Скрамасакс

Размер шрифта: - +

Глава 4

Глава 4. Дед

Поплутав какое-то время по тропам, мы наконец-то попали на поле – с километр в диаметре. На дальней от нас опушке примостилась избушка, я встал словно вкопанный: «Мать честная, избушка, блин, на куриных ножках! Да уж… чем дальше в лес – тем толще, так сказать, партизаны, – промелькнула удивлённая мысль. – Для полного счастья мне только бабы Яги не хватает».

«Уф!..» – подъехав поближе и приглядевшись внимательней, я чуть успокоился. Не было ног, хижина просто стояла на сваях, видимо, на случай разлива, вот мне на нервах и показалось. Рядом с домом струился ручей, у небольшой запруды расположилась с виду добротная банька за ней туалет – а-ля сортир и пара сараев.

Вырвавшись вперёд, малец громко крикнул:

– Прохор Алексеевич, гостей принимай!

Тут, вдруг, ниоткуда, как наважденье, на ступеньках появился крепкий дедок неопределённого возраста, физиономия его показалась знакомой, увы, на кого тот был похож я так и не вспомнил.

«Ведь не было его только что. А сейчас, вот… – стоит! Возможно, когда я моргнул старик пулей вышел из дома и замер на лестнице?.. Нет, это вряд ли…»

Зажмурившись, тряхнул головой, в ответ дед ехидно прищурился: «По ходу старик не простой, такой, глядишь, и поможет…»

Увидев обуявшие меня непонятки, мальчишка поторопился прояснить ситуацию:

– Не бойся, Прохор Алексеевич умеет взгляд отводить, ты его до поры и не видел, а так он давно тут стоит, за тобой наблюдает. Как выехали на поляну я его сразу приметил, поскольку знаю, как обходить такое вот наваждение.

– Это кого ты привёл, Аникей? – демонстративно меня игнорируя, буркнул хозяин.

Парень на едином выдохе выдал:

– Это купец, Романом зовут, он с неба упал, память у бедняги отшибло, ничего-то не помнит, может, поможешь, чем человеку?..

– С неба, говоришь? – дед скользнул по мне колючим, недоверчивым взглядом.

Хоть взор был и колкий, но, очевидно, наигранный: мимические морщинки круг глаз свидетельствовали о природном его добродушии, да и светлое, открытое лицо вызвало ничем не объяснимое чувство доверия. Абсолютно седая, белая голова, входя в диссонанс с совершенно молодыми глазами, не позволила мне хоть примерно, определить его возраст, старику могло быть как шестьдесят, так и сто.

После затянувшейся паузы дед, очевидно придя к какому-то выводу, заключил:

– Ладно, потом разберёмся.

Пару секунд поизучав лошадей и трофеи, хозяин подворья вновь обратился к мальчишке:

– Смотрю, нынче охота выдалась знатной.

– Это всё он, – пацан кивнул на меня, – возле гнилого болота на басурман напоролись, Касим и дружок его Гришка, ну, знаешь их…

Дед нахмурился. Пацан стушевался.

– Это… – стал мямлить Аника, – Роман Косого ножом порешил, я же Касима стрелой уложил. В глаз засадил бешеной твари, – мальчишка, скрипнув зубами, сверкнул стальным взглядом и чуть приосанился.

– Касима убил?.. Хек, отомстил-таки… – крякнув, старик на секунду задумался. – А что, они вдвоём только были? – парень кивнул.

– Странно…

Дед заглянул мне в глаза:

– С Косым, значит, управился?..

Я пожал плечами:

– Выходит, что так.

– Дорогого стоит, Гришка воин был знатный… – внезапно осёкся старик.

По лицу собеседника вдруг стало заметно как в голове у того, в попытке анализа, запустился нелёгкий процесс, я вроде бы даже услышал скрип шестерёнок. Через какое-то время, вероятно, придя к некому выводу, дед просветлел:

– Коли так, то добро пожаловать мил человек... – с окончанием фразы улыбка обнажила радушие.

Расплывшись в ответ я, было, расслабился, как нежданно-негаданно глаза деда расширившись, увеличились вдвое. Я обернулся, от резкого движения лошадь шарахнулась, однако опасности не обнаружив, флегматично утихла. Средь высокой травы к нам семенил белый хищник.

Надо заметить, кони восприняли волка вполне адекватно, он в свою очередь их игнорировал, на Анику порыкивал, а ко мне ластился, словно домашняя кошка.

Старик сошёл со ступенек и растерянно брякнул:

– Откуда ты взялся здесь, Белый царёк?

Беляш неторопливо к нему подошёл, обнюхал, благосклонно позволил себя почесать за ушами и, вернувшись, уселся возле ног моей лошади.

– Любопытно, весьма любопытно, – ошарашенно произнёс собеседник.

– Это Беляш, мы его у Касима отбили… – Аника, встряв в разговор, стал сумбурно рассказывать о наших с ним похождениях. Повествование его больше всего походило на рекламную акцию по раскрутке меня: о схватке с Косым я узнал много нового, стычка обросла такою героикой, что из глубин моей сущности вылезла старушенция гордость, на всю ширину развернув свои сутулые плечи.

Парнишка повёл в амбар лошадей, я же, под чутким руководством хозяина, потащил в дом трофеи.

Войдя в помещение, положил барахло возле двери и с нескрываемым любопытством приступил к изучению изысков дизайна:

Пред взглядом предстала просторная изба пятистенок, очевидно, двухкомнатная, в первой, проходной, вдоль стены стоял стол – довольно массивный, и две такие же лавки. У противоположной стены, тоже стол, но поменьше, на нём книги в старинных кожаных переплётах соседствовали с другой макулатурой, вероятно, так выглядели манускрипты да свитки. Над ним пара полок там, в хаотичном порядке, расположились берестяные коробки, керамические горшки и замысловатые формой бутыли. Под потолком по всему помещению сушились пучки трав, коренья, грибы. Очаг был передо мной, а вот лежанка за стенкой, о чём свидетельствовала конструкция печки. Рядом с дверью находился ещё один стол – для готовки, в углу пара деревянных вёдер и наваленные кучей дрова. Заканчивали живописную картину два окна с большими прозрачными стёклами.



Тюрин Рома

Отредактировано: 05.10.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться