Скрытые игры

3.2

Девушка задрожала ещё сильнее, упала на четвереньки и зарычала. Потом ее начало выворачивать наизнанку, в буквальном смысле. Разросшийся рот поглотил голову и часть шеи, руки скрючились и перекрутились во всех суставах. А после из этой мешанины мяса и внутренностей появился крупный волк. Его глаза светились зеленью, а с челюсти капала слюна. Белая шерсть топорщились на загривке, обозначая гнев зверя.

Обадайя призвал ледяного монстра, в этот раз – похожего на сугроб элементаля, затем атаковал волка. От первого же удара он уклонился, отпрыгнул вправо и попытался укусить Пайпер, но налетел на элементаля. Ведьма тоже не зевала, она разом набросилась на волка несколько проклятий, здорово его замедливших. Обадайя атаковал снова, на этот раз эффективнее. Дальше битва так и велась между ним и ботом, изредка прерываясь вмешательством Тони. Дрыщ выныривал из невидимости, наносил удар и исчезал. И, судя по карте, наматывал неплохой круг по лесу. В результате здоровье Обадайи несколько раз доходило почти до нуля, но Пайпер «Мынеумрем» О'Ши знала свое дело, вовремя подпитывая его энергией или закидывая склянками. Зато Тони не получил ни единой царапины. И добивающий удар в спину волку тоже нанес он, заработав больше опыта. Хотя, по совести, всю работу проделали Обадайя и Пайпер. Возможно, Энтони Рид и был «старым волком прокачки», но напарник из него вышел скверный.

После «смерти» волк повторил свой номер с превращением но уже в обратном порядке. Зажмуриваться было бы стыдно, потому Обадайя сделал вид, что увлечен сбором ягод. Когда все закончилось, он подвёл девушку к Тони. На той не было никаких следов происшествия, даже одежда успела вернуться к прежнему виду.

— Помню о твоей любви к ботам, потому вы с малышкой Милли будете неразлучны до конца квеста.

Напарник попытался спихнуть бота Пайпер, но она толкнула речь об унижениях женщины и демонстративно ушла вперед. Якобы собирать ингредиенты для зелий. Что можно найти среди леса, Обадайя не представлял, однако оценил усилия женщины по приучению дрыща к труду на благо общественности, а не только самого себя.

— Я всерьез опасаюсь ваших сценаристов, придумать такое…, — он указал на хихикающего бота.

— Ничего они не придумывали, закупили по дешевке партию «Милли» после разорения «Мира тьмы» и вписали в игровой сценарий, — Тони бодро зашагал по дороге в сторону башни.

Обадайя предпочитал бегать по локациям, так намного быстрее, да и любоваться здесь особенно нечем: одинаковые кусты и заснеженные ели. Первый восторг после прибытия прошел, а криво составленные квесты не увлекали. То ли дело стартовые локации в Маре, там были пёс, мальва, призраки, вдрызгли, расследование, травница и нормальная еда! А Долина ледяной стужи – скучная локация.

Вся их дорога до башни состояла из постоянных стычек с ботами, казалось, их согнали сюда со всей долины, чтобы не дать им довести проклятую Милли до башни. Когда же до цели осталось не больше сотни метров, на них выбежала другая группа игроков. На несколько уровней выше, все в выпендрежных блестящих шмотках, как косплееры на том же «Гейм-Экспо», вроде бы четверо парней и две девушки, но под шлемами рыцарей льда и не разберёшь.

— Готов ли ты к приходу стужи? – рассмеялся первый из них.

Пайпер прищурилась и вышла вперёд, а Тони позорно сбежал к башне, уводя за собой Милли. Противники же приближались медленно, с ленцой, как победители. Ну или обычная шпана. От Пайпер пришло сообщение: «Тяни время, я вызвала шоколадок.». Пойди пойми, что она имела в виду, но тянуть время Обадайя умел.

— Можно ли быть к чему-то готовым в нашем переменчивом мире? Сегодняшний ты предусмотрит все, а ты завтрашний окажется совсем другим человеком и сожжёт возведённые мосты. Ты же год спустя будешь смеяться над ними обоими, уступая в мудрости лишь тебе столетнему. Такова вселенная и не нам противиться ее законам.

Игроки несколько мгновений таращились на него, осмысливая то, что в принципе невозможно осмыслить здоровому человеку, затем ближайший к нему рыцарь льда замахнулся мечом и попытался атаковать, но Обадайя выставил руку вперед:

— Стойте! Мне нужно помолиться! И ей – тоже.

Пайпер набрала в грудь воздуха для очередной отповеди, но вовремя сообразила и согласилась:

— Аташел! Аташел-аташел! Разговор с богом – штука интимная!

— Ха, нашли…

— Или вы хотите схлопотать штраф за оскорбление чувств верующих? — Обадайя вытянул вперед руку и проявил полицейский значок.

— Верующих в кого? Пресветулую Мару? — они мялись, не решались нападать, но и не уходили. Нельзя же молиться вечно, а двоим нубам никак не совладать с шестеркой прокачанных игроков.

Ладно. Одному нубу и одному матерому хиллеру. Пайпер, в отличие от него, играла весьма и весьма неплохо. И не сбегала в ответственный момент, как Тони. Обадайя же бухнулся на колени и забубнил слова молитвы. Его прабабушка была ярой христианкой, мечтала привести в религию и еще кого-нибудь из семьи, но воздействовать получилось только на маленького Обадайю. Когда в тебе двадцать килограмм, а за спиной всего пять прожитых лет, не так просто отбиться от бабули. Зато теперь его религиозные чувства могут проявляться часа три подряд, и если неизвестные ему «шоколадки» так и не появятся, то этим типам придется проявить неплохую такую выдержку. А если вспомнить, сколько стоит день посещения парка – то и потратить немало денег.

Пайпер тоже не отставала, как по писанному повторяя слова всех самых известных христианских молитв. Наверное, сложности с противодействием авторитарным бабушкам были знакомы не только Обадайе. Игроки ходили вокруг них, переговаривались, пытались подшучивать, но трогать никого не решались.



Евгений Монаков, Елена Труфанова

Отредактировано: 14.05.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться