Скверна

Размер шрифта: - +

Часть вторая. Вести. Глава одиннадцатая. Баб

Крохотный даккитский дворик, сжатый до десятка шагов глинобитной, высотой в полтора человеческих роста выбеленной стеной и таким же беленым домиком, ничем не походил на дворы подданных лаписского короля. Скамья у стены соседствовала с чахлой вишней на клочке живой земли и подобием бассейна или врытого в грунт чана в углу. Даже для огородика не нашлось места у жилища безымянного обитателя Гранитной улицы, и вряд ли двор дяди Камы – Авункулуса Этли был большим. Впрочем, до размера ли двора было теперь Каме или Глебе? Они прикрыли за собой ворота, остановились, положив руки на рукояти мечей, замерли на долгие пять минут, после чего внезапно ожившая Эсокса удивила их во второй раз. На крыше дома раздался тихий шелест, и принцесса Даккиты тенью соскользнула во двор почти с безоблачного неба.

– Тссс, – приложила она палец к губам и, оглянувшись, толкнула дверь в дом. Створка беззвучно повернулась на щедро смазанных жиром петлях, и спутницы последовали за Эсоксой внутрь. Только там, в полумраке даккитского жилища, Эсокса позволила себе обнять и Глебу, и Каму и даже обнаружить в уголках глаз что-то, похожее на слезинки.

– Все плохо, – повторила она вполголоса, косясь на крохотное, выходящее на улицу оконце. – И будет еще хуже.

– Куда уж хуже-то? – выдохнула Глеба. – Что же стряслось? Неужели удар по затылку твоего неуемного братца привел к такой беде?

– Если бы от подобных ударов рушились королевства, то они бы не успевали создаваться, – горько заметила Эсокса, сдернула со стоявшего у стены сундука половичок, вынула корзинку, расстелила льняной платок, стала доставать лепешки, сыр, овощи, бутыли с легким даккитским вином. – Ешьте. Если обойдется, расскажу кое-что. В следующий раз поесть удастся не скоро. Только тихо!

– Да уж приучились уже, – с одобрением посмотрела на Каму Глеба.

– Я ждала вас еще вчера, – Эсокса говорила тихо, посматривая в окно, словно была обеспокоена чем-то. – Сама здесь – четвертый день. Загнала четырех лошадей, выехала через общие ворота прочь из Даккиты, обратно вернулась за мзду беженкой под чужим именем. Да, беженцы еще есть, точнее, вновь появились. Но уже другие. Пока их мало, но будет много. Кажется, мне удалось затеряться среди них, они еще плохо знают друг друга. Я вошла в город, покрутилась на рынке, оторвалась от слежки, которая была приставлена за мной, может быть, на всякий случай. Сбросила все, что у меня было, в гостинице на Пекарской улице, в другом конце города, и пришла на эту улицу. Впрочем, что там у меня было… Ничего… Через уличного мытаря, подрядив на это дело одного из алчных торговцев на рынке, я купила два домика. Этот и следующий. Купила бы тот, что примыкает к дому твоего дяди, Кама, или соседний, но пустовали только эти. И хорошо, что не купила те… И вот четыре дня изображаю служанку неведомо куда исчезнувших хозяев.

– Разве ты не могла обратиться к воеводе крепости Баб? – прошептала Глеба. – Он бы помог тебе!

– Как? – поинтересовалась Эсокса. – Сказал бы, что я не убита двумя мерзкими негодяйками, а жива? Предъявил бы меня дружине крепости Баб? Ты еще ничего не поняла, Глеба? Даккиты больше нет. Мой отец, – Эсокса как будто сглотнула комок желчи, клацнула клыками, проглотила слезы, – проспал свое королевство. Или же не успел его спасти. К тому же воевода крепости Баб мертв. Объявлен убитым или умершим – не важно. Думаю, что и воевода Кагала мертв. Тем, кто пришел к власти в Дакките, прежние воеводы не нужны.

– Подожди, – мотнула головой и отставила кубок с вином Кама. – Разве к власти в Дакките пришел не принц Фамес? Кто убил короля и королеву? Или же они вроде тебя? Спрыгнут с крыши и тоже расскажут нам какую-то историю?

– Не расскажут, – прошептала, закрыв глаза, Эсокса. – Боги всемогущие, а ведь я и в самом деле думала, что сопровождаю тебя, Камаена Тотум, в наиболее безопасное для тебя место… Еще неделю назад мне казалось, что я хорошо понимаю тебя. Чувствую. А теперь мне кажется, что и не понимала, и не чувствовала. Разве только теперь… Я видела смерть своих родителей.

– Видела? – в ужасе прикрыла рот ладонью Глеба.

– Да, – кивнула Эсокса. – После того как вы удалились, я оставила Фамеса связанным, вышла, сказала его охранникам, что через пару часов они могут зайти за своим управителем, а сама направилась в замок. Мне нужно было поговорить с матерью. Может быть, и с отцом. Это дошло до предела. Не до предела моего терпения, но грозило страшным. Что бы ни происходило, я все равно помнила, что Фамес мой старший брат. Да, он еще ребенком позволял себе немало гадостей, хотя и был достаточно скрытен и умен, чтобы не обнаруживать черное нутро, но, демон меня раздери, все еще был моим старшим братом!

– Ты очень добра, – холодно прошептала Глеба.

– Глупа, ты хотела сказать? – усмехнулась Эсокса. – Или слепа? Хотя ты имеешь право так говорить. Я даже подумала, что если бы ты свернула ему шею во время одного из тех случаев… Хотя Даккиту это вряд ли спасло бы. Даже будь мой отец прозорливее, что бы он смог сделать? Когда с горы сходит каменная лавина, в горной деревушке гибнут все – и те, кто живет в шалашах, и те, кто возводит прочные бастионы…

Эсокса помолчала мгновение, смахнула слезу с щеки.



Сергей Малицкий

Отредактировано: 02.07.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться




Books language: