Сказка о волшебном флаконе

ГЛАВА 4.

Очнувшись через какое- то время, Аделаида побледневшими глазами обвела взором комнату. Что это с ней? И где она? Но тут внезапная боль в голове, словно на какой-то миг, осветили ее печаль и горе. Слезы и отчаяние мгновенно овладели ее душой и телом. Ибо она тотчас же все вспомнила : ее любимый, ее Уэверли,  погиб. А вместе с ним  рухнули  и все ее надежды на счастье и безоблачное  будущее.
Конечно, после него останутся замок и наследство, причитающиеся ей как вдове благородного маркиза. Но что ей до того? Раз нет Уэверли- значит, и все остальное теряет для нее всякий смысл и значение.
" Ведь жизнь без любви пуста и никчемна, как и цветок без солнечного света и тепла",- внезапно подумала она, подойдя к окну и протянув к нему дрожащие руки.
- Аделаида, нет! Постой, остановись! Не делай этого! - тут же прозвучал полный ужаса и отчаяния вопль.
Руки несчастной в то же мгновение опустились, а сама она, ужаснувшись от осознания того, что могло произойти, повернулась назад и удивленно замерла. Ибо там стояли Мери,  ее муж Том и поникшая от переживаний и горя их несчастная мать. В их глазах стояло столько понимания и заботы,  что Аделаида тут же устыдилась и полностью осознала свою вину. Да, конечно, ей очень тяжело жить без своего любимого, это так.  Но и причинять боль и страдания своим близким она тоже была уже не в состоянии. 
- Дочка, еще не все потеряно,  глядя в остекленевшие глаза Аделаиды, произнесла наконец-то подошедшая к ней мать.- Я уверена,  что твой муж жив. И вы непременно с ним встретитесь. Так что приободрись и воспрянь духом ! 
В глазах Аделаиды внезапно зажегся огонек, и тут все присутствующие с удивленим заметили в них проблеск жизни и былой энергии, казалось бы, навсегда ушедшие из ее тщедушного и хрупкого тела.
- Ты и в самом деле так думаешь, матушка ?
Та утвердительно кивнула в ответ.
- Он же просто исчез, - спокойно констатировал сей факт Том.- Ведь если тело его до сих пор не нашли... то это может означать только то, что он и в самом деле цел и невредим и в данный момент может быть где угодно. 
- Если бы у нас был только какой-либо волшебный предмет, который нам помог бы узнать, что с ним, и помочь ему,- осенило тут несчастную девушку.
- Но он у нас и в самом деле есть, - произнесла вдова Мартинес. - И как я могла об этом позабыть ?
- Ты это о чем, матушка ?- испугавшись ее несколько оживленного вида и чуть порозовевших от смущения щек, спросила подошедшая Мери, слегка приобняв ее за плечи.
- Как о чем ? Конечно же, о нашем чуде, способном полностью изменить нашу жизнь. Неужели вы позабыли о даре феи - волшебном флакончике, исполняющем любые пожелания владельца ? В суматохе и треволнениях, так перевернувштх нашу жизнь,  я совсем позабыла о нем и оставила в нашей хижине. Слава богу, что теперь я вспомнила , об этом. И кто знает, возможно, это и решит все наши проблемы, вставшие на нашем пути.
- Чудесно,- засветились глаза Аделаиды. - Как хорошо, что ты вспомнила об этом. Ничто мне не помешает теперь вместе с вами отправиться в путь и вернуть этот волшебный подарок. 
Но на лицах окружающих,  услышавших эту неожиданную весть, тут же отразились ужас и недовольство, вслед за чем последовали и возмущенные крики и протесты :
- Нет- нет! Ты должна остаться дома !
- Тебе не стоит этого делать, Аделаида. Ты ведь еще так слаба,- наконец-то выразив общее пожелание, произнесла Мери, когда разлеглись первые крики и вздохи возмущения и разочарования бедной девушки. -  К тому же кто лучше тебя позаботится о своей маленькой племяннице? Кто, если не ты, ее любимая тетушка ?
- Но ведь с ней Пэнни,- последовал робкий ответ. 
Незадолго до родов Мери  ее мать пригласила одну крестьянскую девушку, оставшуюся без гроша в кармане на улице, нянькой к ним в дом. Русоволосая, с длинной косой на плече, улыбчивая и добрая, она сразу же пришлась всем по душе. А в особенности- малютке, которая тут же потянулась к ней, стоило лишь девушке взять ту на руки.
- Нэнни еще так юна и неопытна,- заметив колебания дочери, сказала вдова Мартинес. - Ну а ты своей мудростью и советом если что  поможешь ей.
- Так что лучше не спорь, сестричка, а оставайся-ка лучше дома, - схватившись за ручку двери, улыбнулась Мери. - К тому же время быстро пройдет. Не успеешь оглянуться и глазом моргнуть, как мы все уже будем дома.                                                                                                                                                                                    Однако скоро сказка сказывается, да не скоро дело делается. Прошла уже наверное почти половина дня, как усталая троица после мытарств и приключений на дороге наконец-то прибыла к месту назначения. 
День уже клонился к вечеру. Усталые жители возвращались к своим уютным домам и близким, которые их так долго и нетерпеливо ждали. Во всех домах горел свет, как маячок, указывающий усталым путникам дорогу домой. И только лишь на улице было тихо и пустынно. Это настораживало и одновременно пугало.
Мэри вдруг стало как-то нехорошо,  и в поисках утешения и поддержки она даже ухватилась за руку мужа. Тот, словно поняв ее внутреннее состояние, тут же крепко сжал ее пальчики и молча улыбнулся, кивнув при этом на быстро идущую впереди женщину.
Вдова Мартинес шла, не ведая ни страхов, ни тревог. Лишь небывалое счастье и легкое волнение от осознания того, что скоро ее дочка наконец-то снова будет счастлива, то и дело подгоняло ее вперед. 
Очутившись через несколько минут у двери своего уютного жилища, бедная женщина на секунду приостановилась, едва переводя дух. Но тут же ,отбросив все сомнения, мигом потянула дверь на себя. Она довольно-таки быстро поддалась и, очутившись на пороге, изумленная женщина вдруг в испуге замерла, заметив находившегося на кухне маленького коренастого человечка, что-то державшего в своих пухлых руках.   
-  Да это же мой флакончик, - воскликнула вдова и, не помня себя от гнева и обиды, тут же бросилась на вора и грабителя. Тот, ошалев от такой наглости, разинул рот и тут же обдал испуганную женщину пламенем, извергнутым из его огромной и уродливой пасти. Женщина вмиг покачнулась и, схватившись за сердце, тут же рухнула наземь. Вошедшие следом Мери и Том, быстро подхватив ее на руки, однако не заметили ничего подозрительного. Ибо грозный волшебник, а это несомненно был он, к тому времени уже испарился в воздухе, а вместе с ним исчез и чудесный флакон.
- Матушка! Матушка! Очнись!- хлопая вдову  Мартинес по щекам, кричала между тем безутешная Мери. Слезы непрерывным потоком текли по ее лицу. Но все было напрасно.  Несчастная женщина, не перенеся шока, испытав столько лишений и горя, не приходя в сознание, уже умерла. Мэри однако не желала в это верить и все трясла и трясла мать за плечи, очевидно, думая, что это вернет женщину к жизни. 
- Мэри,  все бесполезно, - тронув жену за плечо, наконец произнес ее муж, подойдя поближе. Безуспешно проискав волшебный предмет в кухонных шкафчиках своей тещи, он понял, что они все-таки опоздали. Флакончик куда-то таинственно исчез, так что надеяться больше не на что,  как лишь на свои силы и возможности.
- К сожалению,  она мертва. И ничто ей не в  силах теперь  помочь.
- А флакон?
- Он куда-то ... пропал,- безуспешно пряча свои глаза, произнес наконец-то Том.
- О нет-нет!- раздался вдруг вопль отчаяния. Не в силах выдержать все неприятности, свалившиеся на их плечи, Мери тут же, к ужасу Томаса, безжизненной куклой свалилась без чувств на пол.
Когда все-таки безутешному мужу с помощью срочно явившегося на зов деревенского врача удалось наконец-то привести ее в чувство, то все уже было бесполезно. Несчастная женщина уже не была прежней. Ибо паралич сковал все ее трепетное и нежное тело. Глаза ее с какой-то пустотой смотрели на окружающий мир, губы были неподвижны и мертвы. Казалось, они словно что-то хотели сказать, но не могли, будто чья-то злая воля или колдовское проклятие навеки погрузили их в немое молчание. 
- Доктор, да помогите же ей!- безуспешно глотая слезы, взмолился униженно Томас, с надеждой глядя тому в глаза.
- Медицина тут бессильна, мой друг,- развел врач руки в стороны в знак отчаяния и  протеста. - Но одно могу сказать точно. Если она испытает вдруг какое-либо радостное потрясение, то силы и энергия вновь вернутся к ней. И тогда больная снова станет прежней. Но когда это случится. .. ведает о том лишь один Бог.
Безутешный Том  всю ночь поплакал у ног своей любимой жены. А наутро, едва рассвело, похоронил вдову Мартинес и тут же отправился на вызванном дилижансе с больной  Мери в обратный путь домой. 
          *                    *                    *
Когда измученная ожиданием Аделаида наконец-то узнала обо всем, то ее горю и терзаниям не было границ. Однако время ли печалиться, когда столько невзгод в одночасье свалилось на женские хрупкие плечи. И потому быстро осушив слезы, мужественная женщина тут же приняла отчаянное решение. 
- Я остаюсь,- сообщила она расстроенному Тому, уложившему Мери в спальню на широкую двуспальную кровать и горестно вздыхавшему при виде ее неподвижного тела.- Здесь я гораздо нужнее, чем в этом заброшенном и пустующем замке. И отныне все тревоги и заботы этого дома я готова всецело взять на себя.