Скрамасакс (эпизод два)

Размер шрифта: - +

Глава 2

Глава 2. Госпиталь

   Какой-то закуток, кровать, стул, усатый мужичок с винтовкой и я блин… такой красавчик, рассматриваю обстановку сквозь чуть приоткрытые веки: «Странно - плечо почти не болит, потягивает немного и всё».

   Перейдя в изменённое состояние, сразу почувствовал, как энергия от сердца ручейком струится в рану, связывая разорванные мышцы и наращивая повреждённые сосуды: «Вона как! Организм уже сам, без команды, манипулирует силой». По-видимому - отверстие сквозное и кости не пострадали…

   «Сколько же я провалялся? Стопудово - не день и не два. А где всё это время был разум? Нет, не помню - выстрел и кромешная тьма…»

   Чувство того, что упускаю нечто важное, заставило непроизвольно дёрнуться. Караульный мой встрепенулся, привстал, я затих.

   «Пожалуй, немного ещё полежу. Нет, покину-ка тело, полетаю, разузнаю, так сказать, обстановку».

   Да уж, к этому невозможно привыкнуть. Необыкновенная лёгкость, восторг и восхищение захватили всю мою сущность. Летел я по коридору госпиталя меж раскладушек с ранеными, народу полно, бойцы в основном средней тяжести, ну да… передовая-то далеко, тяжёлых не довезти, а лёгкие остались к фронту поближе.

   Скользя по проходу, засмотрелся на молодого парня, почти пацана, лет восемнадцати: «Не повезло парнишке, на одной ноге не повоюешь, да и не танцевать ему больше». - Отвлёкшись, потерял бдительность и…

- Охренеть, - невольно вырвался возглас. Я натолкнулся на юную сестричку и, пройдя сквозь её тело, мельком увидел внутренности. Всё произошло в мгновение, однако картина весьма впечатлила: желтоватые кости, волокна мышц, нервные переплетения да кроваво красное сердце мощными толчками гоняло кровь… секунда - я вышел.

   Девушка, что-то почувствовав, встрепенулась, непонимающе глянула по сторонам, обернулась и испуганно ускорила шаг.

   «Странно - со снегирём было совсем по-другому, без визуальных эффектов, сразу борьба наших сознаний и победа сильнейшего, тут же разумы даже не пересеклись. Ну да, Серафим говорил - в человека, как ни старайся, не вселишься…»

   С улицы донёсся звук мотора. Я  выглянул в окно: к крыльцу госпиталя подкатил грузовик, не дождавшись полной остановки из кабины выскочил офицер, погон нет, только петлицы, я в них не разбираюсь, и звание его осталось загадкой.

   «По мою душу, определённо…» - уверенность полная. Батюшка во время одной из бесед пытался донести - внутренним чувствам верить необходимо, но только после фильтровки, как это делать я до сих пор так и не понял, нет, теория очевидна, а вот с практикой пока полный провал. Дай Бог памяти, что он там говорил: «Главное, держа сознание в сердце, внимать совести…» вроде бы - всё. Как-то - туманно, однако ничего не поделать, старец не Прохор - молчалив и это, вообще, мягко сказать.

   «Вот и конвой, - из кузова спрыгнули два солдата, и вся троица стремительно направилась в здание. - В тело возвращаться повременю, посмотрю, да послушаю, авось, узнаю что интересное…»

   К служивым я подлетел аккурат, когда офицер отдал приказ:

- Григоренко, найди главврача.

   Рядовой, громко стуча каблуками, скрылся за поворотом. Минуту спустя командир подошёл моей койке. Увидев начальство, сторож вскочил, вытянулся, отрапортовал:

- Товарищ капитан, арестованный в себя не приходил.

- Понятно… - задумчиво ответил тот, и жестом показал бойцу удалиться. Боец пулей исполнил приказ, причём, с явной радостью, видимо бедолаге дюже хотелось курить, пост же оставлять он боялся. Только солдат удалился, появился врач с медсестрой и бойцом Григоренко - в моём закутке вновь стало тесно.

- Как состояние арестованного? - немедля спросил у него офицер.

- Сами смотрите, случай скажу уникальный, поверьте, молодой человек, я с таким никогда не сталкивался, а опыта смею заверить достаточно, во время Империалистической всякое видел...

- Милочка, - обратился врач к санитарке, - снимите больному повязку.

   Медсестра тут же приступила к сей процедуре, и это была именно та барышня, через тело которой я только недавно имел неосторожность пройти. Стройная фигура,  миловидное личико с тонкими чертами да высокими скулами, большие глаза, чуть припухлые губы, и даже носик с небольшой горбинкой, внося некую изюминку в созданный природой шедевр, нисколько её не портил.

   С силой оторвав от красавицы взор, перенёс внимание на эскулапа. Старику за шестьдесят, худой, тщедушный телесно, взгляд сильный, пронзительный, совершенно седые кучерявые волосы и чуть навыкат глаза свидетельствовали о принадлежности доктора к богоизбранному народу.

   «Интересно, почему меж евреев так много врачей?.. Впрочем, не только врачей, также музыкантов, ювелиров, банкиров… - начал я размышлять на отвлечённую тему. - Нет, наверняка средь иудеев в процентном отношении представителей разных профессий столько, сколько в прочих народах, только они практически все поголовно достигают вершин мастерства оттого и заметны…»

- Вот, молодой человек, что мы видим?.. - вывел меня из раздумий чуть хриплый, с лёгкой картавинкой голос профессора. В том, что врач им являлся, я почему-то был абсолютно уверен.

   Заинтригованный, вместе со всеми я подвинулся ближе да от изумления невольно присвистнул - на месте входного отверстия пули розовела новая кожа: «Да уж, дела! Это сколько ж я лежал без сознания?..»

- Смею заметить - минуло меньше недели! - ответил на безмолвный вопрос эскулап.



Тюрин Рома

Отредактировано: 13.11.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться