Скрывая себя

Глава 40

 

На следующих фотографиях я уже не ошибалась. По мере рассмотрения, обратила внимание, что снимки с Валерием по большей части были одиночными или же с родственниками, и спросила об этом.

— Брат в школьном возрасте страдал малокровием и часто болел. Он почти всё время был на домашнем обучении и, между прочим, шёл на шаг впереди своих сверстников, а позже окончил школу экстерном.

— Здорово! А сейчас он где?

Никита расплылся в широкой улыбке, прищурив один глаз:

— Не поверишь — в твоём городе!

— Как так? Ты серьёзно?

— Абсолютно — он сейчас живёт там! Мы тогда с Максом и Райтом к нему ездили.

Просто поразительно. Бывает же такое!

— Ничего себе.

— Ага.

— А он там один живёт?

— С женой.

Никита вновь склонился над альбомом и пролистал несколько страниц вперёд, остановившись на изображении миниатюрной девушки с немного детской внешностью и длинными вьющимися волосами босиком шагающей по песку пляжа за руку с худощавым мужем. Валерий перекинул через плечо подстилку на манер греческого бога и с обожанием смотрел на супругу. Какая красивая пара! Я просто поразилась, как молодой человек похож на своего отца, словно копия, только цвет волос разный.

— А дети у них есть?

— Нет. Они уже восемь лет в браке, но пока не получается. Маша постоянно лечится, но толку никакого. Они поначалу много больниц сменили, даже за границу ездили, а сейчас смирились.

Никита вернулся назад, закрыв тему. А я обратила внимание на смену внешности отрока:

— А почему у тебя в младенчестве волосы кудрявые и светлые, а в школе прямые и более тёмные?

— А вот это самая большая загадка. В подростковом возрасте моя внешность стала меняться. Родственники до сих пор подшучивают надо мной, вспоминая, каким был в детстве: «Когда был Никита маленький, с кудрявой головой, он тоже бегал в валенках по горке ледяной…»

Мне нравилось, что парень не стеснялся посмеяться над собой. Это стихотворение про «дедушку Ленина» я припоминала и хохотала, глядя как Никита накручивал на палец ровные пряди, явно кокетничая.

— Фу, Никит, перестань. Как девчонка, в самом деле!

— Девчонка, говоришь? Я тебе покажу «девчонку»!

Парень нахмурил брови и с коварным видом стал напирать на меня. Мне пришлось отклоняться, изгибаясь в пояснице, а этот паразит чуть не уткнулся носом в мою ложбинку между грудей и ухватил зубами за поясок, рыкнув пару раз, будто пытаясь развязать его.

— Пусти меня, пусти! — я упёрлась руками в его лицо, отталкивая, но смеясь. Волосы парня вкупе с губами щекотали чувствительную кожу, хотя, признаюсь, было очень приятно. — Давай, дальше показывай!

Никита взглянул на меня исподлобья и, резко притянув к себе, смачно так лизнул до самой шеи. Ну вот, теперь я слюнявая! Противный обмуслякиватель! Я принялась вытирать грудь ладошками и шлёпать парня по макушке. Тот перехватил запястья одной рукой и продолжил, как ни в чём не бывало, переключая моё внимание:

— Это мама Ани с моим отцом. А это уже сама сестрёнка.

Парень показывал фото с кудрявой малышкой, что была похожа на милого ягнёнка.

— Здесь ей один годик, так, тут три, а здесь, кажется, четыре с половиной, — Никита достал карточку и перевернул, проверяя запись на обратной стороне. — Точно, помню ещё!

Попутно парень показал ещё два фотоальбома, потому как кое-где появлялись новые лица. В одном маленьком только друзья и коллеги по работе. Другой был дембельским. Некоторые фотографии я уже видела у Федоровских, но было и много новых, по большей части, походных.

Никита с гордостью объяснял мне при каких обстоятельствах и где были сделаны снимки. Что ни говори, а вид бравых вояк заставляет нас, девушек, как любят выражаться парни, «кипятком писать». Правда, бойцы совсем ещё зелёные, по большей части худенькие мальчишки, но сколько позёрства!

— Это мы автомат АК-74М собираем.

Я разглядывала обнажённых по пояс парней, что сидели на табуретах под палящим солнцем, а на вторых лежали металлические детали оружия.

— Нашла кого-нибудь?

— Да, вот ты, — я уверенно тыкнула в щурящегося парнишку с коротко стрижеными волосами.

— Больше никого не видишь?

Я внимательно стала разглядывать каждого молодого человека. Глазам не поверила:

— О, это же Максим?

— Какая наблюдательная! — засмеялся Никита.

Вот сейчас я действительно почувствовала себя «блондинкой». Максим сидел рядом с Никитой. Ну, а как угадать? Парень был не просто стриженый, а лысый и хмурый!



Мария Клепикова

Отредактировано: 19.02.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться