Я проснулся в странной позе. Никогда мне ранее не приходилось спать сидя. Моя голова лежала на чём-то мягком, а правая рука держалась за что-то очень горячее. Лишь открыв глаза, я сообразил, где нахожусь. Я сидел в палате у Кайли. Она лежала совсем неподвижно, но было слышно, как она дышит. Ровно и спокойно. А её рука, та самая, что была усеяна шрамами, горела, словно батарея в суровую январскую ночь. Но скорее я замёрз, чем она была горячая. Я провёл пальцем по неровностям, которые создавались старыми ранами на её ладони, мне стало не по себе. Что же за тайну хранит эта милая с виду девочка?
Из окна дул холодный ветер и я, обернувшись, заметил, что на дворе стояла ночь. На часах было четыре утра. Я задался вопросом, почему мне разрешили остаться здесь, но осознав, что моя уставшая голова не в силах это вспомнить, я вновь уставился на Кайли. Её каштановые волосы сводили меня с ума. Изгибы её лица заставляли сердце биться чаще. Я не мог спокойно смотреть как она спит. Она, наверное, ещё не знает, что больше никогда не сможет меня увидеть. А может, я для неё ничего и не значил, просто она хорошо воспитана и боялась произвести на меня плохое впечатление. На самом деле, при желании я бы смог вернуть ей зрение. Доктор объяснил мне: повреждена затылочная часть головного мозга и именно это стало причиной слепоты. Если собрать кругленькую сумму, можно организовать восстановление или даже пересадку этих самых клеток, которые отмерли из-за удара. Если бы я и остался здесь с ней, может, когда-нибудь, мы бы и собрали нужное количество денег, но это невозможно. Я улечу обратно в Питер… или в Одессу. А там буду думать, как жить дальше.
Всё это время, рассуждая, я не отводил взгляд от Кайли. Я знал, что поступаю ужасно, но у меня не было другого выбора. Любовь для меня никогда не стояла на первом месте. А если и стояла, то ровно до того момента, как я признался Даше в обратном. Я знал, что если останусь с Кайли, если буду делать всё, чтобы поддержать её, то сойду с того драгоценного пути, по которому я так долго шёл. Да, мне, наверное, будет хорошо с ней, но буду ли я счастлив? Раскроюсь ли я как личность?
Я решил, что четыре часа ночи — не лучшее время для размышлений. Всё также не отводя глаз от Кайли, меня посетила мысль, перед которой я не устоял хотя бы потому, что это не понесёт за собой никаких последствий. Я приподнялся и потянулся в сторону лица Кайли. Зависнув над ней ненадолго, я нежно поцеловал её в лоб. Она совсем легонько дёрнулась, словно по её телу побежали мурашки. Это заставило меня улыбнуться, потому что до этого моим настроением распоряжалась лишь гнетущая атмосфера ночной больницы. В глубине души я хотел помочь Кайли, но понимал, что это может стоить мне всего. А я не готов рисковать всем ради кого-то, в чьей взаимной любви я даже не уверен.
Я проснулся через пять часов. Меня разбудила медсестра. Первое, о чём я её спросил, так это почему мне разрешили остаться здесь на ночь. На что она с большим удивлением ответила, мол, я всучил ей двадцать долларов с мольбами позволить провести с девушкой ночь. Я не стал выяснять подробности, а лишь потом, спустя полчаса, я, наконец, вспомнил, что всё так и было. В какой-то момент меня взяла дикая тоска. Я сидел на койке прямо напротив палаты, где лежала Кайли. Мне совсем не хотелось идти в номер, потому что все предыдущие дни заканчивались мыслью, что я снова её увижу. А теперь я в этом сомневаюсь. Я настолько запутался в своих мыслях, что совсем не знал что мне делать. Я чертовски люблю её, но в то же время очень сильно боюсь к себе подпускать. Я совсем её не знаю, но хочу ли я её узнать? Что будет, если я останусь здесь до тех пор, пока она не придёт в себя?
Через несколько дней моего постоянного пребывания в палате Кайли, её пришёл навестить Алекс. Не без дела и ко мне, как оказалось. Мы вышли в коридор.
— Как она, Антон?
— Говорят, что всё хорошо. Ей нужно полежать ещё немного и она вот-вот придёт в чувства.
— А… — Алекс обвёл пальцем свои глаза, имея в виду, конечно же, ситуацию со зрением Кайли.
— Да… Совсем…
— Бедная девочка. Что теперь с ней будет? У неё ведь никого не осталось.
— Как никого? — удивился я.
— Да, она же жила с этими уродами, так хорошо о них отзывалась, что я, чтобы не соврать, был готов поспорить, что она с ними счастлива, а оказалось… Не знаю, что на них нашло. Надеюсь, их посадят надолго.
— Да уж. Мне она тоже говорила об этих ребятах только хорошее.
— В любом случае, их вина уже доказана. Я общался с офицером, он сказал, мол, их ребята провели экспертизу и все улики доказывают полную вину Эда и Джастина. Мало того, что её избили тяжеленной фиговиной по голове, так ещё и изнасиловали после этого.
Мне стало немного не по себе от слов Алекса, хотя я прекрасно знал всё, что он сказал. Я просто обманывал себя, чтобы совесть не так сильно мучила, когда я планировал план побега.
— У меня для тебя новость. Не могу предугадать твою реакцию, учитывая то, как ты переживаешь за Кайли, не отходя от неё ни на шаг. В общем, мне звонил Логинов. — Алекс начал таким тоном, что я слегка насторожился. Вдруг там очередная плохая новость? — Он сказал, что его очень впечатлило твоё выступление и он хочет подписать с тобой контракт.
— К-контракт? — весьма неуверенно выдавил я от удивления.
— Да, на десять тысяч долларов.
Я долго молчал и взвешивал всё, что он сказал, но в итоге ответил: «Я подумаю».
— Подумаешь, конечно, но это ещё не всё. Спонсоры фестиваля тоже не остались в стороне. Они говорят, что Кайли впервые выступила так хорошо, и ты им очень пригляделся.
— А что, Кайли уже выступала на Firefly?
— Да, уже третий год выступает, но в этот раз, Антон, она просто горела на сцене. Я не знаю, что ты с ней сделал, но она сама не своя. Она очень изменилась за эти несколько дней, что вы проводите вместе. Я надеюсь, ты не успел её, ну… — я понял намёк Алекса и очень сильно рассмеялся.
— Да нет, что ты, — выдержав небольшую паузу и успокоившись, я решился поделиться тем, чем не делился ни с кем. — Алекс, я могу быть с тобой максимально откровенен? Могу тебе доверять?
— Слушай, если ты собираешься мне признаться, что это ты всё затеял, то знай — я молчать не стану. Я Кайли знаю лучше, чем тебя, я встану на её сторону.
— Нет, господи, нет. Дело не в этом. Кайли… Она… Я люблю её, понимаешь, — Алекс улыбнулся. — И я вижу, а, может быть, мне и кажется, что она меня тоже. И из-за этой дикой неуверенности мне очень трудно принимать решения. Ты сам знаешь, я только встал на ноги после смерти своей подруги, как в моей жизни началась белая полоса. На меня положил глаз продюсер, а уже через неделю я выступаю в чёртовых штатах! Эта неразбериха с Кайли жутко выводит меня из себя. Я не знаю, что мне делать. Подписать контракт и улететь в Россию, или остаться здесь? Какие тут перспективы кроме того, что я буду тешить своё эго тем, что стал поводырём бедной слепой девочки?
— Ох, приятель, — Алекс явно был не готов принять такой объём откровений от меня, но я по другому не мог. — Дело не из простых.
Он сидел и смотрел то на меня, то на дверь палаты Кайли, но ничего не говорил. Я видел, что он думает, но у него не выходило помочь мне с решением.
— Слушай, — наконец, вступил он, — я понимаю в каком ты положении. Вот, что я тебе скажу. Дождись, пока Кайли придёт в себя и будет готова с тобой поговорить. Обсуди этот вопрос с ней. Так ты поступишь по-мужски и, в случае чего, её не так обидишь. Верно?
— Да, ты прав, так я и сде…
Дверь палаты распахнулась, оттуда выбежала медсестра, которая громко кричала, что девушка из одиннадцатой палаты приходит в себя. Я подорвался с места, но Алекс схватил меня за руку.
— Успокойся, дай им всё сделать, не кипятись.
#134610 в Любовные романы
#44536 в Современный любовный роман
#39148 в Проза
#22029 в Современная проза
музыка и первая любовь, сша, санкт-петербург
16+
Отредактировано: 26.06.2018