След молота

Часть 2

Хлопнула дверь. На пороге появился крупный мрачный мужчина в черной шинели. Свет лампы мягко поблескивал на сдвоенных молниях и знаках различия.

"Они же вроде перешли на серые шинели", удивился Траум.

- Оберштурмфюрер СС Хельмут Крюгер, - отдав честь, представился гость.

Он протянул Трауму документы. Траум взял в руки лист - потрепанный, но не мятый, а четко сложенный по сгибам. Герру гауптманну всегда нравилась подобная аккуратность в обращении с бумагами. Он исптыал симпатию к этому Крюгеру, хоть тот и свалился, как снег на голову. Траум расправил документ.

Весь лист, как небо звездами, был испещрен печатями и размашистыми подписями. Собственно текста там было немного. Траум успел заметить знакомый росчерк, которым увенчивал свои приказы Карл фон Тинкерман, вздрогнул при виде печати штаба 16-й армии, но тут его взгляд упал на подпись, стоявшую в центре документа. Она была словно солнце, вокруг которой крутились планеты, кометы и всякие астероиды поменьше.

"Рейхсфюрер...", только и успел прочитать Траум, и в глазах у него потемнело от неожиданности. Никогда раньше ему не приходилось выполнять приказы, завизированные самим Гиммлером. Противно засосало под ложечкой. Траум всегда следовал старой солдатской мудрости "подальше от начальства, поближе к кухне" и не в последнюю очередь поэтому ему удалось вернуться из России двадцать с лишним лет назад.

Траум твердо знал, что за ним не числится никаких грешков, но он знал также, что наказывают всегда невиновных.

"Что им здесь понадобилось?", подумал Траум.

Вслух он сказал:

- Да вы присаживайтесь, - и приветливо улыбнулся.

- Благодарю, - ответил Крюгер.

Скрипнул стул. Крюгер снял шапку, и оказалось, что он обрит налысо. У него был круглый, гладкий череп, с мощными челюстями и надбровными дугами. Глаза у Крюгера были большие, темтемные и выразительные.

- Чаю? - спросил адъютант. - Замерзли с дороги, наверное, герр оберштурмфюрер?

- Да, морозы стоят суровые, - весело ответил Крюгер.

Он словно бы восхищался и удивлялся тем самым морозам, которые приводили в отчаяние Траума и многих других.

Траум вернулся к письму - он наконец снова смог различать буквы. В письме от герра гауптманна не требовали ничего особенного. Просили оказать всяческое содействие в исполнении миссии сотрудникам фонда "Наследие предков" Рольфу Ленцу из учебно-исследовательского отдела рунологии (научный руководитель Вольфганг Краузе) и оберштурмфюреру СС Хельмуту Крюгеру (Институт физики сознания, директор - Карл Маур).

Траум задумчиво посмотрел на подпись в правом верхнем углу. К тому моменту, как Крюгер и Ленц добрались до расположения дивизии "Мертвая голова", на бумаге не осталось живого места. Теодору Эйке пришлось расписаться в этом уголке.

И Теодор Эйке уже оказал всяческое содействие. Он выделил сотрудникам Аненербе танковый взвод, в машинах которого Крюгер и Ленц и добрались в Подмышье.

Траум перевел взгляд на Крюгера. Хотя форма СС и сидела сидела на Крюгере как влитая, было в движениях и глазах лобастого, крепкого оберштурмфюрера нечто такое, что наводило на мысли скорее о матером, опытном и ловком бандите, чем о сотруднике научного института.

- Какого рода помощь вам нужна? - спросил Траум.

Крюгер небрежно отмахнулся:

- Не беспокойтесь о нас, герр гауптманн. У нас есть все необходимое.

Траум вернул документы Крюгеру. Тот немедленно встал, надел шапку.

- Я даже не знаю, где вас разместить, - пробормотал Траум. - В деревне уцелело не так много домов, пригодных для жилья. Разве что в той избе на окраине... Там расположились наши танкисты. Но сейчас они на задании.

Траум прикусил язык. Танки эсэсовцев поехали именно туда, к уцелевшей избе, в которой разместились ребята Троттентота, сейчас отсутствующие. Кто-то уже показал гостям дорогу. У Траума не было никаких сомнений, кто именно. Айвар Блауманис, сержант, командовавший латышами из добровольческой дивизии. Офицеры в этой части были немцами, но кто-то погиб во время наступления, а кто-то лежал в госпитале.

- Прекрасно. Благодарю вас, - кивнул Крюгер.

- Не смею вас больше задерживать, - сказал Траум.

Крюгер улыбнулся и направился к двери.

Но, несмотря на подпись Гиммлера, отбивающую всякое любопытство, Трауму все-таки хотелось знать, чем собираются заняться сотрудники Аненербе на его территории.

- А каковы ваши планы, герр оберштурмфюрер? - спросил он в удаляющуюся спину.

Крюгер обернулся.

- Поужинать, - широко улыбаясь, сказал он. - Парни уверяют, что все будет готово часам к шести. Мы будем рады вас видеть, если вы заглянете на нашу маленькую вечеринку.

Траум, поняв, что команда Крюгера не собирается становиться на довольствие в ротной полевой кухне, облегченно вздохнул.

- Разумеется, - кивнул он. - Я загляну к вам.

- Будем ждать, - миролюбиво сказал Крюгер. - Парни по дороге задавили танком лося, выскочил прямо под гусеницы, представляете? А повар у нас хороший. Так что приходите, поделимся лосятиной.

Он снова отдал честь и вышел. Траум проводил его задумчивым взглядом. Крюгер умел произвести впечатление. Однако пожилой гауптманн был наблюдателен, и это его свойство нельзя полностью отбить даже подписями самых высокопоставленных лиц.

Рост, телосложение и особенно форма черепа Крюгера не соответствовали тем высоким требованиям, которые предъявлялись кандидатам в члены СС последние лет десять. Это видел даже Траум, не являвшийся специалистом в вопросах чистоты крови.

А значит, Крюгер вступил в СС еще тогда, когда на эти признаки не обращали такого пристального внимания. То есть не менее десяти назад.

7 декабря 15:30 береговая линия Рдейских болот