Славные люди

Размер шрифта: - +

Славные люди

Сердце мое. Бессмысленная мышечная плоть. Душа моя и сердце мое. Смысл в сердце не живет, не входит, не существует. Смысла нет.  Душа моя, что бьется и трепещет, ускоряется и замирает, стучит и колотится в груди. Мой метроном, мое мерное истечение жизни. Мой шаман, чей бубен отдается эхом в каждом кусочке тела, в каждой клетке мироздания, в любом и в каждом. Сердце мое.

Посмотрите в глаза друг другу, чтобы увидеть, как бьется сердце человеческое, чтобы прикоснуться к его душе, чтобы заметить дрожание радужки и капелек света на дне отражений мира. Чтобы увидеть друг друга надо смотреть друг другу в глаза и видеть друг друга. У человека два разных глаза, два слоя души, два отражения. Строгий и мягкий, серьезный и веселый, пронизывающий и матовый. Этот, который пронизывает, совесть и честь. Мягкий.- радость и нежность, смех и слезы. Мягкий – эмоция. Серьезный – чувство. Все вместе – сердце мое.

Что видим мы, рассматривая друг друга, что чувствуем, что понимаем? Каждый день жизнь учит нас пониманию. И мы понимаем все больше и больше. Но не чувствуем. Этому учить нас некому. Это самостоятельная работа, которую мы на спонтанных экзаменах раз за разом проваливаем. Нет смысла  в сердце, нет чувства в голове, есть небо над головой. И оно синее.

В этих синих глазах, где тону отражаясь, и глубже мгновенья. Где дрожат и сжимаются краски и блеск, выцветая. Мои перевернутые отражения. Мои мысли и чувства, непроизнесенное вслух, мягкое и нежное подбрюшие слов и фиалки из слов и жемчужин, что раскатываются и подпрыгивают. Играющие котята тени и света. Тень и свет, отражающиеся и смешивающиеся друг с другом.

Это – любовь? Любовь? Это мгновенное узнавание себя в другом – любовь? Это безмолвное касание взглядов – любовь? Что это?

Касание душ. Познание другой души и человека. Познание самого себя. В тот самый момент, когда мощные, стихийные, неуправляемые эмоции сотрясают все человеческое естество, заменяя и чувство, и разум, и хлеб. Время, когда нужно учиться чувствовать друг друга, а приходится плыть и выплывать, захлебываясь и отфыркивая каждый звук, каждую мысль, отвоевывая каждый глоток свободы в стиснутом спазмами и сотрясениями горле. Время, когда эмоциональное потрясение подменяет собой цыплючую, только что проклюнувшуюся, желтую чувственность. Мир – огромен. Он насыщен и, даже, перенасыщен. А человек еще больше. Неразумный, а удивительный. Удивительный. Чудо, которое остается в памяти и исчезает из жизни. Медленно, неторопливо, надежно.

Ее звали Леля. Обычная девочка с обычной украинской фамилией. Смуглая кожа, нос с горбинкой, в профиль совсем «ахматовских» очертаний, разлетающиеся  и подвижные брови, обжигающий взгляд. Я бы мог вспомнить того, растворившегося в бытии, мальчика. Вызвать его  сюда, в сегодняшнее.  И часами описывать и рассказывать о ней, той девочке, которая вполне сознательно обжигала, не задумываясь и бессознательно, как любая другая девчонка в этом возрасте. Но мы с этим мальчиком, так бесконечно далеки друг от друга, так по – разному видим людей, что все эти правдивые и искренние слова и эмоции, станут таким тоскливым враньем, какого мне не вынести. Он – это я. Я – не он. Он «любил» эту девочку. Ничего другого ему в голову не приходило, и в сердце ныла сладкая и протяжная мелодия и боль, такая же сладкая и обмирающая надеждой, как и мелодия на разные молодые голоса. Ему было мало «дружбы», чтоб под этим словом не понимала, та смуглая и горбоносенькая девочка, которой было интересно с ним, но к которому вряд ли испытывала что -  то большее, чем симпатию. Тот мальчик был мальчиком, а девочкам нужен мужчина. Он тогда, так и сказал: «Мне этого мало» и ушел в белый дым, в глухое мычание, во взросление, в бурю, без надежды попасть в глаз ее, в никуда.

Время шло. Он женился. Она вышла замуж. И жили, и поживали. Два других человека. Два других сердца, две других судьбы. А потом встретились. Поговорили, пообщались. И разошлись. Встретились в последний раз, чтобы понять, что все умерло. Так и не родившись. И у обоих осталось сожаление, что «не получилось». Сожаление, что поздно. Они научились чувствовать. Совсем немного. Этого хватило для понимания, но не хватает для воскресения.

Славные люди живут недалеко друг от друга. Славные.



Alexandr Glushkov

Отредактировано: 17.06.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться