Скрамасакс

Размер шрифта: - +

Глава 2

Глава 2. Серафим

Получив красноармейскую пулю в грудь, я быстро отошёл, видимо та задела нечто жизненно важное. Однако небытие продолжалось мгновение - чик, и я в давно знакомом, ещё по смерти, произошедшей в далёком детстве, месте.

«Как же я мечтал сюда вернуться…» - Этот луг прочно врезался в память: красотой, спокойствием, величием, умиротворением. Но самое сильное чувство, всегда было одно и то же - глубокое сожаление и обидное разочарование - за частокол меня - не пустили, а чуть позже, вообще выкинули из волшебного мира.

И вот сейчас я, закинув руки за голову, вновь лежу на том пригорке да смотрю в высокую, безоблачную синь загадочного неба. Изумрудная трава, колышимая тихим ветерком, ласково щекочет щёки. Густая, сочная, однородная растительность, без каких-либо примесей, покрывает весь видимый мир. Переросший газон, сливаясь с прозрачными небесами, уходит за горизонт.

Оборачиваюсь - выше по склону частокол с массивными дубовыми воротами.

Сердце бешено застучало и сладко защемило: «Неужели посчастливится попасть за ограду?» - Вход открыт. В детстве мой робкий стук действие не возымел. Вскакиваю, мчусь к манящему проходу в рай.

- Спасибо, владыка, - шепчу на бегу, - Если бы не ты - опять, спасаясь от клубящейся тьмы, носиться мне по серому лабиринту.

До вожделенной цели не больше пяти сотен метров, бегу минут двадцать, а она ничуть не приблизилась. Тяжело дыша, останавливаюсь, падаю в объятия странной травы: «Облом, опять не пускают… видать, не заработал».

Дыхание выравнивается, освобождая место умиротворению - разочарование отступает:

«Почему так тихо? Где ангелы? В прошлый раз именно они дали от ворот поворот». - На просьбы пустить внутрь, правый из них молча махнул крылом, и в реальности моя рука, сжимающая оголённые провода, разжалась.

Выныриваю из воспоминаний, сажусь и оглядываюсь. Изумрудный ковёр, залитый ярким светом, расстилается всюду, лишь с одной стороны пресекается высоким, бесконечным частоколом. Солнца нет, кажется, само небо источает ласковое, волшебное сияние.

- Давай-ка пройдусь, раз к воротам не пускают - схожу вдоль забора, вдруг ещё какой вход обнаружу. Ангелов тоже надо найти - расспросить об учителе. - Хоть я и со скепсисом отнёсся к предположению Феофана, но может бестелесные духи признают в деде своего, чем чёрт не шутит?.. - присказка сия в данной реалии была не уместна, но прозвучала именно она - как и в сером лабиринте, я говорил вслух.

На ходу, вновь задумываюсь: «Из преисподни, а серый лабиринт ассоциировался именно с ней, меня вытащил владыка». - Пребывая в компании монахов, я каждый день с ними молился и видел, как во время служения Феофан преображался. Мне и самому, чувственным образом, передавалась частичка его благоговения.

«Он точно мог, больше некому, - заключаю я. - Только бы теперь, никто б не помешал, не хочу покидать это место. Пусть за забор мне не попасть - да и не надо. Даже по эту сторону частокола, по сравнению с бренным миром, намного, намного лучше, - мысль сия пришла непроизвольно, осознав это, напрягаюсь… - Сейчас что-то будет, всегда так - закон подлости».

Однако ничего не происходит…

«Уф, пронесло…» - промелькнуло в голове и бабац… я вновь в Серафимовой землянке.

 

***

- Ну, что же это такое?.. - разочарованно воскликнув, я тут же - со спины получил чем-то твёрдым по многострадальному затылку - резкая боль, яркая вспышка, потеря сознания.

Спустя некое, вероятно не очень долгое время, я вновь очнулся на той же лежанке.

Башка раскалывается, подташнивает. Руки-ноги связаны. Темно. Немного подёргавшись и уяснив, что путы надёжны, решаю перейти в изменённое состояние: «Надо срочно подлечить голову - пока та не разорвалась на тысячу мелких осколков».

Боль адская. Почерпнув энергию из иконы и направив её на затылок, облегчённо вздыхаю: «Вроде отпускает».

«Куда я попал?» - Землянка всё та же, единственно - протуберанцы силы, исходящие от образов не столь сильны, как раньше.

Немного повалявшись, пару раз крикнул:

- Есть кто живой?.. - В ответ - гробовая тишина. Звуки под землю не проникали в обратную сторону, видимо, тоже.

Лёжа обездвиженный, задумался: «Уж больно часто меня стало переносить из реальности в реальность. Почему?.. С чем связано?.. Предшествующие всему этому сны о моём времени с последними пертурбациями сознания уже не идут ни в какое сравнение. А началась такая чехарда, определённо, с попадания в преисподню… или раньше?.. После схватки с кабаном?.. - Нет, наверное, ещё с детства, после удара током.

Определённо - да, просто в последнее время, я стал чаще умирать… как-то так. А который это уже раз? Если считать детскую смерть, то получается - четвёртый… Феноменально, током меня били, на клыки надевали, топили и, наконец - тупо пуля в сердце и алесс… Дункан Маклауд отдыхает… Ну, вот и появился новый курильщик…» - нервный смешок срывается с губ.

«Может и впрямь, имеет место расстройство психики и сейчас обострение, а может козни одноглазого Одина швыряют меня между мирами. Видимо ответа пока не получить…» - я вздыхаю и пытаюсь как давеча, покинуть тело - вылететь - осмотреться. Ничего не выходит.

«Силёнок маловато…» - придя к данному выводу, приступаю к накачиванию энергии. За этим занятием меня и застал старичок боровичок.

- Что же мне как на разных… пожилых людей-то везёт? - увидев вошедшего я громко воскликнул и моментально осознал: «Это должно быть отец Серафим. Недаром владыка перед смертью, просил передать тому поклон».

Тем временем, игнорируя моё замечание, хозяин землянки с интересом рассматривал своего пленника - то есть меня, а я его. Импозантный дедушка, наверное, в молодости был богатырём, впрочем, и сейчас таким является. Чуть сгорбленная спина и опущенные плечи, по поводу физической мощи вводят в некое заблуждение - это сразу становится ясно по взгляду, он пронзительно сильный, совсем молодой. Аура старика, как и у Феофана, была яркая - яркая, чистая - чистая.



Тюрин Рома

Отредактировано: 05.10.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться