят.

Сестра-Луна испугалась сначала, но рассмеялся снова западный ветер: гребнем своим, говорит, расчеши тропы, лягут, как косы твои, ровно, стежка к стежке, колея к колее. Клубок брось под ноги и держи за ниточку - свет Солнца ни с чем не спутать, ни один морок близко не подойдет. А меня, говорит, выпусти из бутылки, я уведу зверя, заиграю его, как щенка, потому что щенок он и есть - даром что о четырех крыльях, о шести лапах.

Все сделала Сестра-Луна, как он велел: и вмиг расплелись дороги, попрятались

болотные огни, потускнели от света Матери-Солнца, и черный зверь унесся вслед за западным ветром. Расступился лес, открылось болото - глухое и злое, и омут в нем был черный - а на дне того омута, с другой стороны воды, сидела младшая Луна и перебирала пряди пальцами, ставшими тонкими, как тростник.

Протянула старшая сестра руку, идем, говорит, за мной, но младшая лишь взгляд отвела: я бы пошла за тобой, сестрица, ответила, но травы болотные в волосы вплелись, вода гнилая, зеленая в глазах плещется, не пускают меня к тебе. На дне омута гребень мой лежит, я вижу его сквозь марево, но не дотянуться, не достать мне его, как тебе меня не вытащить, хоть ты плачь, хоть не плачь - не отпустят меня с этой стороны воды к тебе.

Так и сидели они рядом, но далеко, и плакала старшая сестра-Луна, и где падали ее слезы, там родники появлялись.

Прошел день, наступила еще одна темная ночь. Звезды прятались за рваными облаками, ветра выли тоскливо, твари из тьмы скалились, хохотали, но не подходили близко, словно боялись чего-то. Сестры-Луны заснули с рассветом, а на закате появился западный ветер, растрепанный и счастливый: вижу, сказал он, ты нашла сестру, но нет ей выхода с той стороны, пока ты не заплатишь за нее выкуп.

Растерялась старшая Луна, осмотрелась: был у нее гребень и материнский свет, свернутый клубком, и пара колец на тонких пальцах, и серебряные монетки на ожерелье. Хватит ли? Рассмеялся западный ветер и покачал головой: нет, сказал он, мало этого, нужна плата особая. Отдай, говорит, свои косы болоту. Пройдет время - новые отрастишь.

Взяла Луна нож острый - и обрезала волосы, как серпом колосья. Косы ее сползли в болото двумя серебристыми змейками, и тогда вышла младшая Луна из омута, тусклая и пустая, как скорлупка.

Западный ветер посмотрел на них и сказал: ночь спускается скоро, твари, живущие во тьме, не захотят отпускать вас, поэтому бегите быстрее и не оборачивайтесь, пока не ступите на небесную лестницу. А я, сказал он еще, отвлеку их всех, тропы за вами спутаю и братьев подговорю мешать темноте, нырять ей под крылья.



turnezolle

Отредактировано: 24.12.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться