Скорпион

Размер шрифта: - +

12

Натан почувствовал настоятельную необходимость присесть. Иными словами, у него подкосились ноги. Ничего общего не было между этим приятным и вежливым молодым учителем и тем безобразно расхлябанным типом с вечно подведёнными глазами, исколотым татуировками, который чуть не свёл профессора с ума пять лет назад. Может, просто имя совпало. А внешность… другая стрижка и стиль одежды сделают неузнаваемым кого угодно. Кроме того, ни на руках, ни на шее не было ни намёка на китайского дракона, игральные кости или шипастую розу – только бледная кожа, кстати, вполне ухоженная и гладкая. Но голос… За прошедшие годы ему ни разу не приходилось вздрогнуть, перепутав заговорившего с ним человека с тем студентом. Голос, который недавний слепец, полагавшийся на обострившийся слух куда больше, чем на неверное зрение, узнавал и выделял в шуме толпы. Голос, ставший синонимом почти непристойного: необычный – высокий, но хриплый, который так сладко звучал в холодном воздухе тёмного лекционного зала. Его нельзя было ни подделать, ни смыть, как фальшивые татуировки с кожи…

- Профессор, вам нехорошо? – встревожено спросил парень. Только в самых уголках серых с прозеленью глаз затаилась усмешка.

- Цверст, вы?! – наконец выдавил тот.

- Да, я, - обаятельное лицо озарила знакомая наглая улыбка.

- Преподаватель?

- Криминалистики.

- Нашел же дело по душе! – не сдержавшись, брякнул Натан первое, что пришло на ум.

            Цверст заразительно рассмеялся:

- Ну же, профессор! Долой былые обиды. Я честно думал о своём плохом поведении, делал уроки и усердно учился. Теперь я полон раскаянья за бесцельно потерянные годы юности, - впрочем, никакого раскаянья в его голосе не было и в помине. Доброжелательность и ирония, что-то до боли напоминавшие профессору… Петер протянул ему ладонь – открытый, дружественный жест. Не пожать её было бы просто не вежливо.

            Уверенная, сильная рука, нежная кожа. По кончикам пальцев скользнул холод – от металлического браслета часов. Натан понял, что пропал. Как туман, без труда проникающий сквозь плотно закрытые ставни, к нему вернулось воспоминание: те же руки, но только неуверенные, безвольные, холод вычурных грубых браслетов на его запястьях въедается в его судорожно стиснутые ладони, безнадёжный шепот: «Я знаю, что вы чувствуете». Ноздри затрепетали – и немедленно уловили запах одеколона – всё тот же, или очень похожий. Он даже потянулся вперёд, чтобы лучше его различить…

            Неизвестно, чем кончилось бы дело, но, хвала всем святым, их прервали: по коридору процокали лаковые каблучки.

- Натан! Я жду тебя уже полчаса! Ну сколько можно?! – Лотта капризно надула розовые губки.

- Простите, это я задержал профессора, - с обезоруживающей искренностью повинился Петер.

- Так вы знакомы? – просияла девушка, и у Натана закрались нехорошие подозрения, что обаятельный оболтус… простите – обаятельный молодой коллега – пользуется в кругах дам несомненной популярностью.

- Лотта, здесь все со всеми знакомы, - беззаботно пояснил тот. - Вы же знаете, как это бывает: слухи в этих стенах разносятся быстро…

            Девушка прекрасно поняла намёк, согласно зарделась, затрепетав ресницами, и поймала Натана под локоть. Он послушно накрыл её ладонь своей. Впрочем, сделал это, стремясь выиграть ещё хотя бы секунду времени, которое было ему жизненно необходимо, чтобы сморгнуть и отвернуться, перестав вглядываться в удивительно знакомое лицо. Всё понимающие и ничего не забывшие светлые глаза, казалось, видели его насквозь.



Фанни Фомина

Отредактировано: 09.03.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться