Скрытые игры

4.2

Тони нашелся на цокольном этаже, где проходил турнир по «однорогому дракону».

Народу там собралось столько, что Обадайя с трудом протолкался к столам, точнее к тому месту, с которого столы были видны. Но там на него зашикали и затолкали, не дав возможности приблизиться к напарнику. Пайпер со своим «аташел!» справилась намного быстрее и устроилась с большим комфортом: на небольшом балконе, как раз над дверью на кухню.

Тони задумчиво тер подбородок и перебирал карты. Напротив него лохматил волосы высокий накачанный воин с мечом за спиной. Свечи, имитирующие настоящие, неровно освещали стол и разбросанные по нему карты, фишки и кубики. Рядом с каждым из игроков толпились полуобнажённые девицы, они пили коктейли, мило всем улыбались и профессионально оттесняли зрителей, пытавшихся пролезть поближе и заглянуть в карты.

– Ка-а-акой напряжённый момент! – Обадайя не видел комментатора, только слышал профессионально поставленный мужской голос, бурлящий от вложенных эмоций. – От крохотного кубика зависит, сможет ли гном-щитоносец отразить удар снежного вепря. Торнадо выбросил пятерку, Ниндзянатору нужна тоже пятерка или же шестерка, чтобы гном устоял.

Тони взял кубик со стола, потряс его и бросил. Ниндзянатор? Похоже, дрыщ перенял слишком много от их сценаристов «Мары – ВМ».

– И шестерка! Да-а-а! Да! Да! Да! Это шестерка! Кто бы мог подумать! Теперь гном отбивает удар, а дальше ходит Торнадо. Но посмотрите, рад, рад Ниндзятор! Он отбился за шаг до поражения. Напоминаю, что идёт тридцать седьмая минута игры за третье место в чемпионате Одинокой башни и мы приветствуем всех любителей «однорогого дракона», решивших присоединиться к зрителям этого напряженнейшего сражения.

Обадайя слал Тони сообщения, строил рожи за спиной соперника и его группы поддержки, пытался пробраться через толпу и вытащить напарника из-за стола, но ничего не вышло. Поклонники и «девочки для красоты» крепко держали оборону, не давая свободы маневра. В конце концов Обадайя сдался и решил терпеливо дожидаться окончания игры. Уж тридцать-сорок минут он вытерпит.

– Надеюсь, не будут сидеть до утра, как в прошлый раз.

– Да не, у этих на ход всего пять минут, а не сорок, как у прошлых.

Говорили где-то сзади, в такой толчее и не оглянешься посмотреть. Но Обадайя удвоил усилия в попытках вытащить дрыща. Отпихнул друида с веткой в руке, подвинул чернокнижника, поднырнул под руку его трехметрового демона и наткнулся на «девочку для красоты», которая мигом проводила его к самой двери.

– Ха! – Пайпер сложила руки на груди и изогнула левую бровь. – Грин оплошал и опозорил своих отца и мать?

Она стояла возле самого выхода, все в той же остроконечной шляпе, черном платье и нелепых полосатых чулках, несуразная и безобидная на вид, как рисунок к празднику конца осени. Но люди огибали ее по широкой дуге, опускали взгляд, опасались поворачиваться спиной. Глядя на Пайпер каждый бы поверил в существование таких вещей, как аура и эманации зла.

– Не впервой, – пожал он плечами. – А ты зачем здесь? Или тоже хочешь кого-нибудь опозорить?

– Нет, – Пайпер бутылкой поправила шляпу, затем вытерла нос рукой и со злым прищуром посмотрела на пробирающихся вдоль стены в зал игроков. – Это очень простая задача. На пару минут. Но не для тебя. Я, – она выпятила грудь и подбоченилась, – женщина, высшее существо, которому сама природа выдала инструменты для решения таких квестов.

После подобного заявления пустота вокруг Пайпер расширилась ещё на полметра, Обадайя с неким суеверным страхом шагнул за невидимую черту, вдохнул полной грудью, размял плечи и кивнул на толпу, за которой скрывался Тони.

– …Торнадо бросает кости! Ну же! Ну же! Ну же! А-а-а! Двойка. Какая боль для Торнадо и его группы поддержки. Ниндзятор, долбаный везунчик, снова проводит максимальную атаку гидрой…

Невидимый комментатор разрывался все сильнее, вкладывая в речь столько эмоций, что Обадайя сразу же понял, почему Мартин смотрит турниры Мажоров или «однорогого дракона» вместо спортивных матчей. Здесь невольно зарядишься духом игры и включишься в стан болельщиков.

– Ты действительно хочешь активировать внутреннего засранца и вытащить напарника из игры, когда он всего-то в пятнадцати-двадцати шагах от третьего места в турнире Одинокой башни? – Пайпер прищурилась и ткнула Обадайю пальцем в грудь.

– Да, тем более он уже включил засранца и играет в свое рабочее время.

– Ай подлец, такой аргумент непросто крыть. Ладно, – Пайпер скорчила несколько рож, прочистила горло, вытянула губы, затем оскалилась. Словом, Обадайя верил, что так она настраивается на работу, а не издевается над ним. – Лю-у-уди! Люди!



Евгений Монаков, Елена Труфанова

Отредактировано: 14.05.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться