Слабоумие и отвага, или Путешествие на планету Чукотка

Размер шрифта: - +

Путь в Инчоун

Путь в Инчоун

11 августа

Я среди тех, кто плывет в первом заходе, и кому надо раньше вставать. Мы снова пакуем рюкзаки и выходим из школы рано утром, на улице нет ни души, ветер по чукотским меркам не сильный, весь посёлок накрыт покрывалом тумана. Сквозь рассветный туман пытается пробиться холодное солнце, и от этого туман становится желто-серым, как будто светится. На берегу ждут две моторные лодки, наполовину в воде, на них накатывают волны. Два чукчи-рыбака в дождевиках в пол настраивают моторы. Ваня и Лёша, придерживая лодки на берегу, закидывают в них наши рюкзаки. На берегу стоит и наблюдает за всем чёрно-белая дворняжка. Ваня и Юля грузятся на лодку "Дельфин", а я вместе с Наташей и Лёшей залезаю в лодку по имени "Чайка". Лодка качается на волнах, рыбак заводит мотор, и вот мы уже отчаливаем от берега, маленькие домики Уэлена растворяются в рассветном тумане, а мы снова отправляемся в неизвестность. Это потрясающее ощущение. Из-за густого тумана кажется, что мы одни здесь, одни в этом океане, плывем из неизвестности в неизвестность. Лишь иногда мы оказываемся близко к нашей второй лодке и можем видеть её, так же затерявшуюся где-то в океане, и я вспоминаю, что кроме нашей лодки существует ещё кто-то. Конечно, я понимаю, что мы плывем вдоль косы, и если и отходим от берега, то совсем недалеко, но это не мешает представлять себя посреди огромного Северного Ледовитого Океана, величественного и жесткого, и невыразимо красивого в своём величии. О том, что мы совсем недалеко от берега, напоминают маленькие островки гальки, на которых сидят чайки, и нерпы, любопытно выглядывающие из воды и покачивающиеся на волнах. Одна жирная неповоротливая нерпа, или какой-то другой тюлень, лежит на островке и лениво провожает нас взглядом. Серо-желтый шар солнца становится всё ярче и ярче, всё отчетливее проступая сквозь густой серый туман.

Плывем мы недолго, около получаса, и когда подплываем к нашей цели, идём совсем близко к берегу - к косе, по которой должны были идти пешком. Это узкая полоска суши посреди океана, пустая и безжизненная. На ней нет ничего, кроме камней, немного травы, и костей. Именно на такую местность нас высаживают, а лодки отправляются за второй половиной нашей команды. Убрав рюкзаки подальше от воды, мы первым делом идём смотреть на то место, которое предполагалось переплывать.

- Что-то я море это посмотрел и понял, что никакого желания у меня переплывать здесь вплавь нету, - говорит Ваня, кутаясь в куртку.

- Ну они молодцы, там больше ста метров! - говорит Наташа.

- Да не здесь переплывать, вон там, видишь? - говорит Лёша, показывая на пролив, - Но тут сильное течение.

Конечно, там не 50 метров, может 20-25, но совсем близко к берегу, на котором мы находимся, течение настолько сильное, что я бы точно не смогла его переплыть, не знаю уж, как остальные...

- Ну Вова же говорил, что тут в некоторое время года бывает, что и пешком перейти можно, - говорю я.

Лодки, отчалив, оставили здесь собаку по имени Патрон, которая теперь бегает по берегу и лает на океан, в сторону, куда уплыли лодки с хозяевами. Она всё бегает, всё лает, и вдруг прыгает в воду и пытается переплыть пролив! Её тут же несёт течением прочь от берега, собака барахтается изо всех сил, причём очень долго, а мы смотрим на это, и ничего не можем сделать, она уже довольно далеко от берега... Она пытается плыть против течения, но её сносит. Конечно, в эти моменты я сразу вижу нас на месте этой собаки... Я не знаю, сколько времени это длится, но истинно чукотская, закалённая собака всё-таки перебарывает течение и выбирается на тот берег. Теперь она бегает и лает там, но хоть на берегу, и на том же берегу, что и посёлок, пусть и далеко, но найдет дорогу, заблудиться там негде...

Здесь очень холодно, я надеваю пуховик. Находиться на косе в море, в Северном Ледовитом океане, это ни с чем не сравнимо. Как же мне всё здесь нравится! Бескрайний океан, сильные, крепкие волны, солёный воздух. Стоишь, такой маленький и беззащитный, на небольшом островке суши, на котором только камни, немного травы и кости китов. Правда, я и здесь нашла два вида цветов - одни стелящиеся, с мясистыми листьями, и другие - как желтые ромашки, на очень-очень твердом толстом стебле, такие я даже не рву - всё равно использовать неудобно. Всё здесь очень твёрдое, жесткое. Даже цветы. Подумать только - эти цветы растут буквально посреди океана, на безжизненной галечной косе, на которой только камни да кости, и всё равно они остаются цветами, хоть и вынуждены защищаться толстыми листьями и стеблями. Ну а ещё по косе проходят огромные медвежьи следы, видимо, мишка тут гулял недавно. Надеюсь, умка уже уплыл. В океане сквозь туман проявляются небольшие галечные островки, на них сидят чайки. Со временем туман рассеивается, и неподалёку проступает скалистый берег, куда нам надо идти. Ощущение, что мы находимся на острове, только усиливается, настолько далеким и нереальным кажется этот берег. Мне действительно кажется, что нас выбросили на остров, отрезанный от основной суши, на одну из этих галечных насыпей. И если это действительно так, и рыбаки что-то перепутали, дела наши очень плохи. Наверное, у меня едет здесь крыша, но я иду проверять, действительно ли это коса, которая вырастает из материка. Я иду вперёд по косе, и к счастью, мои опасения не оправдываются - коса становится всё шире и шире, и где-то вдали становится видно, как она превращается в большую землю. Выходит солнце, слабое, едва-едва проглядывая сквозь пелену тумана, сквозь которую виднеется всё больше плоских зеленых и каменистых островков, серо-голубые холмы Уэленской косы, и яснее видно скалистый берег, куда идёт наш путь. Поднимается сильный ветер, становится ещё холоднее. На берегу разводим костёр из веток (для меня до сих пор загадка, откуда здесь в некоторых местах валяются сухие ветки, при том, что деревьев здесь нет вообще). Спустя час после нашей высадки на берег привозят и вторую часть группы. Все собираются у костра.



Ксения Гордиевская

Отредактировано: 19.02.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться