Слабоумие и отвага, или Путешествие на планету Чукотка

Размер шрифта: - +

Конец и начало

Конец и начало

"Ну вот и всё" - это была моя последняя дневниковая запись. Я даже не помню уже, где сделала её, на квартире ли, или в аэропорту, или уже в самолете, а может дома в Москве. Кроме этого написать было нечего. Радость предвкушения и начала путешествия такая же сильная, как и опустошение и грусть, когда оно заканчивается. Утром мы в последний раз собирали рюкзаки. Я ненавижу этот момент в любом походе. Когда понимаешь, что больше не придется паковаться, и не думаешь, как бы всё положить поудобнее. В наш последний сбор рюкзака не было проблемы распихать все вещи по людям так, чтобы не было перевеса - основной вес, еду, мы съели. По тихому утреннему городу мы дошли до причала, сели на катер "Камчатка", вокруг которого как всегда плавали и выглядывали из моря нерпы и белухи, которые уже не вызывали такого восторга и удивления, как в начале. Как же это грустно всегда - терять удивление, спокойно относиться к удивительным вещам... Мы уже не удивлялись, но всё равно, когда катер причалил в поселке Угольные Копи, мы не побежали занимать места в автобусе до аэропорта, а пошли смотреть на нерп и на залив, в последний раз. В автобусе места всё равно хватило, запихнулись кое-как. И приехали в до боли знакомый аэропорт. Наверное, из всего путешествия, место, где мы бывали чаще всего и провели больше всего времени - именно этот аэропорт. Знакомые сиденья, знакомые вкусные пирожки в кафешке, кофе из автомата. Огромный самолет. Рассаживаемся по местам, Лёша дал мне свой планшет посмотреть сериал, пока не кончится зарядка, а сам уснул. С другой стороны спал Эхо. Наташа сидела одна и смотрела в окно. Спали, обменивались фотоаппаратами, чтобы посмотреть, кто что наснимал - сейчас заряд можно не экономить. Летели 9 часов, а как будто и не летели. Была Чукотка, край тундры, китов и белых медведей - а теперь шумная, суетная, тоскливая, тяжелая Москва. Разбираем багаж, разъезжаемся кто куда: Масяня и Анжела сразу на Ленинградский вокзал, вечером у них поезд в Питер. Шухер, Эхо, Шалим и Наташа снова едут ночевать к Юле и Ване. Я еду к себе домой. Хоть мы и думали собраться еще раз в Москве перед тем, как разъехаться, никто так и не собрался, как это часто бывает. Вечером Юля с Наташей погуляли в центре. На следующий день я проводила своих дорогих однополаточников Эхо и Наташу на Ставропольский автобус, со слезами отпуская их... Шухер с Шалимом поездили по кладбищам (Шухер любит посещать могилы некоторых известных людей), на следующий день Шухер уехал в Ставрополь, а Шалим улетел в Челябинск. Вот так всегда и получается. Теперь каждый в своём городе возвращается к своей семье, на свою работу, и становится обычным человеком - до следующего похода. Хотя... Вряд ли можно назвать "обычным" человека, который лазил по болотистой тундре и без ружья прогонял медведя, который ел на завтрак растворимую лапшу с китовым мясом и ловил горбушу руками. Чукотка - особенная планета, путешествие на которую не может пройти для человека бесследно.

Я много думала о том, как нам везло на протяжении всего путешествия. Может быть, потому что мы "слабоумные, но отважные" и потому что "дуракам везёт". Если рассматривать путешествие в целом, оно прошло как нельзя более благополучно. Не считая каких-то мелких неурядиц, которые в нашем деле неизбежны, мы все вернулись живыми и здоровыми, не было серьезных травм, эвакуаций, и даже проблем со снаряжением и организацией в целом. Мы прошли практически весь запланированный маршрут, не было накладок с расчетом расстояния и времени в пути, из-за чего мы могли бы "догонять" сетку маршрута. Мы возвращались из похода довольные и счастливые, и даже с чувством "легкого голода" - все не прочь были бы походить ещё. Но было очень много ситуаций, которые могли бы обернуться для нас далеко не так благополучно. Мы могли бы так и не дождаться вылета нашего самолета в Лаврентия и поплыть на Сотникове, который бы встрял где-то из-за шторма, и так мы теряли бы значительную часть маршрута, если не весь. Да что там, послушать местных, какие бывают задержки транспорта, мы могли бы вообще не выйти на маршрут. А так, мы ждали всего 5 дней. И то сумели провести их интересно и с пользой. У меня могли быть проблемы с документами - в пропуске были данные старого паспорта, но это заметили только один раз. Мы могли весь поход ходить по дождю, но тундра даже иногда радовала нас солнечными деньками. Мы были настолько "слабоумны и отважны", что пошли на Чукотку без ружья, чем приводили местных в шок. И конечно, мы видели медведей, но каждый раз успешно их отгоняли. А самый грозный хищник, белый медведь, который тоже водится здесь, появлялся около поселка ровно за день, когда там проходили мы. Планировалось, что придется переплывать реки, и все готовились к этому - например, я даже ходила в бассейн, пробовала плавать на выносливость, задерживать дыхание. Масяня тренировалась плавать одной рукой - чтобы второй держать рюкзак. Наташа бегала до холодных источников и купалась в них. В итоге, все броды переходились пешком, даже без веревочной переправы. Особенно повезло с проливом у косы Уэлен - нас переправили через него на лодках за довольно дешево, иначе, вспоминая широкий пролив с ледяной водой и быстрое течение, в котором уносило собаку, без неприятностей бы не обошлось. Везде нас встречали, везде селили, везде кормили - мы сполна испытали на себе знаменитое гостеприимство коренных северных народов, пусть они и не живут больше традиционным укладом в ярангах. Чукчи так и остались чукчами. Щедрая Чукотка не только пропустила без проблем пройти по своим землям, но и одарила своими плодами - рыбой, мясом, грибами и ягодами. А ещё воспоминаниями на всю жизнь о северном крае, в котором мало кто когда бывает, который пугает и настораживает, и открывает свою красоту только тем, кто осмелится познакомиться с ним лично.

Грустно заканчивать эту книжу. Когда я её писала, сначала перепечатывая походный дневник из разваливающегося блокнота, с порванными или промокшими листами, потом по фотографиям и видео вспоминая пропущенные подробности, спрашивая кое-что у ребят, проверяя информацию о поселках, я как будто проживала всё заново. Это Путешествие "слабоумных и отважных" на планету Чукотка подошло к концу. Но сейчас у меня появилось кое-то особенное, что не закончится. Мечта вернуться. Я поняла, что отныне безнадежно влюблена в Север. Я поняла, почему я могу множество раз перечитывать мой любимый роман Каверина "Два капитана", и пересматривать фильмы по этой книге. Потому что я всегда понимала Сашу Григорьева, которого тянуло на Север, только не осознавала, почему. А теперь, даже когда в Москве теплая золотая осень, все вокруг солнечно и ярко, и здесь есть все удобства, которых нет на Чукотке, я перечитываю свой походный дневник, пересматриваю фотографии, видео, и мечтаю вернуться на Север. Я поняла, что получаю удовольствие просто от того, что я иду, мечтаю о горячем обеде, радуюсь, когда нет дождя, живу простыми потребностями и простыми радостями, которые в комфортном городе, к сожалению, недоступны. Живя в городе, мы увязаем в комфорте, не ощущаем остро потребности в тепле, сухости, горячей еде – мы это и так имеем, и начинаем выдумывать себе проблемы и тревоги, раздувать их из ничего, и мучиться от этого. Человек не может жить спокойно, ему обязательно надо о чем-то тревожится, что-то преодолевать. Так вот, оставаясь наедине с дикой природой, все проблемы, так же, как и радости, простые и Настоящие. Если это понять и принять, на природе, лишенные удобств и комфорта, мы возвращаемся сами к себе и начинаем ценить все, что имеем. Например, никогда ты не будешь радоваться самой изысканной еде в дорогом ресторане, как радуешься сухарю и куску сала после трудного перехода, и приходя домой вечером в уютную теплую квартиру, ты никогда не будешь радоваться ей так, как радуешься палатке, поставленной на камнях или на снегу, в которой просто почти сухо и почти не дует.



Ксения Гордиевская

Отредактировано: 19.02.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться