Сказки с крыш

Размер шрифта: - +

Сказка сорок первая

Феечка чугунного казана была единственной феечкой, у которой не было своего крышного дела. Она не подметала ступеньки, не латала кровлю, не протирала стекла и не воспитывала котят. Но и назвать лентяйкой проворную смешливую толстушку, которую чудом держали крылышки, вряд ли бы кто решился – забот у хлопотуньи хватало.

Наша феечка больше всего на свете любила готовить. И ни разу в жизни не взмахнула волшебной палочкой над плитой. Конечно, если требовалось помыть противный котел или отчистить пригорелую сковородку, приходилось немножечко колдовать. Все остальное наша феечка делала сама – снимала шкурку с картофелин и морковок, взбивала сливки на масло и крем, крошила зелень серебряными ножницами, молола розовый перец в золотой меленке, обмакивала в белки кисточку из ангельских перьев и смазывала пирог. Только так, утверждала она, можно добиться идеального вкуса пищи. Жители крыши облизывались и соглашались – лишь вежливость мешала им денно и нощно обретаться у поварихи, поглощая восхитительную стряпню.

Домик ее стоял несколько на отшибе, чтобы не беспокоить соседей шумом и запахами. Просыпалась наша феечка перед рассветом, делала зарядку, брала бидон и старательно махая крылышками поднималась высоко-высоко над крышей. Дойка облаков дело нелегкое, чтобы сбить хорошие сливки надлежит успеть до того, как солнце превратит невесомый пар в золотое сияние.

По возвращении наша феечка надевала домашний халат, намазывала на лицо свежую земляничину, варила кофе и ставила чашечку на поднос со сластями. Она лакомилась, предаваясь приятному безделью до тех пор, пока первые крысы не начинали сновать по утренней крыше. Значит пора подавать завтрак! Халат сменялся поварским платьицем – пятна масла, жира, сока и даже кофе исчезали с ткани сами собой. Феечка закатывала рукава и приступала к готовке.

Крысы получали омлет и сырные палочки, ранним принцам полагались овсянка и горячие бутерброды, для соседских феечек доходил в духовке нежнейший пудинг с цукатами, кошки дружно лакали сливки, а голубям с воробьями доставались крошки.

Следом за завтраком начинался обед. Бесконечное раздолье супов и бульонов, овощи во всех видах, тридцать три разных салата и – гордость феечки – вкуснейшая перловая каша, томленая в любимом чугунном казане. Ужины хлопотунья готовила редко. По вечерам она предпочитала танцевать на балах, болтать с подружками или валяться на диване, лениво пролистывая приключения Принца-в-Зеленом. Но если уж удавалось уговорить феечку встать к плите, творила нечто необычайное – гратен дофинуа, гаспаччо с фокаччей, мишигине шакшука с мишигине бейцим… гости званых ужинов, случалось, проглатывали языки, и приходилось вызывать доктора.

Наша феечка гордилась, что может угодить самому прихотливому вкусу – даже феечка замочной скважины порой заглядывала на огонек, соблазненная ароматом жульена, даже злой волшебник Кандибобер порой стучался с черного хода и получал свой плам-пудинг. Однажды на спор она потушила старый ботинок в соусе бешамель и подала его с крутонами, крыжовенным желе и кусочками калимантанского кокоса. Гости вылизали тарелки и попросили добавки, а гном-сапожник (именно он заключил пари) целый месяц завтракал манной кашей.

Единственное блюдо, которое никак не давалось феечке – ирландский суп майче-марай. Про него однажды рассказал заморский гость лепрекон, посетовав, что ни одна феечка не сумеет его правильно приготовить. «Как это не сумеет?!» возмутилась хлопотунья и поспешила к плите. Она пробовала варить проклятый суп быстро и медленно, крошила картошку и терла на терке, мариновала сельдерей в слезах бабочек и перемешивала варево колбасной палочкой... В лучшем случае стряпню подъедали крысы, в худшем и они воротили морды. В такие вечера наша феечка запиралась в доме и поверяла печали любимому чугунному казану. «Только ты меня понимаешь» вздыхала она, гладя закопченные бока посудины. Казан сочувственно звенел крышкой.

Поклонники иного свойства у нашей феечки тоже имелись. Соседские феечки пожимали плечами – она же толстая! И стриженая! И с такта сбивается в каждом вальсе! Но кавалерам было все равно. Принцев за феечкой ухаживало целых три и ко всем она проявляла одинаковое равнодушие. Но влюбленные не сдавались – дважды в день они заходили хорошенько покушать, а потом собирались где-нибудь поговорить о властительнице их грез.

- Когда она бросает красную чечевицу в горячее масло, мое сердце выпрыгивает из груди, - вздыхал Кудрявый принц и утирал слюнки.

- И проваливается в желудок, - насмехался принц Циник. – Я ни разу не уходил от прекрасной дамы голодным. Как она жарит тосты, как готовит яйца бенедикт, как снимает со сковородки маааленькие оладушки!

- Оладушки – неконвенционный аргумент! – возмутился принц Растеряша. – А кофе, кофе с рахат-лукумом и пахлавой, а профитрольки со сливками, а ро-га-ли-ки!

- Круассаны, грамотей! - поправил принц Циник. – Гляди у меня, доиграешься до дуэли.

- Я буду, буду глядеть, потому что мне вкусно и приятно! – пискнул принц Растеряша и вжал голову в плечи – шпагу он забыл на пикнике, а драться на кулачках не умел.

- Тише вы, бузотеры! – урезонил товарищей Кудрявый принц. – В любом случае останется только один – за троих феечка замуж не выйдет. Может кинем монетку?

- Вот еще! – фыркнул принц Растеряша. – Давайте разыграем ее в преферанс, кто выиграет тот и жених.

- Феечки любят подарки, - ухмыльнулся принц Циник. – Женщины, что с них взять. Давайте так – кто подарит прелестнице лучший подарок, тот и победит! Уговор?

- Уговор! – согласились принцы, ударили по рукам и разбежались на поиски подходящих презентов.

Кудрявый принц притащил нашей феечке новенькую мультиварку. Принц Циник продал фамильное привидение и купил кухонный комбайн с двадцатью девятью функциями. А принц Растеряша недолго думая раздобыл аэрогриль.



Ника Батхен

Отредактировано: 30.09.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться