Склерозник Вампира

Склероза 22. Дуревест

Склерозина 1

Дедуля увлечённо смазывает лыжи салом. Пошёл, полюбовался на это увлекательное занятие. Затем он встал на лыжи и съехал носом с горки прямо в лужу. Сел зарисовывать для потомков сию шедевральную картину. Шарик стоит рядом и подозрительно громко хихикает в кулак.

Склерозина 2

Дорисовать не успел. Отшельник подкрался к нам сзади, заглянул, над чем это мы так душевно ржём, и, схватив одну лыжу в руки, решил выбить из нас всю дурь и непочтительность к его сединам. Бегает наш старец для его возраста очень быстро. Бегу от него и всё равно ржу. Дедуля быстро запыхался и присел у валунчика отдохнуть. На всякий случай днём в ящике запрусь изнутри.

Склерозина 3

Наш просветлённый объявил, что завтра мы отправляемся в горы. Он давно мечтал взобраться на Дуревест — высочайшую горную вершину этого мира. Лезть в горы нет никакого желания. Попробовал возразить. Сказал, что дедуля с оборотнем могут карабкаться наверх, а я их тут внизу подожду, так как о вампирах-альпинистах ещё никто не слышал. Шарик возмутился, что я подрываю командный дух, что раз мы друзья, то должны взбираться на пик все вместе. И где только наш блохастый таких умных слов нахватался? Зато дедуля смотрит на оборотня с немым одобрением.

Склерозина 4

Лезем в горы. Через два часа подъёма у нашего учителя на лице поубавилось энтузиазма. Через три он что-то совсем загрустил и нос повесил. На привале подозрительно молчит и даже вечных нотаций не читает. Развели костёр, играем в кости. На огонёк выполз горный козёл, внимательным взглядом изучил наши плотоядные рожи и предпочёл убраться подальше. Остались без жаркого.

Склерозина 5

Медленно взбираемся всё выше в горы. Холодает. Дедуля чуть не сорвался вниз, вовремя поймал нашего учителя. Всё же от длинной бороды есть толк!

Склерозина 6

Отшельник с упоением зарисовывает окружающие виды себе на листочки. Заглянул — ну скалы, травка. Десяток пейзажей, близнец близнецом. Шарик нашёл непонятные следы, теперь с энтузиазмом рвётся вверх, уверяя, что наверху тоже есть жизнь. А раз есть жизнь, то, значит, есть еда. С такой железобетонной логикой не поспоришь.

Склерозина 7

Встретили пастуха, тот угостил нас киселём. Сваренным на самогоне. Никогда не думал, что кисель — такая забористая и убойная штука. Научились ползать по отвесным скалам с закрытыми глазами и спать в самых разных позах на потолке их выступов. Наш просветлённый так проникся, что выпросил рецептик себе на память. Взамен подарил неиссякаемую бутыль с ромом от прохиндея-джинна. Все довольны.

Склерозина 8

Устроили тренировочный день. По заданию нашего учителя метаем камни из-за валуна. После обеда стреляли из самодельных рогаток. Дедуля ходит кругами и читает лекции о пользе здорового образа жизни и контроля эмоций в закалке духа и тела воина. Сам при этом не забывает прикладываться к банке с киселём. Уверяет, что искусство сказителя требует усиленной смазки глотки, на которую не годится просто какая-нибудь водичка из ручья.

Склерозина 9

Встретили мужиков в скафандрах и валенках. Оказались не местные. Спросили у нас дорогу к космолёту. Знать бы ещё, что это такое. Дедуля сказал, что не вопрос и мы будем рады оказать помощь заблудившимся. Налил всем выпить термоядерного киселя, после которого у мужиков открылся какой-то третий глаз и они телепортировались без нашей помощи. Впечатлён. Если расскажу об этом в Царстве Вампиров, мне же никто не поверит. Задумался о пользе телепортации и её вариативных составляющих.

Склерозина 10

Потерял счёт ночам. Впереди наконец-то показался пик Дуревеста. Вот зачем мы туда лезем-то? Чтобы пять минут попрыгать, порадоваться, зажарить шашлык и зарисовать свои счастливые и не очень рожи для потомков? На мои несведущие рассуждения Отшельник только фыркнул, что я самый невежественный вампир из всех тех, что он видел, и что у меня начисто отсутствует чувство прекрасного. Много наш старец прям понимает в пристрастиях вампиров!

Склерозина 11

Кончился кисель. Дедуля на привале заварил чаю и сел пить из железной кружки. Та примёрзла к языку и не хочет отклеиваться, отогреем на следующем привале. Зато какой кайф — идти в тишине, без вечного брюзжания нашего просветлённого над ухом.

Склерозина 12

Дедуля жалуется на усиливающийся холод и теперь спит со мной в ящике. На моё праведное возмущение таким вопиющим нарушением моего личного пространства он проклацал зубами, что тощий и голодный вампир его пугает меньше, чем мороз на улице. Теперь тренирую силу воли и воздержание. Дедуля хоть и стар, но пахнет аппетитно. И только Шарик всем доволен — перекинулся в волка и радостно носится по сугробам.