Сказочница

Размер шрифта: - +

Глава 7. Обманщица

На трехчасовое совещание начальники отделов подтягивались вяло — и Маэстро отчасти понимал их ворчание. С утра обсуждение шло не в пример бодрее, каждый приходил с кружкой любимой бурды, отчитывался о результатах и, получив задание, отправлялся навстречу новому рабочему дню. После обеда вылезать из кресла и вспоминать, что именно хотел услышать начальник, не хотелось. Но в Институте платили не за комфортную работу, а за сделанную. Поэтому бурчание Маэстро спускал с рук, а пропуски совещаний — только по очень уважительной причине.

На этот раз доклады казались ему бесконечными, а подчиненные — особенно сонными. На выходе Маэстро коснулся локтя Марата — ведущего программиста, чей стаж в Институте на пару лет превышал его собственный. Правда, Марат был младше лет на десять и сидел на своей должности без малейшего желания двигаться наверх.

— Сегодня приходила Лариса Беркутова.

Программисту понадобилось секунд десять, чтобы сложить А и Б.

— Не представляю, каково ей… Думала узнать что-то о Коле?

— Ты разговаривал с ним в тот день?

Оба знали, о каком дне шла речь. Маэстро держал задание Коли в секрете, но о пропаже ценного сотрудника знал весь Институт.

— Да, — Марат ненадолго задумался. — Он спрашивал о Германе, и я отправил его к Жеке. Все-таки они долго проработали вместе.

Маэстро рассеянно кивнул. Вернувшись в кабинет, он уставился в окно, пытаясь поймать ускользавшую мысль. Жека и Герман — два сотрудника расформированного экспериментального отдела, которым заведовал Игорь Руничев. Тот самый Руничев… с чего бы Коле интересоваться его делами?

Он бросил взгляд на часы, в нетерпении барабаня пальцами по стеклу. Слишком многого от Шуриков ждать не стоило, еще того меньше Маэстро ожидал от их подельников — домушников. Он не любил действовать впопыхах, такие планы редко выгорали — но в этот раз риск того стоил. Стоило ему заметить флешку у Ларисы, как счет пошел на минуты. Он много раз видел треклятую утку в руках Коленьки, и даже смутно припомнил, как тот намекал, что в ней — ключ от рабочего компьютера. Все, что найдется в квартире — станет приятным бонусом.

Маэстро задумчиво почесал в затылке при мысли о том, сколько Шурики попросят за внезапность, а еще за то, что работать придется в общественном транспорте, в толпе людей. За такое они брались только в самых крайних случаях. Тертые калачи, дело знали туго — и знали, что своя шкура дороже нулей в кармане. Маэстро вздохнул, проводив взглядом преданного Василича, собиравшегося домой. Нечего парню в это впутываться, рановато еще. Шурики подозрительные, что твой черт — еще адрес потребуют и родословную до пятого колена.

Родословная Василича у Маэстро имелась, но делиться секретами он не любил.

Хлопнула дверь, профессор остался в одиночестве. Время близилось к четырем, но раньше половины шестого Шурики обычно не показывались. Они приходили вечером, даже если задание было готово к десяти утра. Не любили при свете ни работать, ни сдавать дела, а в белые ночи и вовсе только за дополнительный куш. Маэстро крякнул и полез в верхний ящик стола, проверяя, на месте ли конверт. Не хотели люди за идею работать, была идея да вся вышла.

Эх, Коленька, Коля… Ты был из тех, кто работал если не за идею, то хотя бы за совесть. Где теперь такого отыщешь?

Визиту бывшей жены Маэстро не удивился — но, откровенно говоря, визит изрядно запоздал. Больше двух месяцев прошло, а она только соизволила явиться. Другая бы первым делом на работу побежала выяснять, что да как. Тут ведь и любовница могла быть, и другой конфликт. Но нет, даже не почесалась!

Маэстро с неудовольствием уставился в окно. Работу надо продолжать, нечего киснуть. Подумаешь, пришла фифа, всколыхнула старую занозу. На вид — ни кожи, ни рожи, и что Коленька в ней нашел? Молодой был, не разглядел за фасадом. А теперь что ж, время горевать давно вышло.

Маэстро поднялся, развернул к себе кульман. Чертеж вышел небрежным, без основной надписи и даже рамка обозначена весьма приблизительно. Осталось совсем немного — по большому счету, последние месяцы Маэстро больше наводил лоск, вся основная «начинка» давно уже стояла в цеху, подвергаясь самым изощренным испытаниям, какие только мог изобрести начальник отдела технического контроля. Но Маэстро слушал его доклады вполуха — главным беспокойством оставалось отсутствие опытного материала. Руки так и чесались испытать, наконец, чудо-зверя, но ведь надо-то наверняка! Не на кроликах и не в климатических камерах — а поймать, наконец, взять за горло одного из гадов, чтобы заглянуть в полные страха глаза и убедиться, что все эти годы работы были не зря.

И тогда предательство Руничева перестанет терзать его.

Если бы не Шурики, Маэстро уже сейчас торопился бы вниз, на экспериментальный этаж. Но порядок должен быть во всем — сначала отчет, а завтра можно и с железом повозиться, не привыкать.

Маэстро подцепил мизинцем папку с края стола и еще раз пробежал документацию глазами. Все должно работать, компьютер давно уже выдает гарантию успеха в восемьдесят девять и пять десятых процента, но ведь симулятор — это вам не живое существо.

И все-таки зачем Коля интересовался Руничевым?

В дверь постучали.

— Можно? — голова одного из Шуриков просунулась в небольшую щель.

— Проходите, давайте, — замахал на них рукой Маэстро. — Побыстрее!

При мысли о том, что обтянутый брюками жирный Шуриков зад торчит на всеобщее обозрение в коридоре, зубы свело болью.

Шурики ввалились в кабинет, который внезапно стал невероятно тесен. Оба носили одинаковые черные пиджаки и вельветовые брюки, делавшие их фигуры еще более нескладными. Шурик номер два держал в руках небольшой пакетик, а номер один — сложенную рулоном газету «Комсомольская правда». Маэстро машинально отвернул кульман к стене, хотя практического смысла в этом не было никакого. Вряд ли визитеры знали, что это предмет, а не еврейская фамилия.



Claire Abshire

Отредактировано: 21.03.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться